Ущербная демоница (СИ)

Что было ответить медиуму? Только согласиться, ведь ни тон, ни выражение лица княгини не подразумевали даже попыток обсуждения её планов. Но Лилитта была не против: всё это вполне согласовалось с её замыслом выжить и сбежать из этого гадюшника.
* * *
Следующие месяцы и недели прошли для княжны Фариус насыщенно, но вместе с тем однообразно. По утрам они с Сальвой тренировали сначала просто броски кинжала в цель, только через неделю получили заказанную в Амре чакру. Подобное оружие Лилитта никогда не видела, хоть оно и казалось ей смутно знакомым. Чакра была металлической и круглой, а по центру шла волнистая перемычка и были нанесены какие–то знаки. На первый взгляд оружие походило на какое–то замысловатое украшение для волос. Очевидно, что получением чакры занималась Многоликая, которая носила всевозможные заколки, кулоны и серьги. Чем не очередная штука для создания причёски?
Лилитта вместе с Реми долго примерялись, как ухватить оружие поудобней. Сальва еле слышно ворчал, но так, чтобы не услышала отдыхающая рядом на иссохшейся скамеечке княгиня, что он специализируется на мечах, кинжалах и щитах, но не этих дамских штучках. От него мускусно пахло пóтом, видимо, свои тренировки воин начинал гораздо раньше, чем к нему присоединялась Лилитта. Реми частенько бывал небрит и всклокочен, а вблизи на обнажённых предплечьях виднелась сеточка застарелых шрамов. На вид Сальва был молод — лет тридцать. А себя медиум помнила сорокапятилетней разочарованной в жизни женщиной, но сейчас чувствовала лет на двадцать–двадцать пять, восторженной курсисткой, впервые покинувшей закрытый пансионат.
Неровно подогнанные камни какой–то пустующей комнаты чувствовались сквозь специально подобранные ботиночки без каблука — атласные туфельки теперь пылились в углу гардеробной, а платья сменили охотничьи костюмы. Однажды Лилитта исхитрилась спросить княгиню, означает ли это, что она получила возможность свободно передвигаться по замку. Но получила отрицательный ответ и поняла, что князь вряд ли знал, чем занята его дочь в эти часы. Похоже, некромант и княгиня не зря скопировали лилиттину карту с планами тайных ходов. Медиума интересовало, как мать объясняет свои частые отлучки и появление новых вещей в гардеробе княжны, но лишних вопросов не задавала, зная о неразговорчивости матери.
Отца княжна могла встретить лишь случайно, в коридорах господского крыла. При первых встречах он вызвал безотчётный страх и боязнь разозлить его, но сейчас медиуму казалось, что видела кого–то похожего и в прошлой жизни. Воспоминания были смутными, расплывчатыми, неконкретными, но оба образа — прошлый и нынешний — несли угрозу, хоть и обещали всяческие блага. Медиум мало кого боялась за обе свои жизни, но Дейрос казался ей настоящим дьяволом.
Рядом с ним Многоликая, а уж тем более Эрна выглядели преприятными людьми. Кажется, та чёрная кошка, что недавно пробежала между ними, до сих пор вертится где–то рядом, иначе почему бы они вели себя, в основном Эрна, столь прохладно по отношению друг к другу. Политика и история оказались так скучны, что Лилитта больше наблюдала за неловкими попытками некроманта избегать даже случайных прикосновений одежда к одежде. Княжна хмурилась: если эти двое будут ходить вокруг да около, то, в случае чего, им будет трудно объединиться на её стороне. Любви между супругами Фариус медиум не заметила, а Крайс был бы гораздо лучшим отцом, чем Дейрос. Или разводы в этом мире запрещены? Мысль, яркая, как вспышка, посетила Лилитту, и она решила разнообразить утомительное перечисление прежних княжеских родов, большая часть из которых уже прервалась.
— Крайс, расскажи, а как выходят замуж или женятся?
От неожиданной смены темы некромант так опешил, что перелистнул страницу родовой книги сильнее чем нужно, слегка надорвав её.
— Что? Что ты хочешь знать? — он недоумённо переглянулся с княгиней.
— У тебя уже есть кто–то на примете? — Многоликая среагировала чуть быстрее.
— Нет, — мотнула головой Лилитта, — но, мама, ты сама говорила, что я единственная наследница рода Фаруис, а значит, однажды мне придётся вступить в брак.
 
