Соннасарнова. Элит (СИ)

Фира позвонил по телефону и принялся ждать. Не больше, чем через десять минут, к дому подъехал белый автомобиль, из которого безумному ученому весело помахивала Аре. Фира сел рядом с ней, и Тейн возмущенно проводил отъехавшую машину взглядом.
Уехали они недалеко, вскоре остановившись на живописном безлюдном холме.
— О чем ты хотела поговорить? — спросил Фира.
Аре удивленно моргнула.
— Это же ты предложил встретиться.
— Я просто подумал, что начнешь ты. Ну ладно…
— Подожди! — воскликнула девушка и глубоко вздохнула. — Подожди. Сейчас соберусь с мыслями и все скажу.
Они стояли, прислонившись к боку машины, и смотрели вдаль. Погода была все еще не по сезону теплой, в сухой траве убаюкивающе шелестел ветер. Старый берест вдали упрямо цеплялся за свои последние листья.
— Я… — начала девушка и снова замялась.
Фира украдкой посмотрел на нее. Ему казалось, что он знает, что она собирается сказать.
Аре резко выдохнула и повернулась к нему.
— Я не человек! — выпалила она.
Брови Фиры поползли на лоб, и он не смог их остановить.
— Я не человек, — повторила девушка. — Ты же не расстроился?
— А кто же ты? — усмехнулся Кэйн.
— Меня даже не Аре зовут. Мое имя Верданди, и я богиня! Такая, знаешь… — девушка пощелкала пальцами. — В мифах нас называют мойры, или парки, или норны. Все равно. Я вообще-то ниточки плету. Фенечки там могу всякие…
Девушка смутилась, залилась краской и замолчала. Фира долго, пристально смотрел на нее. Под его взглядом она вконец смешалась, а он не выдержал и расхохотался.
— Тебе все равно? — удивилась девушка.
Фира пожал плечами.
— Имя Верданди мне нравится, — произнес он.
Богиня весело подпрыгнула и повисла у него на шее.
— Я тоже хотел кое-что сказать, — пробормотал Кэйн, отплевываясь от ее волос. Верданди-Аре отошла на шаг и внимательно посмотрела на него.
— Точнее, спросить, — поправился Фира. — Это очень важно. Кукловод прознал, что может быть используемым Кетер катализатором. Кое-кто однажды видел какой-то огромный алюминиевый цилиндр в секретных лабораториях Кетер. Знаешь, что это?
Аре округлила глаза.
— Цинковый, — поправила она.
— Что?
— Не алюминиевый. Цинковый цилиндр.
— Так ты знаешь о нем? — встрепенулся Фира.
— Я… Поверить не могу…
Девушка казалась ошарашенной.
— Что это? — потребовал ответа Фира.
— Лунный цилиндр Фараона.
  
Глава 10. Любовь травами не лечится
 
Amor non est medicabilis herbis
Фира Кэйн лежал на одиноком бильярдном столе в черной комнате его дома. Киноварные волосы рассыпались по покрытой зеленым сукном поверхности. Перед глазами проносились диаграммы и расчеты, но взгляд был устремлен мимо них, куда-то выше потолка, в голубое небо над Суюдей. Почему-то болело сердце. Этот орган никогда не подводил его, так почему же?.. Он подвигался, слегка меняя позу, но сердце продолжало ныть.
«Все потому, что Тейн занял мою столь удобнейшую кроватку!» — посетила мысль. Она вернула к реальности. Так-так, что ему там предлагает дом? Взгляд вновь сфокусировался на диаграммах. Вот уже несколько минут дом рассчитывал варианты, как можно сделать Тейну подлянку. К сожалению, чувство юмора у дома явно было черным, и Кэйну большинство вариантов не нравилось.
Ход его мыслей нарушил звук падающего тела. Фира заинтригованно прислушался, но дом охватила полнейшая тишина. Спрыгнув со стола, он прошел в гостиную, посмотреть, что случилось. Аккурат в том месте, где все еще подсыхала пролитая Тейном на Кэйна вода, лежал повелитель теней и с философским видом созерцал потолок.
Кэйн подошел поближе и стал над Алкайдэ. В его глазах он прочитал философскую задумчивость и печаль.
— Есть в жизни справедливость! — с восторгом рассмеялся Кэйн.
Алкайдэ сидел на спинке дивана и размышлял о мировой гармонии, когда в нем неожиданно проснулась совесть и он решил снизойти до приготовления кофе на двоих. Однако его благородным порывам не суждено было сбыться: едва он спрыгнул на мраморный пол, как, не удержав равновесия, поскользнулся и шлепнулся прямо на спину, хорошенько стукнувшись головой. Лежа на полу и глядя в потолок, Алкайдэ пытался сформулировать комментарий к происшедшему, однако мысли, роившиеся в его голове, все как одна были столь нецензурны, что великий эстет никак не решался произнести их. И вот в момент, когда он почти продумал приличествующую фразу, над ним навис ухмыляющийся Фира.
 
