Посольская школа. Невеста Сокола (СИ)

— Да, — ответила я, а потом ненадолго замолчала. Несмотря на будущую помолвку, просить у него помощи было неловко. — Я хотела поговорить с лином Ксаниром, но боюсь, что он даже слушать меня не станет.
— Глупости, — сдвинул брови Сокол. — Высокомерие лина Делири по большей части напускное, а сегодня он ещё и гость на вашем празднике. Пьёт вино, дегустирует закуски и вполне расположен к беседе. Вы позволите вас проводить?
Бездна, лучший убийца и в качестве охранника остаётся лучшим. Всех контролирует, всё знает.
Я подобрала юбки и пошла рядом с Соколом на восточную сторону двора. Отец нынешнего главы давно был в отставке. Воспитывал новорожденного сына, помогал жене выращивать цветы в саду, но до сих пор вызывал трепет в сердцах соклановцев одним своим грозным видом. 
— Ясных дней, лин Делири, — поздоровалась я.
Ксанир отправил в рот вторую половину тарталетки с жареными грибами и обернулся. 
— М-м-м, — протянул он. — Дочь Витта и негодный соколёнок. Флиртуете или уже ищете место, где уединиться? 
— Мы искали вас, — вспыхнула я. Тонкие намёки на то, что весь клан с нетерпением ждёт помолвки с каждым днём становились всё толще. — Очень нужен совет, лин Ксанир. 
— Какое постельное бельё выбрать? — усмехнулся он, запивая вторую тарталетку красным фитоллийским. — Только не шёлковое. Оно противно липнет к мокрому после близости телу. И вышивкой не увлекайтесь. А то я один раз всерьёз подозревал у себя кожную сыпь необычной формы. Зря к лекарю сходил. Сокол, выдыхай, у тебя сейчас волосы огнём вспыхнут. Завёлся. Уже и пошутить нельзя по-стариковски. Слушаю, лина Амелия.
Я сама была готова загореться. Лин Ксанир и так был не самым приятным собеседником, а после двух бокалов вина становился невыносимым. Как его столько лет терпела жена? 
— У одного из сирот клана необычный дар, — начала я. — Невил причиняет боль прикосновением. Перчатки смягчают воздействие, но ходить в них постоянно ребëнок не может. Нужно учиться контролировать силу. Я слышала, у вас похожий дар. Подумала, может, вы посоветуете упражнения или литературу. 
— Жалко мальчика? — нахмурился старый воин. — Не хочешь, чтобы он чувствовал себя изгоем? Первое, что нужно сделать — не давать ему “умных” книжек. Там контроль прививают через подавление. Он и так дышать боится, а тут вообще жить не захочет. Инструкторов для него выбирай тщательно. Не совру, если скажу, что не каждый возьмётся. 
— Хорс пока справляется, — осторожно заметила я.
— Он же из ума выжил, — сквасился Ксанир. — Нет, Хорс, конечно, разложит дар на составляющие, объяснит, что именно причиняет боль, но мальчишке не знания нужны. Он понимать себя должен. Чувствовать. Тогда и перчатки не пригодятся.
Старый воин переложил бокал в другую руку и показал нам голую ладонь. 
— Никто из инструкторов не сможет научить Невила этому, — я прикусила губу. — Слишком нагло просить вас стать наставником для мальчика, но я надеюсь…
— В тебе материнский инстинкт бушует, — цокнул языком Ксанир. — Замуж пора. Но давай так. За помолвочным браслетом пойдёшь к Соколу, а я согласен посмотреть мальчика. Сегодня, завтра? 
Далась им моя помолвка! Понять Магнуса я могла, он волновался за сына. А лину Ксаниру какой толк от браслета на моём запястье? 
— Однако. Мнение лина Сокола вас не интересует? — с трудом нашлась я с ответом. — Он не обязан жениться на мне из-за вашей прихоти. 
Бывший глава клана выразительно посмотрел на лучшего убийцу. Сочувствие, распустившееся мощным облаком после рассказа о Невиле, стало ещё ярче. Не со зла Ксанир нас подкалывал. Суровых воинов с детства учили пренебрегать эмоциями, высмеивать “розовые сопли и бабские переживания”. Поэтому одни ёрничали, а другие молчали. Сокола будто совсем не стало. Он застыл скалой за моим плечом и не шевелился. 
— Перебрал я чутка, — повинился Ксанир. — Извиняйте.
— Нет, я давно собираюсь, всё момент подгадать не могу, — тихо ответил Сокол и полез в карман. — Полгода браслет с собой ношу. Ювелира извёл придирками, пять раз переделывали. Не артефакт, конечно, как у правящей семьи, но хотелось, чтобы всё было идеально.
 
