Холли и плохой парень (ЛП)

— Еда внутри, — сказал он, отступая к дому. Когда щенок вышел вперед, виляя хвостом, Холли взяла его на руки и поспешила вслед за Алексом вверх по лестнице.
— Вот, — торжествующе сказала она, когда Алекс закрыл за ними дверь. – Видишь, как просто?
— Конечно, — сказал он, пока с него капала вода на пол холла. Он покачал головой, но улыбнулся ей и собаке, которую Холли крепко прижимала к груди. – Пойду за полотенцами. Постарайся придержать нашего нового друга здесь, ок? И проверь, есть ли у него ошейник.
Ошейник был.
— Здесь сказано: Джонни Петерсон, 43 Линден, — сказала Холли несколько минут спустя, когда вытирала щенка и себя. Казалось, что Джонни оценил внимание, а также большую миску куриных объедок, которые перед ним поставил Алекс. – Это леди по соседству, да? Та, которая одолжила мне джинсы.
— Да. Ее зовут Анна. Я позвоню ей. – Он посмотрел на женщину. – Почему всегда в моем доме ты выглядишь как жертва бедствия? Может, тебе стоит переодеться во что-то менее грязное.
Холли состроила рожицу, но последовала его указанию и побеждала наверх, чтобы надеть джинсы, толстовку и кроссовки. Когда она вернулась, Алекс играл с Джонни в гостиной.
— Соседка дома и в ужасе, везде его ищет и не может в полной мере выразить свою благодарность. Я поеду туда прямо сейчас.
— Я тоже хочу поехать.
— Сейчас ты чистая и сухая. Почему бы тебе не остаться здесь? Я вернусь через несколько минут.
Холли покачала головой.
– Мне нравится Джонни. И кто будет обнимать его пока ты за рулем? Я еду.
— Вероятно, он бы не умер в машине за пару минут без обнимашек, — сказал Алекс, но подал ей плащ и направился к двери, а за ним следовала Холли с теплым и счастливо крутящимся, закутанным Джонни.
Анна не могла выразить свою благодарность в полной мере. Ей было около пятидесяти, она была из старой, скандинавской фермерской семьи и Холли была так ею очарована, что могла бы остаться на часок, если бы Алекс не собрался уходить.
– Нам нужно вернуться назад, чтобы переодеться в сухую одежду, — сказал он и Анна мгновенно согласилась.
— Конечно, конечно. На этой неделе приходите на ужин, будет домашний куриный пирог.
— Звучит замечательно, — сказала Холли. Она опустилась на одно колено, чтобы попрощаться с Джонни, который восторженно облизывал ей лицо, пока женщина не засмеялась и не упала назад.
— Холли может претендовать на посещение, — сказал Алекс Анне. – Думаю, она привязалась к вашей собаке.
— Ну, похоже, что Джонни привязался к ней, — с улыбкой ответила ему Анна. – Похоже, к ней легко привязаться.
Алекс протянул руку, чтобы помочь Холли подняться.
– У нее бывают свои моменты, — признался он.
Шел проливной дождь, когда они вдвоем бежали от входной двери Анны к машине Алекса. Ветер подул сильнее. Через пять секунд они уже сидели в машине полностью промокшие.
Стало еще хуже, когда они подъехали к дому Алекса. Как только Холли вышла из машины, ветер сорвал с ее головы капюшон и женщина оказалась незащищенной перед яростью бури.
Холли громко рассмеялась и неожиданно замолчала. Она подняла руки вверх и закружилась, почти пританцовывая, подняв лицо к небу и закрыв глаза. Женщина была один на один со штормом, дождем и ветром. И это было великолепно.
***
Алекс добрался до крыльца и повернулся, чтобы посмотреть, где Холли. Она стояла среди бури, смотрела в черное небо, вытянув руки, и смеялась под дождем. С длинными рыжими волосами, распущенными по спине, насквозь промокшая, Холли выглядела как водяная ведьма из какой-нибудь милой сказки.
– Эй, сумасшедшая леди, беги внутрь! – Алекс старался перекричать ветер и дождь. Она улыбнулась ему и побежала к двери, которую он держал открытой. Они вдвоем почти упали в прихожей, тяжело дыша и заливая все дождевой водой, и Алекс захлопнул за ними дверь.
Мужчина включил свет, и старомодная люстра пролила свой тусклый, кристаллический свет на Холли, освещая ее влажное и холодное лицо. Она стояла и глубоко дышала, ее зеленые глаза были огромными и наполненными смехом. С плаща на пол капала вода, и женщина качала головой из стороны в сторону, как собака, хихикая, когда брызги попадали Алексу на лицо.
