Хронос Изгоев (СИ)
— Подойдёшь к девчонке, — громко предупредил красморовец, — снесу голову.
Мужчина в капюшоне замер. Литеры на его палаше, до того горевшие огнём, погасли. Клинок чуть опустился.
— Кренхилл, ты? Не ожидал такой встречи.
— Мы вроде не знакомы, — бросил агент. — Такое оружие, как у тебя, я бы точно запомнил.
— Ты никогда прежде не видел ни меня, ни этот клинок, уж поверь. Нет, с тобой я драться не стану. — Человек в капюшоне посмотрел на ошеломлённую Нину. — Ещё увидимся, Обманувшая Смерть.
Он развернулся и бросился бежать, бросив клинок в ножны. Красморовец выстрелил ему вслед, но пуля прошла мимо. Нападавший скрылся за углом ближайшего дома.
— Не пострадала? — участливо спросил названный Кренхиллом, не опуская винтовку. — Знаешь этого типа?
Только вблизи Нина смогла разглядеть своего спасителя: на вид ему было не больше тридцати, однако из-за резких черт лица он издали показался ей старше.
— М-меня слегка зацепило, — губы девушки задрожали, а в золотистых глазах блеснул страх. Тогда же дрожь перекинулась и на пальцы, из-за чего даже расстегнуть молнию сумки стало непросто. — Но… у меня есть… апейрон.
— Госпожа, — уже твёрже обратился к Нойр служитель, — не заставляйте меня повторять ещё раз. Вы прежде видели этого человека?
— Что?.. Нет, конечно, нет… — Выцепив наконец ингалятор, девушка сняла крышку и спешно вдохнула аэрозоль. В ране защипало, когда края её начали стягиваться. — Я впервые его видела, господин агент. Вообще без понятия, чего он полез… Отпустите пожалуйста, мне… на работу надо. Заказ нужно успеть отнести.
Для наглядности пальцы её тронули козырёк фуражки с перекрещенными сигаретами вместо кокарды. Красморовец внимательно проследил за действиями Нины и просканировал эмблему: отдел службы доставки при магазине табачных изделий «Табакерка», деятельность разрешена, нарушений не выявлено.
— Понятно. Может, головорез с Нулевой, — завершив сканирование, отозвался Кренхилл. — Можешь идти, я за ним.
Поспешно уходя прочь, Нина не заметила стоящего у окна «Клюквы» мужчину с длинными чёрными волосами, одетого в дорогое тёмное пальто. Минутой ранее меж его пальцев тлела сигарета, но вот её сменили ключи с брелоком.
Выйдя на улицу, брюнет посмотрел посыльной вслед и подошёл к своей «Каренте Виксе ПиАр». Затем он открыл переднюю дверцу и, забравшись в салон, принялся изучать данные с видеорегистратора. В какой-то момент лицо мужчины стало напряжённым, а потом он замер, внимательно глядя на экран.
— Лиров меч, — выругался брюнет себе под нос. — Никогда не думал, что увижу его снова.
Эпизод второй
Карпейское Каэльтство: Градемин
Новоград, мурмурационное отделение г. Градемина
9-9/999
Организация Красмор уже многие годы хранила мир на Единой Высоте. Её охотники следили за порядком и расследовали преступления, хранители оберегали знания, а странники исследовали пустоши Нулевой Высоты. Агентов Красмор, находящихся при исполнении, узнавали по клювастым маскам, чей цвет указывал на должность.
Опорные пункты, называемые мурмурациями, имелись во всех полисах. Градеминский занимал массивное здание, выходящее окнами на столичный пляж. Внутри царили чистота и порядок, работала самая современная техника. Развешанные по стенам мониторы передавали картинку с уличных камер, стены блистали мраморной облицовкой.
Марианна Монтгомери, дочь каэльта Андреаса II и по совместительству хранительница в столичном мурмурации, начала свой рабочий день с корреспонденции. Хоть раз в неделю стопка начиналась с заявления на проверку концертной деятельности Кегана Аматриса — музыканта, использующего на выступлениях пирокинез. Даже не вчитываясь в текст, девушка выбросила документ в мусорную корзину под столом.
На вид дочь карпейского монарха была совсем молода. Иссиня-голубые глаза смотрели внимательно и цепко, на русых волосах лежала диадема, украшенная ярко-красными камнями. На лице юница носила серебристую клювастую полумаску.
