Плетения конфедерации (СИ)

Не могу сказать, что вот прям идеально, но чувствовалось. И пушки на башнях были нацелены. Не на Трак, как у хамлов небывальских, но очень близко.
В общем, фортификация фортификацией и не очень приветливо. Так что подошёл я к створке приоткрытых ворот, оглянулся на выдвинутую башенку снизу трака…
И не стал морду в щель запихивать. А, для начала, попинал створку с размаху, постучавшись.
В отличие от эльфячьего, гнумий рунный мат светился только в подземельях, причём тускло, вроде бы большей частью вообще в инфракрасном. Но работа закорючек чувствовалась — то же «опознание».
А через четверть минуты пинков из-за ворот послышался бас:
— Какого хера нада?!
— И вам здрасти! — радостно ответил я.
— Здорово. Какого хера надо?! — тоже бас, но вроде другой.
— Посмотреть на Холодное. Возможно — предложить услуги в проблемах с нежитью, — озвучил я.
— Нет у нас проблем с нежитью! До твоего прихода не было!
— Руны у вас бракованные! — ехидно ответил я.
— Нормальные у нас руны! И с нежитью проблем нет! Нечего тут смотреть!
— Да и… хрен с вами, — решил я.
Ну что мне, в атаке охреневать и штурмом эту конуру брать? Не хотят — уедем, фиг с ними. Поселений по дороге к Конфедерации немного, но есть. Да и заезжать нам в основном ради любопытства нужно.
В общем, плюнул я на ворота (руны, кстати, на плевок мигнули красным) да и потопал к траку.
— А ты кто такой?! — раздалось в спину из воротной щели.
— Так «проблем нет и смотреть нечего» или «кто такой»? — полюбопытствовал я.
— От ответа зависит, — нелогично, но понятно ответил некта из-за ворот.
— Кащей я, специалист по решению проблем с нежитью, — озвучил я.
Ну, с нечистью у гнумов явно проблем нет. Без неё проблемы у них быть могут, но это их проблемы. А некрофон вблизи я и сам чую, повышенный. Не могильник с развесёлыми умертвиями, но… вполне нежить может быть.
А в остальном — как Ленка предложила представиться металломагом? Так меня пошлют нахрен и дальше дольше. У коротышек ЧСВ запредельное, в плане металлообработки, на генетическом уровне. И не только её, но пошлют.
А Ленку рекламировать как небывальского хакера — не хочу. не нравятся мне местные гнумы. И не хочу её из трака выпускать, так что только и остаётся «нежитебой».
— С нежитью проблем нет. Но впустить — можем. Без машины! Поговоришь с торговым бригадиром, а там — как решит.
— Можно попробовать, — протянул я, взглянув на почти невидимый череп над плечом, которым мне зелёнка кивнула.
Заваливаюсь я в щель — и на меня из пушки, блин, целятся! То есть, за воротами стоит этакий магострел-самоходка, с бородатой мордой в открытой кабине, и на меня хамски целится! Я даже в сторонку пару шагов сделал — так стволами вёл, паразит такой!
— А вы не охерели ли, уважаемые гномы? — осведомился я. — Я ведь и сломать ваше стреляло могу от обиды. Да и вас.
— А потому и целимся, — ни хрена не логично ответил борода из самоходки. — И не сломаешь.
— Поспорим? — уже начал переходить в режим «весело» я.
А то, блин, совсем охреневшие коротышки! Ну не пустили бы — хрен бы с ними. Но тыкать в Кащея артиллерией — хамство!
— Ты либо упырь высокоранговой, либо ещё какая пакость. Так что жди жреца и на ответы ответь! — обстоятельно ответил бородач.
— Я блин силой ломлюсь? Или угрожаю? Пушку убери борода, по-хорошему прошу, — по хорошему попросил я. — Или валю от вас, сволочи хамские, — предупредил я.
— Стоять! — в раздалось мне в спину, от какой то морды, вылезшей из самоходки.
Достали, решил я, выбрасывая тросы и задирая стволы самоходки вверх. Тяжело, даже жжётся слегка — мата на неё гнумы пожалели.
— Стою. Что-то хотел? — добро поинтересовался я у коротышки раззявившего пасть и лупающего буркалами.
— Напа… — проблеял он.
— Могу устроить. Но пока — не оно. И теперь я у ТЕБЯ, борода многогрешная, спрашиваю — что ТЕБЕ от меня, Кащея Бессмертного, надо, что ты меня останавливать стал? — полюбопытствовал я.