Теперь в тень ушёл Ксанир. Усилием воли подавил эмоции и отступил на два шага. А я смотрела, как мой жених разворачивает тряпицу. Помолвочный браслет был украшен затейливым орнаментом. Ни цветов, ни животных, ни символов. Запечатлённое в металле ажурное совершенство.   
— Амелия, — хрипло сказал Сокол и закашлялся, возвращая чистоту своему голосу. — Ты станешь моей женой? 
Я молчала, не зная, что ответить. Отец не дал благословения. Без него помолвка казалась ненастоящей, а браслет игрушечным. Но я боялась, что отказав Соколу сейчас, потеряю его навсегда. 
"Магнус обещал помочь, — вспомнила я. — Папа будет рад за меня."
— Да, я стану твоей женой, Сокол. 
Музыканты не играли, в небе не зажигались огни, но я дышать перестала, переживая момент. Жених застегнул на моей руке браслет. Холодный и тяжёлый.
— Надо выпить по этому поводу, — заявил Ксанир и захлопал в ладоши. — Поздравляю, молодые. Клянусь, никому не скажу до официального объявления. Красавица, вина!
Служанка остановилась возле нас с подносом сливового. Я не чувствовала рук и не поняла, как в них оказался бокал. В себя пришла лишь на втором глотке. 
— Церемония будет, — шёпотом пообещал Сокол, наклонившись к моему уху. — Всё будет.
— Поздравляю, — повторил старый воин, допивая свой бокал. — И всё-таки, сегодня заниматься с мальчиком или отложим до завтра?
— До завтра, — пробормотала я. — Приезжайте в любое удобное для вас время.
— К обеду тогда, — кивнул он. — И класс нам один отдай, чтоб без посторонних ушей. Я не педагог, я и загнуть могу так, что у твоих воспитательниц уши в трубочку свернутся.
— Никто вас не побеспокоит, обещаю.
В смятении чувств я никак не могла поверить, что он согласился. Святые предки, отец главы клана будет учителем в моей школе!
Бездна, я замуж выхожу. 
— Лина Амелия, — во дворе появилась Сирая. — Можно вас на пару слов? Есть что рассказать о нашем студенте. 
  
Глава 19. Тайны студента 
 
Приготовиться к очередному потрясению было уже сложно. Я пару раз вдохнула, выдохнула и натянула рукав на помолвочный браслет. Рано показывать его всем подряд, я ещё сама не привыкла. 
— Слушаю, лина Сирая.
Призрачная ведьма скользнула взглядом по вышивке на рукаве, с любопытством обернулась на Сокола, но промолчала. Да, по традициям клана жених тоже должен носить браслет. Наверное, лучший убийца так увлёкся созданием моего, что о своём забыл. Позже спрошу. Сейчас нужно выяснить, что там с Марко Ведари.
— Отойдём к стене хозяйственной постройки, — предложила дух-хранитель. — Я через шпионское окно покажу. Поторопитесь только, одевается студент быстро.
Я без лишних слов отправилась к сараю, где мы хранили грабли, мётлы и мешки для сбора сухих листьев, зная, что Сокол пойдёт следом. Слежка за подозрительными гостями — его прямые обязанности.
— Камзол он снимал чуть ли не со слезами на глазах, — шёпотом докладывала Сирая, рисуя светящийся круг на неструганных досках. — Пару раз проклял безрукую служанку в самых крепких выражениях.
 
— Возможно, он беден, и камзол — единственная вещь “на выход”, — предположила я.
— Не-е-е-ет, — ехидно протянула ведьма. — Смотрите.
Я чуть не вскрикнула, когда поняла, что шпионское окно показывает полуголого студента в его спальне. Да, нам сейчас не до щепетильности, но, святые предки, так же нельзя! Мы вторгаемся в его личную жизнь.
— Не слабо, — присвистнул Сокол, показывая пальцем в центр окна. — Артефактами обвешан, как боевой маг. Бездна, да там половина запрещённых.