Из Тьмы. Арка 4 (СИ)

Не знаю, как для других, а для меня все эти восклицания и угрозы сливались в неразборчивый гул, разве что упоминаемые имена влиятельных лиц, связанных с этим любителем покричать откладывались в памяти. Перебивать его тоже никто не спешил. То есть Кей хотел. Но, увидев мой знак, закрыл рот и стал молчаливо ожидать окончания потока слов от пусть и старающегося держать маску, но явно выбитого из колеи, изрядно напуганного и униженного — сомневаюсь, что кто-то смел относиться к его персоне столь непочтительно — аристократа, изливающего вполне искренние чувства через словесную агрессию.
— Цундере, — хмыкнул Кей, когда охрипший Хиро сделал паузу, тем самым вызвав очередное подёргивание глаза «любимого папочки».
Хех, такими темпами мы его до тика доведём.
— Мы здесь для вашей защиты, — произношу я, когда негостеприимный хозяин (мог бы и нам предложить чего-нибудь!) присосался к бокалу, протянутому симпатичной беловолосой девицей. — Ваш сын — генерал Камуи — оказался пособником бандитов и бунтовщиков, который планировал свергнуть вас и поднять мятеж против законной имперской власти. Его люди напали на нашу группу и были уничтожены, но самому преступнику удалось скрыться. Мы полагаем, что он попытается вас убить.
— Кха-кха! — услышав столь наглую ложь, и так пребывающий не в своей тарелке феодал подавился напитком. Видимо аристократ не ожидал, что данное оружие отберут и направят против самого лорда, с чего-то возомнившего свою сиятельную особу самой умной, хитрой и сильной. — Что за чушь, кха, вы несёте?!
— То есть вы хотите сказать, что это, уже ставшее широко известным, нападение прошло мимо ваших ушей? Или оно изначально санкционировано вами? — спрашиваю ровным тоном, делая вид, что параллельно размышляю — не лучше ли позволить «сторонникам свержения старого лорда» совершить «успешное покушение» и договариваться уже с его наследником?
— Эй, папаня, а чего это у тебя в комнате красное всё? — Кей радостно ухмыльнулся аристократу, осознавшему, во что может вылиться наша беседа, несущая задачу договориться с родом Ван, но не обязательно конкретным его главой. — Чтобы кровь меньше отмывать? А что? Удобно, одобряю! — слова сопровождались легким давлением убийственного намерения.
Гвардейцы, присутствующие в помещении в качестве охраны Хиро, демонстративно схватились за рукояти оружия, но шутник удостоил их только пренебрежительной усмешкой. Соблюдающие молчание Акира, Ямато и Бэйб — внутренне напряглись, но внешне демонстрировали спокойную уверенность.
Старший лорд пусть и не сумел сдержать первый испуг, быстро отошёл от эмоций, сумев их более-менее усмирить. Здраво заключив, что открыто убивать его прямо здесь и сейчас мы не можем или не хотим — иначе для чего вообще нужно это представление? — он, перейдя в контрнаступление, попытался вывернуть ситуацию под удобным ему углом:
— Разумеется, я не отдавал никаких приказов атаковать вашу группу. Зачем это мне? — с подчёркнутым удивлением произнёс мужчина. — А вот о вашем, госпожа Абэ, конфликте с моим сыном — известно всему региону. Поэтому я требую тщательного расследования этого так называемого «нападения» на вашу группу. Это касается и иных граничащих с преступлениями мер, предпринятых вами с наместником, а также совершённых с вашего попустительства и содействия.
Дальше он, очевидно, снова «поймал поток» и начал весьма правдоподобно отыгрывать праведное негодование:
— Мы проявили терпение, когда ваши головорезы, попирая издревле данные владетельным родам права, вторглись на наши земли, чиня самосуд и нападая на деревни, но это уже переходит все возможные рамки! Вы призываете высокоуровневых монстров и, угрожая ими, вламываетесь в мой — уважаемого старшего лорда! — дворец, чтобы заявить о моём сыне, якобы напавшем на вас! Бездоказательно обвиняете его в связях с разбойниками, измене и ещё не пойми в чём! Да кем вы себя возомнили, монстры вас побери?! Думаете, имперское дворянство это спустит?!
