Последняя руна (СИ)
— И мне совсем не интересно, что с Айгермаром! — поспешно выпалила я, чтобы она не успела ничего нафантазировать. — Анимаги намного привлекательнее! Я познакомилась с одним милым котиком. Добродушный и открытый парень.
В чём-то я не лгала. Я верила, что Ди́ан мне нравится. С оборотным магом Илбреком было легко и понятно, но с первых дней занятий мы не успевали и словом перекинуться. Олли коршуном металась вокруг и следила за своим сокровищем. Я общалась с преподавателями и однокурсниками. И рыжей подругой. Чибити, разумеется…
Возвращаясь в комнату, я неизменно натыкалась на следы проживания «опасной» белки. Несносная Чибити скрывалась в шкафу, грызла орехи, покушалась на человеческую еду и ворчала по любому поводу, а чаще и вовсе без него. Говорить о «рунных бабочках» и «нехороших людях» белка отказывалась. Стоило мне упомянуть таинственное заклинание, как Чибити начинала дрожать и исчезала под кроватью.
— Вот и сиди там! — я привычно отмахивалась. — Никакая ты не опасная, а очень трусливая белка.
Чибити возмущалась, но и носа не показывала наружу.
— А ты храбрая, да?! Я такое видела! Такое!
— И что же ты видела?
Беличьи тайны распаляли моё любопытство. Я упорно продолжала считать, что Чибити невольный свидетель странных дел в Академии. Нюхом рунолога чуяла!
— Я.., — моя неожиданная соседка по комнате тяжко вздыхала. — Я не помню…
Вот только белки с потерей памяти мне и не хватало для полного счастья! И никому не признаешься, что рядом поселилась говорливая зверушка. Даже Верике я не говорила о белке. Недовольное лицо ректора Илбрека с тонкими губами и глубокими морщинами так и стояло перед глазами. Он не забыл отправить служащих на поиски беглянки. Значит Чибити очень нужна ему. Не проболтаться бы Ди́ану!
Какой же хаос у меня в голове! Настоящая карусель из воспоминаний и образов. Хаос! Опять тёмная тень Айгермара всплыла в памяти. Так я не добьюсь успехов в Академии. Что угодно способно отвлечь от основной задачи. Я прижала к груди учебники, которые брала на занятия.
Верика терпеливо ждала, когда я соображу, что мы собирались заглянуть в «Весёлую лисицу», а сами топчемся на месте неподалёку. Как-то так получилось, что малышка Верика с первого же дня увязалась за мной. Вначале нерешительно и в отдалении. Я тогда обернулась и махнула ей рукой. Она пошла рядом, с робостью заглядывая мне в лицо. С тех пор она постоянно жалась поближе ко мне. Я не возражала.
Голод напомнил, куда мы направлялись.
— Идём, — я махнула в сторону низенького здания с красочной вывеской. — Поедим и займёмся уроками. Задание по начертанию сложное. Я покажу, как правильно держать перо и резец.
— Спасибо, Руна, — голосок Верики звучал тихо. — Спасибо, что не гонишь меня и возишься с такой неумехой.
— Мне в удовольствие.
Я не обманывала. Учить Верику мне нравилось, но подружка не верила в доброе отношение.
— Никто не хочет говорить со мной. Считают недостойной. Знают из какой я семьи.
Она говорила спокойно, будто отношение сокурсников ничуть не задевало. Её смирение отзывалось во мне отвращением и гневом. Не к печальной Верике. К заносчивым первокурсникам, у которых не нашлось доброго слова для девочки в нелепом мешковатом наряде.
Я не хотела, чтобы Верика принимала поведение одногруппников, как должное, и сразу сказала об этом.
— Замолчи! Неважно откуда ты! Твоя семья ничуть не хуже любой другой.
Всегда предпочитала высказаться сразу, а не держать чувства в себе. Я никогда не таилась. Лария была совсем другой.
Поведение госпожи «Совершенство» должно было стать примером. Отец нередко одёргивал меня, призывая усмирить порывистость, но осторожной я становилась, когда речь шла о рунах. Дар оберегал меня от необдуманных поступков, но и притягивал к тайне.
Взрывная фраза ударила по Верике. Я ощутила её замешательство. Излишне резко остановившись и положив руку на худенькое плечо, я напугала подружку. Она съёжилась, но и отступить побоялась. Так и стояла, не смея поднять глаз.
— Не сердись, Руна. Я не хотела раздражать тебя.
