Под грифом «секретно» (СИ)
Шёл я с поднятыми руками, демонстрируя отсутствие агрессии, однако дойти до Воронкова, который стоял между двумя местами респауна, я не успел — на меня обратили внимание, и кто-то шибко умный пальнул, не раздумывая по чём зря. Этот первый выстрел, от которого я уклонился, подхватили и другие, и я, уйдя от них перекатом был вынужден и сам открыть огонь, одновременно с этим ускоряя и своё сознание, и следом самого себя. Благодаря тому, что вокруг меня было много людей, их пули, не попадая по мне, поражали друг друга, а я, вытащив нож, продолжил увеличивать счёт павших. Наконец очистив вокруг себя пространство от порядка полутора десятков лиц, я наставил ствол на Воронкова:
Довольно! — гаркнул я. — Я вам…
Но меня перебили несколько выстрелов, от которых мне пришлось уворачиваться, поражая самих стрелков.
Останови их! Я вам не враг! — крикнул я снова, беря на прицел Воронкова. Их оставалось уже около 50.
Я помню тебя, и мы просили сегодня помощи у вашего лагеря! Как и договаривались, но…
И я вам помог! Лишь благодаря мне вы всё ещё действуете по своей воле — это я убил утром Пал Саныча и помог вам в этой атаке!
Что значит действуем по своей воле?
То, что аналитик обладает аналогом гипноза. Именно поэтому в его распоряжении три лагеря.
Ты спятил что ли? Какой гипноз?
Не советую проверять. Лучше поговори об этом с Краюхиным или Безноговым. Сейчас же вам нужно быстрее отсюда сматываться, пока они не появились. Забирайте арсенал и бегите. У меня здесь есть дело и я не допущу, чтобы вы мне всё испортили!
Мы можем выиграть время, оставив часть здесь…
Нельзя, если, конечно, не хотите в дальнейшем никаких диверсий от своих же.
Ладно. Бегом в арсенал, у нас около десяти минут!
Спровадив Воронкова с отрядом, мы с Юрой поспешили найти место для укрытия. Сразу прятаться в офицерском доме, где нас бы однозначно засекли «обнаружением жизни», мы не стали, поэтому мы высматривали какие-нибудь кусты или высокую траву. И, найдя искомое место спустя несколько долгих минут, мы залегли, готовые к длительному ожиданию. Как обычно после ускорения меня мучила жажда, голод, гипоксия и усталость, которые я старался скрыть от оппонентов, только в этот раз я еле держался, было ощущение, что даже несколько дополнительных секунд в ускорении я бы не выдержал, и сейчас я, напившись и отдышавшись, мог спокойно прилечь отдохнуть…
***
Они вынесли весь арсенал, также забрали всё и у Безногого, а с Краюхиным связи нет, судя по всему они там всех перебили. — доложил Верещагин Пал Санычу.
Суки! Из-за какой-то случайности всё пошло наперекосяк! Пусть срочно пришлют нам свои заначки.
Замечу, что нам бы и своя не помешала…
Твоё дело выполнять приказы, а не давать советы. И какого хрена они просто ушли? Будто им кто-то на уши подсел!
Может и подсел — не за чем было личные дела смешивать с общественными.
Это называется одним выстрелом двух зайцев. Утром закупим оружие и присоединим пятый лагерь.
***
Видимость из нашего укрытия, которое оказалось весьма удачным вдали от мест респауна, была небольшой, тем более ночью, однако мы всё же могли немного ориентироваться в происходящем — порой кто-то пробегал мимо, неся несколько автоматов на плече, в другой раз кто-то на кого-то ругался, и до нас долетали обрывки фраз, так что когда шумиха вокруг улеглась, мы подождали ещё час и уже под утро пошли на дело. Кстати, у нас Рымов занимал комнату на первом этаже, второй же этаж был для собраний, покои же аналитика располагались в самой большой комнате второго этажа, что я прекрасно помнил ещё со своего прошлого визита, поэтому я полез наверх в окно, вгоняя попеременно два ножа в стык между брусьями. Перед тем, как уже перемахнуть через подоконник, я использовал дротик с транквилизатором — дёрнувшийся было Пал Саныч почти мгновенно застыл, тогда я уже залез внутрь, шумя ботинками. Обернув у него подмышками одеяло, я завязал его на спине, и принялся спускать грузного аналитика через окно, когда же у меня в руках остался лишь маленький конец одеяла, я разжал руки, и аналитик рухнул на Юру. Уже на улице мы быстро связали его руки за спиной, завернули его в одеяло, и понесли к дальним воротам. Оставив их в тех же кустах, где мы прятались, я направился к воротам. Первым делом я снял радиста у подножия частокола, затем уже двух часовых на стенах, только после этого я вернулся и мы, не поднимая шума, покинули крепость.