— Госпожа Монтгомери, — постучав, в кабинет заглянула её белокурая ассистентка, Юрия Кериге, — можно?
— Заходи, — ровным тоном ответила Марианна и поудобнее устроилась в кресле. Заприметив в руках подчинённой увесистую папку, хранительница спросила: — Что там у тебя?
— Отчёт об инциденте в Старограде. Я знаю, что это не ваш профиль, но господин Волфалер считает, что вам следует с ним ознакомиться.
Монтгомери, поправив клюв, приняла в руки папку и открыла её. На первой же странице были отпечатаны фотографии с места преступления — подвала, на полу которого распластался парень с темнотой в глазницах. Сбоку булавкой была прикреплена фотография его же, живого и с улыбкой на губах.
— Адам Радмер, двадцать шесть лет, работник котельной при жилом комплексе «Диверри» в Старограде, — сопровождала чтение отчёта докладом Кериге, — пирокинетик.
— Лицензированный? — бегло скользя взглядом по бумагам, осведомилась Марианна и перелистнула. — Вижу, да. Но я не понимаю, почему Волфалер решил уведомить об убийстве меня. Я не криминалистка.
— Посмотрите заключение коронера: у усопшего забрали глаза, а вокруг глазниц зафиксированы характерные круглые метки с равными краями в полсантиметра диаметром, — наклонившись, Юрия ткнула пальцем в свидетельство экспертизы. — У нас есть все основания полагать, что подозреваемый является некрокинетиком — или кем-то, кто хочет за оного сойти.
— Полагаешь, убийца решил присвоить себе способности жертвы?
— Допускаю. В конце концов, такая возможность значится только за некрокинетиками: носимые ими на руках метки некрочтения способны не только открывать воспоминания усопших, но и перенимать их психокинетические умения, если таковые имеются.
— Пока не начнётся отторжение аллотрансплантата, — вспомнила Марианна и захлопнула папку. — Ты уже беседовала с прогнозистками?
— Да. Предварительная диагностика показала, что с этим делом будет связан грядущий пожар, предполагаемо — на территории полуострова.
— В таком случае, надобно усилить наблюдение над Староградом и проверить реестр зарегистрированных в полисе некрокинетиков, а потом — тех, кто считает, что не зарегистрирован. За пирокинетиками, впрочем, тоже стоит смотреть в оба глаза — нельзя исключать версию имитации работы некрокинетика.
— Я направлю запрос господину Волфалеру. Тело уже можно передать Чёрным Зорям, госпожа Монтгомери? Верховная жрица уже выделила пару вестниц для кремации.
— Да, конечно, — Марианна махнула рукой, — и не забудь передать госпоже Вайс, чтобы они тщательнее упаковали останки — не хотелось бы, чтобы пепел разлетелся раньше, чем его доставят на Липовое кладбище.
Кериге, наклонив голову, сказала:
— Будет сделано, — и ретировалась, оставив каэльтину.
Впрочем, её одиночество продлилось недолго — она резво подорвалась в сторону, когда перед оставшейся приоткрытой дверью промелькнул загорелый парень двадцати трёх лет. Чёрную клювастую маску, предписанную всем странникам, он, вопреки регламенту, всегда носил прикреплённой к плечу, а вместо форменной крылатки — видавшее виды пальто.
— Ландони! — крикнула Марианна, нагоняя того. — Можно тебя на пару слов?
— Не вопрос, — парень обратил на хранительницу взор горящих красным оптических имплантов, — что надо?
— Со мной связалась госпожа Лайне и сообщила, что в свой крайний визит в Заповедник ты вёл себя крайне вызывающе. Если ты ничего не сделаешь со своим поведением, то придётся сделать мне.
— Брось, Маришка, это было смешно — Кемром даже не заметил! — зачесав пятернёй свои каштановые волосы назад, хохотнул странник. — Ну подумаешь, подсунул ему глистогонку!
Поджав нижнюю губу, девушка ответила:
— Если ты обращаешься ко мне как к хранительнице, то для тебя я госпожа Монтгомери.
— А если как к любовнице? — красморовец игриво приподнял бровь.
— Бывшей, — Монтгомери метнула в него строгий взгляд, — любовнице, господин Ландони. Я в последний раз прошу вас соблюдать субординацию.