Девчонка чертила на песке кривые линии носком потёртой туфельки.
— Наверное мне лучше уйти. Нехорошо, если Вас увидят со мной.
Перейдя на «вы», Верика осторожно выскользнула из-под моей ладони, но я поймала её за рукав форменного платья. Для факультета рунологов их шили из серой плотной ткани. Скромно и практично. Не то что броские наряды магов Стихий. Те любили выделяться из толпы. Ещё и украшали себя всякими безделушками.
Ну вот! Вышло только хуже! Придётся исправлять оплошность.
— Нас все видели сотни раз, — с улыбкой заметила я. — Всегда смотри прямо, Верика. И не убегай, когда тебя хотят унизить, — я заговорила нарочито мягко. — И никаких «вы»! Вот это точно меня разозлит!
— Прости. Я привыкла. Мама брала меня в большие дома. Учила кланяться и уважительно молчать рядом с людьми твоего круга.
Лицо Верики по цвету почти сравнялось с огненными волосами. Трудно представить, как остро она переживает униженное положение семьи и свою непохожесть на других студентов.
— Будто другие люди какие-то особенные! — возмутилась я. — Твоя мама зарабатывала на жизнь честным трудом. Наверное, она хорошая женщина, но, извини, внушила тебе какие-то сословные глупости. В наше время это уже не так важно.
— Она всего боится, — Верика покачала головой. — Я спорила с ней, но маму не переубедишь. Бедность сделала её такой.
— У неё нет дара? Как вышло, что вы…
Я замолчала, боясь ещё больше обидеть Верику.
— Настолько бедны?
Она предугадала вопрос. Сообразительная девчонка. Отличный рунолог выйдет.
— Магом был отец. Он ушёл из дома и лишился наследства, чтобы жениться на маме. Брался за любые поручения, чтобы содержать семью. Иногда он выполнял не самые законные задания. Совет магов выдаёт разрешения на работу с рунами, но не каждая семья готова открыть свои тайны властям. Отец погиб, вскрывая чей-то фамильный склеп. Старое защитное проклятье ударило прямо по нему. Родня отвернулась от нас. Они посчитали, что мама виновата в его смерти.
— Какие же странные бывают люди! Чем же она виновата!?
— Рисковал из-за нас. Мама лишила его будущего. Так они говорили. Я слышала, хотя все думали, что я сплю. Мама долго плакала.
— Сами лишили наследства, а кто-то виноват!
История Верики задела меня. Подружка загрустила, стояла опустив плечи.
— Ничего! — я решила её подбодрить. — Выучишься, и жизнь наладится. Наш дар очень ценится в королевстве. Твоей маме не придётся работать в чужих домах.
— Я смогу. Ради неё. Потерплю пока учусь, — чуть заметная улыбка тронула губы Верики. — Двоюродная тётя говорила, что в Академии не смотрят на сословия и богатства. Жаль, что наврала. Такая болтушка!
— Просто они глупцы, невоспитанные дураки! Не все здесь такие. У меня есть знакомый анимаг, который точно не станет смотреть свысока. А он сын ректора! Твоя тётя училась в Академии?
— Выучилась и работает в Академии. Она добрая, но взбалм.., — Верика запнулась и сильнее покраснела. — Взбалмошная. Единственная немного помогала нам. Такой же изгой в семействе папы. Они не переносят её вредный и непримиримый характер! А тётя настоящий анимаг!
Глаза Верики восхищённо заблестели. Подруга ожила, а я радовалась, что мы миновали тяжёлый разговор.
Между тем мы так и не добрались до закусочной. А есть хотелось всё сильнее.
— Интересно. Обязательно познакомь нас.
Я устремилась в сторону «Весёлой лисицы». Это невыносима так долго добираться до закусочной, которая давно маячила перед глазами.
— Я её пока не видела. Мы не особо дружили. Мне кажется, она стеснялась, что моя мама работала в домах других магов. Ворчала, что не дело это, растить девчонку по грязным углам. То есть меня…
— Хочешь, разыщем твою тётю вместе? — предложила я. — Ой, а вот тот анимаг, о котором я говорила!
Мы увидели Ди́ана. Он выходил из «Весёлой лисицы». Я невольно потянулась в его сторону, но вовремя остановилась. Молодой Илбрек был не один. Рядом с ним появился ректор. Старший анимаг двигался тяжело. Вид у него был весьма потрёпанный, недовольный и потускневший. Когда мы виделись в кабинете, он не показался мне настолько безжизненным.