— Есть в жизни справедливость!
Позже, вспоминая о последовавших пяти минутах, Тейн каждый раз удивлялся своим обширным познаниям в области нецензурщины.
Замолчав только через пять минут, Тейн, наконец, взял себя в руки и с опаской посмотрел на Фиру, ожидая его реакцию на подобные высказывания.
Казалось, Кэйн был в экстазе. Он ухохатывался, схватившись за живот. Он все еще пытался выдавить что-то про «мировою справедливость», но уже был не в состоянии устоять на ногах, поэтому валялся рядом с лестницей.
Тейн со вздохом поднялся на ноги и, скрестив руки на груди, прислонился к спинке дивана. Однако не рассчитал и снова растянулся на холодном мраморе. После первого падения с координацией у него было не очень. Правда, на этот раз обошлось без ругательной элегии, посвященной несовершенству скользких полов и друзьям-идиотам, которые не понимают тонких натур и их ранимость.
— Ты точно моей смерти хочешь! — простонал с пола Фира, которому уже было трудно дышать от смеха.
— Даже не представляешь, насколько, — ответил Тейн, на всякий случай оставшись лежать на полу.
— Ох, мне плохо, — простонал Кэйн, все еще посмеиваясь. — Продлил сейчас жизнь лет на десять, не меньше. Если прямо сейчас не помру.
— Уж ты постарайся, — прошипел Тейн.
Из глаз Фиры катились слезы. Он глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки, но потом снова заржал, взглянув на обиженно изогнутую левую бровь Тейна.
— Ты хотел о чем-то со мной поговорить? — все еще лежа на полу, поинтересовался Тейн.
— Да не хотел я с тобой разговаривать, — удивился Фира.
— Так на кой черт ты приперся?
— Посмотреть, что за тело там упало!! — Кэйн снова не выдержал и расхохотался. — Ты меня такими вопросами в могилу сведешь!
— А ты думаешь, я что пытаюсь сделать? — искренне удивился Тейн.
— Правда? — сразу посерьезнел Фира. — Ну тогда ладно.
Веселость как рукой сняло, он сделал гордый вид и ушел с ним на кухню.
С кряхтением поднявшись, Тейн аккуратно последовал за ним.
Кэйн остановился возле стола и повернулся к Тейну, выжидательно смотря на него.
— Мне со сливками, — обворожительно улыбнулся тот.
— Мне тоже, — в тон ему ответил Фира.
— Уверен, что хочешь, чтобы я готовил кофе? — многозначительно поинтересовался Алкайдэ.
— Уверен. Но только именно ты, а не твои тени.
— Но ведь я неделим со своими тенями, — развел руками Тейн. — В конце концов, я их повелитель.
Фира скептически посмотрел на него.
— Раньше у тебя это как-то получалось все же. Ну ладно. Тогда будем тренировать твои способности, чтобы в иной раз ты в должной мере мог их контролировать, — при этих словах он наклонился и взял со стула, закрываемого столом, зонтик, и раскрыл его над собой.
— Как скажешь, — улыбнулся Тейн и щелкнул пальцами.
Возникшая из ниоткуда тень за несколько мгновений расставила на столе ароматно дымящиеся чашки, кофейник, сливки и красивую изящную тарелочку, наполненную шоколадными конфетами.
— Ведь можешь, когда хочешь! — Фира демонстративно похлопал в ладоши.
Тейн невозмутимо сел за стол и отпил кофе.
— Что интересного поведала тебе Аре? — прищурившись, светским тоном осведомился повелитель теней.
— Даже больше, чем ты себе можешь представить! — с охотой признался Фира.
— Настолько больше, что для этого потребовалось уехать из дома? Сказали бы, что я вас смущаю, я бы в оперу сходил, — с хитрецой подмигнул Тейн.