Отправив Юру подальше, чтобы аналитик ему ничего не смог внушить, я разжёг костёр и использовал немного стимулятора, чтобы привести его в чувство, но это не сработало, тогда я его ударил и полил водой из фляги. Он заворочался, привязанный к дереву, и я продолжил его будить, наслаждаясь этим процессом.
Как ты выкрал наше оружие? — начал я допрос, когда аналитик открыл глаза.
Развяжи меня. — тут же отреагировал он, а я почувствовал чужую волю, давящую на меня.
На меня это не действует. — сказал я, нанося добротный удар кулаком. — Вопрос повторить или перейти сразу к пыткам?
Это не я. Отпусти меня, ведь ты же знаешь, что я невиновен. Тебе же нужен такой союзник как я…
Ты что-то сегодня туго соображаешь. — ответил я, перебив его очередным ударом. — На меня это не действует. Я жду ответа. — закончил я, доставая нож.
Зачем тебе это, раз ты и так всё знаешь?
Здесь я задаю вопросы. И раз ты не спешишь на них отвечать, то я тебя потороплю. — сказал я, проводя ножом по его пятке. — Я читал, что была пытка, когда с человека снимали кожу, начиная с пяток…
Меня уже по твоей милости пытал Безногов, которому ты меня сдал, так что ты не напугаешь меня, малец. Тем более, что я знаю, что ты не сделаешь этого.
Не вижу причин для обиды — ты также меня сдал Рымову, и подвёл под пытки, и раз уж ты не хочешь говорить по-хорошему… — произнёс я, загоняя нож под ноготь его указательного пальца. — К коже на пятке я вернусь чуть позже, сначала займусь твоими пальцами, потом отрежу веки, чтобы ты всё видел, затем уши, нос, губы… — продолжил я, когда он перестал шуметь.
Я встретил ваш отряд, идущий в город, и приказал им вынести мне оружие, так же внушил им, что они видели тебя, выносящего это самое оружие. — быстро заговорил аналитик перебивая меня.
Как ты получил этот навык? — спросил я, вытирая нож о штанину и засовывая его лезвием в огонь.
Во время пыток я получил навык «ментальная сила», который потом вдруг улучшился до навыка «внушение».
Как?
Не знаю!
Как? — повторил я, приближая уже горячий нож к его зажатому в моей руке среднему пальцу.
Не знаю я как! У нас было общее собрание, где меня хотели разжаловать! Вдруг я получил «внушение» и убедил всех, что я для них лучший лидер!
На всех ли подействовало твоё внушение?
Нет. Наверно не подействовало на Верещагина.
Почему?
Не знаю я! Его тоже пытал Безногов!
Какие ещё у тебя есть навыки?
«Обнаружение жизни».
Дальность?
Около двухсот метров.
Каковы твои дальнейшие планы?
Захватить все лагеря.
И?
Дать отпор военным.
А дальше-то что?
В смысле что?
Может сбежать отсюда? Или вытащить всех? Ведь у тебя «внушение».
Да, сбежать отсюда со всеми…
Мне кажется, что ты сейчас говоришь то, что я хочу услышать… открой рот. — перебил я его, вытаскивая пакетик с тормозящим работу мозга порошком. — И съешь это.
Видя его недоумённый взгляд я продолжил:
Это не яд, хотел бы тебя убить — выбрал бы более простой способ.
Подождав несколько минут после того, как он съел порошок, я позвал Юру, и обратился к аналитику:
Сейчас ты прикажешь ему развязать тебя.
Развяжи меня. — последовал моей команде осоловевший Пал Саныч.
Скажи стоп-слово — может ещё и массаж сделаю. — ответил Юра. — Ты ошибся и он не владеет гипнозом?
Нет, у него есть навык «внушение», только он сейчас нейтрализован. Мы отведём его в наш лагерь, где он всё подтвердит.