 
Холли была такой красивой. За всю свою жизнь Алекс никогда не видел ничего подобного. Она была похожа на женщину за семью вуалями из сказки. Когда ты думаешь, что видел ее со всех сторон, то понимаешь, что даже не начинал.
Холли скрутила волосы, чтобы выжать из них дождевую воду и выглядела как русалка. Алекс был словно матрос, наблюдавший за ней; понимая, что никогда не сможет подойти, зная, что она жила в мире, в который ему никогда не разрешат войти.
За исключением того, что Холли не была какой-то там недостижимой нимфой из сказки. Она была из плоти и крови и Алекс ее хотел. Все в мужчине было зациклено на этом желании – заняться с ней любовью, пока она не пришла в себя и не забыла огонь, горевший между ними.
Алекс сделал два быстрых шага, пока не оказался слишком близко, чтобы прикоснуться к ней и Холли удивленно на него посмотрела.
***
Алекс появился рядом с ней так внезапно, что Холли удивилась, и выражение его лица заставило ее оставаться на месте. Когда мужчина пошел вперед, медленно и осознанно, она отступала, пока не оказалась прижатой к входной двери. Казалось, что между ними искрилось электричество и трещал воздух, заглушая отзвуки снаружи.
— Как ты это делаешь? – спросил мужчина хриплым голосом.
— Что делаю? О чем ты говоришь? – Холли смотрела на него большими, удивленными глазами, понимая, что теперь было слишком поздно и что она была дурой, думая, что сможет спрятать влечение к этому человеку.
— Это, — сказал Алекс, глядя на Холли и на воду, которая блестела на ее волосах, губах и ресницах. – Ты избегаешь рискованных действий, и я соглашаюсь с тобой, потому что думаю, что это то, чего ты хочешь, а потом ты танцуешь в этой буре, как… — Он прервался и подыскивал слова. – В тебе есть что-то стихийное, Холли. Большую часть времени оно спрятано, но есть. Время от времени ты это выпускаешь, а затем прячешь назад. Что-то стихийное. Дикое.
Холли это не понравилось.
 — Мне нравиться думать о себе, что я сдержанная, — возразила она, пытаясь вернуть легкую атмосферу. – Изысканная и безупречная.
Алекс покачал головой.
– Я понимаю, что ты делаешь. Это так смешно. Ты носишь эти консервативные наряды и думаешь, что всех обманываешь. Даже себя. Черт, наверное, большую часть времени все так и работает. Но меня это никогда не обманывало. Даже в школе не обманывало, и я позволял тебе лгать мне и себе снова, и снова, и никогда ни черта не делал.
Холли стало трудно дышать. Она дрожала от желания и понимала, что, если не уйдет прямо сейчас, Алекс об этом узнает.
— Думаю, я пойду и… — Начала она и шагнула в сторону, но, в мгновение ока, Алекс схватил ее и прижал обратно к двери.
— Мы не закончили разговор, — сказал он.
— Какой разговор? Это не разговор. Это…
— Наконец, я скажу тебе правду и ты, наконец, ее выслушаешь.
Глаза Алекса никогда не были такого глубокого синего цвета, его взгляд пронзал ее и мужчина был неумолим. Черты лица Алекса стали суровыми и опасными, а намокшие волосы делали его… какое слово он использовал?
Диким.
— Прекрати, — прошептала Холли.
— Заставь меня, — грубо сказал он. – Ты знаешь, что сможешь, если захочешь. Оттолкни меня. А еще лучше – скажи, что я тебе не нравлюсь. Если сможешь, я уйду. – Алекс немного отступил. – Можешь это сделать?
Холли могла. Должна. Потому, что если она поддастся этим чувствам, ее жизнь никогда больше не будет прежней.
Женщина открыла рот, чтобы сказать, но из ее рта не вылетело ни слова.
Алекс оттолкнулся от двери, отступил на несколько шагов, но не отрывал от Холли свой взгляд.
— Ты не можешь этого сделать. Но ты также не можешь протянуть руку и взять то, что хочешь. – Он шагнул к ней. – Ты боишься. И позволяешь страху принимать решения за себя. — Еще один шаг. – Я был слишком напуган. Я боялся того вечера, когда мы поцеловались. Но будь я проклят, если позволю одному из нас снова убежать. В любом случае, не без драки. Так что вперед, Холли. Назови все причины, почему ты не можешь это сделать.