— Отличное выступление, папаня! — ухмыляясь, Кей несколько раз хлопнул в ладоши. — Сразу видны гены артистичного и искромётного меня.
 
Наш собеседник на это только поиграл желваками, с трудом смиряя очередную вспышку ярости. Правильно: пусть злится, пусть боится, пусть недоумевает. Пусть отвлекается на неожиданно — хрен сотрёшь — нарисовавшегося сыночка. Ведь на эмоционально нестабильных, вынужденных переключаться с темы на тему людей всякие манипулятивные трюки действуют лучше. Даже обычные мошенники и торговцы этим пользуются, мне же с такой полезной штукой, как эмпатия-деэмпатия, на порядок легче, чем рядовым хитрецам.
Заместитель же рад стараться, давая волю своей натуре и с удовольствием доводя свою цель до белого каления.
Начинаю говорить, на полсекунды опередив аристократа, уже было собравшегося колко высказаться насчёт моего неумения держать в узде своих людей. Напрямую говорить со своим незаконнорожденным сыном он всё также не собирался.
— Почему бездоказательных? — вздёргиваю бровь. — У нас есть свидетель.
— Какой-нибудь запуганный солдат? — пренебрежительно фыркнул Хиро, который, как ему показалось, сумел нащупать землю под ногами. — Ни один суд не примет выдумки смердов как доказательство «преступлений» старшего лорда.
— Не совсем. Кей, позови нашего нового друга, — обратилась я к товарищу, который явно подумывал о том, как бы чувствительнее поддеть подчёркнуто игнорирующего его отца.
Родитель острослова и без того напрягся. Он явно понял, кого я имею в виду. Тем не менее, если верить эмофону, аристократ продолжал надеяться, что «захваченный в плен» выдал минимум информации или вовсе сохранил молчание. Ведь он знал, что следов пыток на явившемся с нами гвардейце не видно, да и двигается боец слишком бодро даже для человека, перенёсшего относительно мягкий допрос.
Вскоре Кей Ли, злорадно предвкушающий сюрприз для отца, вернулся в обнимку с гвардейцем. Тем самым — первым, которого я убила. Пришлось повозиться, восстанавливая его изломанное тело, а также раскрыть перед командой часть своих возможностей: теперь они знают, что я могу говорить устами своей марионетки и смотреть её глазами (не то чтобы ребята этого не поняли после создания двойников) — но, надеюсь, эффект будет того стоить.
Собственно, эти аспекты своей силы я собиралась засветить ещё за несколько дней до контакта с Камуи и его людьми, когда окончательно убедилась в том, что группа полностью мне верна и не станет трепать языками даже со своими. Потому и создала двойников. Нужно постепенно раскрывать часть секретов, ведь доверие — штука обоюдная, и если соратники узнают о некоторых не слишком важных и оттого не особенно скрываемых вещах не от меня, то сие — сильно в теории, но всё же — могут использовать против меня.
А если кто-то проговорится… что же, утекшая на сторону информация о более тонком контроле над куклами не несёт для меня серьёзной угрозы. Остальные же, более опасные вещи — так и останутся тайной для не оправдавших надежд подчинённых.
— Генри? Ты что здесь делаешь? — Воскликнул хозяин помещения, талантливо изобразив непонимание и, очевидно, намереваясь начать пояснительную беседу с марионеткой.
На самом деле, наш визави специально тянул время, чтобы оценить поведение гвардейца, нехарактерно себя ведущего, успокоиться и выработать новую позицию. А нам этого не нужно. Начинаю понемногу применять деэмпатию и, подав незаметный знак ребятам, отдаю мысленную команду немёртвому.
— Что, папаня — не ожидал, что кто-то между жизнью и преданностью твоей дряблой заднице выберет жизнь?
— Не только жизнь, но и справедливость, — опустив голову, добавила марионетка «не желающая встречаться глазами с буравящими его взглядами других находящихся в помещении гвардейцев».
— Справедливость?! Да я тебя из грязи поднял! Тебя, безродного, неблагодарного смерда, на девушке из рода женил! О какой справедливости ты смеешь заикаться, предатель?! — эту — на сей раз вполне настоящую — вспышку эмоций Хиро подавить не удалось, по крайней мере сразу.