— Проверка на невраждебность Холодному, — выдал гнум.
— Холодное уже её провалило. Я уезжаю. И если будет хотя бы попытка агрессии — ворота и пушки вам не помогут. Всё, пока, — отпустил я пушки грохнувшей о землю самоходки.
 
И пошёл к воротам — ну реально, психи и свинторахи, хоть и коротышки. Не хочу с ними дел иметь, хотя что тут творится — интересно, конечно… Но у меня Ленка, так что нахрен…
И тут почувствовал… не мага. С ними у гномов ОЧЕНЬ сложно, редки, и с овладением колдунством у бородочей хуже, чем у людей, которые никаких блокировок и защиты не имеют. Люди не имеют, а у гномов с талантом небывальщины… ну талант, чтоб угробиться. Как-то так.
Так вот, чесал к воротам не маг, а рунный рисовальщик. Их ещё жрецами называли, но неверно, как по мне: жрали они столько же, сколько прочие бородачи. То есть дохрена, но не всех же жрецами называть?
А с богами, как по мне, к счастью — было никак. Не было их, что и хорошо. И надеюсь — не будет, и так всё не слава богу, чтоб его ещё славить, да.
А рисовальщик матерных граффити и гравировщик таких же надписях на механизмах чувствовался. И матершиной своей обляпан, да и чую. Хотя, возможно, как Ленка и предположила — душу чую, а не небывальщину магическую.
В общем, чешет и чешет. Но я аж замер, звук услышав и обернулся. Показалось — очень звук байк напомнил. Не рёв движка, а как у меня сейчас.
И примерно так и было — развеваясь чёрной бородой, на две половины разделённой, ехал довольно молодой на вид гнум. На магосамокате, натуральном! Пара колёс, между ними дощечка с гнумом, и руль.
И самокат, и гнум были исписаны матершиной, в том числе и гнумья рожа — то ли татуировки, то ли макияж магический — в такие тонкости применения гномьей обсценной лексики я посвящён не был. Но небывальщину вся эта персона, от макушки до самоката, корёжила знатно.
— Погодите, путник! — пробасил он. — Минуту, — уточнил он.
И провёл феерическую по скорости и сокрушительности… еплю подчинённых без смазки. В минуту оттрахал в мозг гномов-стражников столь виртуозно, что я аж заслушался.
После чего вытер лоб после трудов праведных и закосолапил ко мне.
— Вы… иди в жопу, — ни за что, ни про что, послал он кого-то. — На «ты»?
— Не вижу препятствиев, — несколько ошарашенно ответил я, но собрался, сделав ехидную морду.
— Ньялк, — представился он. — Бригадир торговый Холодного.
— Кащей…
— Слышал, — отмахнулся он.
А я желчно завидовал, стараясь не показать — всякие хамские коротышки, а то и свинотрахи связь имеют, всё контролируют, а я один как дурак.
— Мы тут посмотрели, ты почти нелюдь. Сильная, — выдал он. — И невраждебная.
— Сам ты нелюдь. Я очень даже людь, — буркнул я.
— На одну десятую — людь, — оскалился коротышка.
— Надо чего? — не стал я развивать тему.
Ну видно — надо что-то, иначе хрен бы всё тут это вот.
— За придурков — прощения просим, — погрозил он кулачищем придуркам. — Ты только по нежити работаешь?
— Вообще — нет, — озадачился я. — А что случилось?
— Василиски, лядь! Затрахали твари! И не взорвёшь сволочей — крепи повредим!
— Стопэ! — прервал я вопли коротышки. — А теперь медленно и два ра… нет, одного раза хватит. Но по делу — что за василиски? Не встречался, — признался я.
— Твари подземные.
— Метазвери? — уточнил я.
— Они самые. Лезут, сволочи! Работать невозможно, яды не берут, половину шахт… не твоё дело, — опомнился гном. — В общем, ждали мага людского, но справишься — не обидим!
— Меня хрен обидишь, я сам обидеть могу, — уточнил я. — И ни хрена это, Ньялк, не «подробно». Что за…
— Не тут же! Берёшься?
— Выслушать — берусь, — оскалился я, на что гнум почти незаметно досадливо пошевелил бородой.
Это у нас выходит, что расшифровали сигнатуру от сканера ворот. Послушали беседу и прислали переговорщика. Проблема, видно, есть, а тварь, точнее, твари вполне могут быть иммунны к доступному гномам.