Признаться, Многоликая была приятно удивлена столь благоразумным отношением дочери к своей судьбе. После провального ритуала девочка стала более зрелой, уверенной в себе, сильной духом. Если бы не высокая вероятность, что Дейрос от неё избавится, то княгиня была бы рада видеть дочь на троне. Сама же Многоликая к власти не стремилась, предпочитая пользоваться её плодами и благами.
— Ты ещё слишком мала для подобных мыслей… — попытался уйти от темы маг, но княгиня не позволила:
— Ничуть, — затем он встала с диванчика, где сидела весь урок, и заняла место в соседнем с Эрной кресле. — Позволь, я расскажу об этом, — с этими словами она подняла рукав морозно–голубого платья, обнажая тонкое запястье, на котором металлически поблёскивал узорчатый браслет. — Взгляни. Это — клеймо магического брака, подобные браслеты изготавливаются индивидуально, и нет в мире более двух похожих. В его узоре заложена суть магии, рода, крови или происхождения тех двоих, что вступают в брак. Истоки подобной практики уходят корнями в те времена, когда наш мир ещё находился в подчинении Изначального мира, а сами браслеты являются вариантом ритуала поиска истинной пары, принятом на Изначальном. Мне неизвестно, как обстоят сейчас дела там, — Многоликая махнула рукой куда–то на восток, но у нас всё выродилось в обеспечение браслетами защиты от измен и предательств со стороны обоих супругов, — на этих словах Многоликая вздохнула и опустила рукав, скрывая запястье. — Но данные браслеты довольно редки и дороги в изготовлении, поэтому используются только среди знати, чаще всего у нас, на территории Союза княжеств Дэммор, в Чёрном королевстве. А вот в Белом королевстве магические браслеты и брак официально запрещены.
— Моя госпожа, вы столько всего знаете! — Эрна не знал, как реагировать, поэтому решил обойтись нейтральным. Его пальцы непроизвольно дрожали, и он спрятал их под стол. О чём бы они ни мечтал, между ним и Многоликой всегда будет стоять магический брак. Лишь позднее он думал: только ли дочери показывала запястья княгиня? Только смерть одного из супругов гарантировала развод.
— Это вполне закономерно, мой род в империи был достаточно знатен. Когда–то, — нахмурилась княгиня. Она потёрла лоб, будто у неё разболелась голова. — Но я не помню, — прозвучало довольно безразлично. Она знала о браслетах, но то, что когда–то была замужем, выяснила только по шрамам.
В попытке поддержать Эрна осмелился накрыть её руку своей. Лилитта про себя одобряюще вздохнула. Если Дейроса не станет, то её жизнь в замке будет вполне комфортной. К сожалению, руны ничего подобного не предвещали, поэтому следовало придерживаться подобного плана и попытаться улизнуть из княжества. Ещё медиум надеялась, что Эрна и Многоликая будут достаточно осторожны, чтобы не попасться на измене. В какие–то там магические браслеты Лилитта особо не верила. А в прочих случаях брак разрешался с позволения жреца или священника.
Затем они снова вернулись к географии и политике, княжна даже попросила показать ей карту мира.
Указывая на названия стран, Эрна поведал, что около полутора тысяч лет назад родились Тёмная и Светлая Хозяйки. В первые десятилетия правления они часто воевали, лишь потом установилось некоторое равновесие, когда одна из них спит, а другая бодрствует. В момент смены главенствующей богини происходят наиболее крупные войны и передел власти. По предсказаниям чтиц, очередной период междоусобиц должен начаться лет через десять–пятнадцать. Ожидается, что полыхнёт на границе между Чёрным и Белым королевствами.
 
Лилитта следила взглядом по ниточкам дорог, чтобы заметить названные страны на противоположном конце карты.
— А почему Красное королевство не имеет своего Хозяина? — княжна ткнула пальчиком в самую северную точку карты.