Хронос Изгоев (СИ)
Тихон Карнов, Анатолий Бочаров
Хронос Изгоев
Глава первая. Обманувшая Смерть
«Привет, "Videre", с вами Ник Даймонд», — видеоролик начался с появления молодого мужчины в стильном пиджаке и с небрежно уложенными волосами. Рукава в три четверти открывали запястья, на одном из которых был протофон последней модели с иероглифами на корпусе. — «В рамках подготовки к празднованию 120-летия создания Единой Высоты — мы, блогерское информационное агентство "Виженари", совместно с вооружёнными силами Красмор подготовили для вас краткий экскурс в историю. Поехали!»
В видеоряде возник флаг Единой Высоты, триколор, включающий в себя чёрный, белый и зелёный по краям. На кипенной середине подобием крестов, сложенных в круг, были отмечены примкнувшие государства, и было их пятнадцать.
«Предвестницей Единой Высоты стала война, названная впоследствии Великой. Считается, что основной причиной стало Воздействие еретических воззрений на карпейскую монархию: правительница, каэльтесса Ортега Неспящая, и дочь её, каэльтина Вендига, примкнули к секте, с которой сражалась Красмор».
За этим последовал герб с серпом и пронзающим его широким мечом, а на переднем плане сел ворон — ниже возникла подпись «Красмор».
«Именно под крылом Красмор в число нынешней Единой Высоты вошли многие страны, что положили кости на борьбу с еретиками, а война стала мировой», — блогер положил руку на сердце, — «и, можете поверить на слово, ни одна документалка не передаст тех ужасов, что тогда творились. Но именно эти единение и, не побоюсь этого слова, превозмогание заложили основы мира, который мы теперь знаем».
Далее пошла хроникальная съёмка с полыхающими лесами, которые после сменились занесёнными пеплом улицами. В сопровождении скрывающих лица клювастыми масками солдат шли беженцы: измождённые, в потрёпанной одежде да с баулами.
Заключительный отрезок продлился дольше предыдущих, и на него попали как несколько метров тяжёлого пути, так и пролёт самолёта, распылившего на толпу химикаты. Отравляющее вещество практически мгновенно превратило людей — как и гражданских, так и военных — в угольные статуи, а записывающая это камера рухнула оземь, продолжая запись ещё несколько секунд.
«Единая Высота началась с угля и пламени: после войны целые её куски, куда впоследствии вошла спасённая от ереси Карпея, были загрязнены элегией». — За этими словами появилась цветная карта, охватывающая почти всё восточное полушарие. Однако почти сразу она выцвела, и краски остались лишь на некоторых регионах. — «Именно тогда появились полисы, города, защищённые от элегического и иных Воздействий. Впрочем, для тех, кто не подписан на Эльдара Керимова, наверняка станет открытием, что обитаемые города есть и на Нулевой Высоте. Их называют сапоры, и там царят беззаконие и анархия».
Затем снова включилась вставка с записью, сделанной с высокой точки. Виднелись пустоши и разрушительной силы ветер, который где ураганами, а где смерчами вспарывал пепельный покров земли.
«Не только нравы на Нулевой Высоте опасны, но и погода близ очагов Воздействия. Лично я на месте Эльдара побоялся бы шариться по всяким развалинам у Вьюги под носом».
Прежний видеоряд продолжился. Горизонт заплыл туманом — послышались приглушенные выстрелы и крики.
Следующий фрагмент был снят с небольшой ручной камеры. Даймонд брёл по Красной Площади и разглядывал стены из красного кирпича. Напротив Верхних торговых рядов шла праздничная ярмарка, а со сцены реками текли песни. У памятника Минину и Пожарскому растянулась реклама кондитерской фабрики «Эйнем».
«Даже после конца света жизнь продолжается, и существование Единой Высоты — яркий тому пример. Новая эра», — блогер таинственно понизил голос, — «подарила каждому шанс на новую жизнь. Это эра воскресения, девочки и мальчики. Аве Красмор!»
— videre.eo, Н. Даймонд, «ГОДОВЩИНА ЕВЫ».
Эпизод первый
Карпейское Каэльтство: Градемин
Староград, улица Сарбена
9-9/999
В сумерках сердце Старого Города озарилось огнями, и площадь Дангери маяком осветила материковую часть столицы и дальние воды Понта Аксинского. Центром притяжения стал вековой памятник, установленный здесь в честь создателя карпейских литер. «ДЖЕСТЕРХЕЙЛ ОПУСТОШЁННЫЙ» гласила табличка на постаменте, а с высоты нескольких метров на полуостров взирали пустые глазницы фигуры.
— Выглядишь ты, конечно, жутковато, — проходя мимо памятника, обратилась к тому посыльная, Нина Нойр, — при… Хм. Почему у меня такое чувство, что это уже было?..
Мотнув головой, она поправила наушник в ухе и кнопкой переключила подборку. Заиграл последний альбом «Пограничного патруля». Пройдя ещё немного, посыльная поднесла наручный протофон к глазам и сверилась с навигатором. От улицы Сарбена оставалось всего пара сотен метров. Пунктом назначения значился перекрёсток между проспектом Виридана и ночным клубом «Клюква».
Накрапывал лёгкий дождь. Его капли оседали на брусчатке, срывались с нависающих над коваными дверьми козырьков. Стены старинных домов, украшенные гроздями лепнины, поднимались к небу, затянутому серыми тучами. Нависшие над окнами маскароны смотрели в пустоту гипсовым взглядом. На барельефах свивались мраморные змеи. С соседних более широких улиц доносился гул машин.
Здесь прохожих Нина почти не встречала. Дневные заведения, будь то свадебный салон, библиотека или антикварная лавка, уже закрывались, а ночные — бар и соседствующий с ним клуб — только открывались. Только аптека, казалось, работала в прежнем режиме.
Мужчина в тёмной куртке, с надвинутым капюшоном, не сразу привлёк внимание Нины — она как раз засмотрелась на припаркованный неподалёку премиальный автомобиль. «Карента Викса ПиАр» 994-го года выпуска с откидывающимся верхом: чёрный родстер из ограниченной серии. Экстерьер его буквально воплощал все элементы дизайна, присущие спортивным автомобилям: обтекаемая продолговатая форма и вытянутый нос, низкая подвеска. Все стёкла, в том числе и ветровое, были затонированы. Впрочем, это не помешало девушке заметить, что в салоне мигал индикатор записи видеорегистратора.
Нина слышала, что на весь Градемин таких автомобилей не больше трёх. И один из них стоял прямо под окнами ночного клуба «Клюква».
Меж тем незнакомец шёл, слегка сутулясь, лицо его проглатывала тень. Мужчина был высоким, широкоплечим, а руки держал в карманах. Его походные ботинки выглядели изрядно стоптанными. Вложенный в ножны меч позвякивал при ходьбе.
Приблизившись на расстояние нескольких шагов, незнакомец выхватил оружие резким быстрым движением. В тусклом свете сверкнул длинный палаш, пригодный как для рубки, так и для укола — прежде такие использовались в кавалерии.
Размахнувшись, незнакомец нанёс удар, метя девушке в шею. Нина отшатнулась, видя, как покрывающие клинок незнакомые литеры наполнились текучим пламенем. Глаза посыльной расширились от испуга и удивления. Лезвие пронеслось в считанных сантиметрах от её лица.
Нина отступила, а сердце сковала мучительная паника. Совладав с собой, девушка подала голос:
— Эй, чел, ты нормальный вообще? — прозвучало неуверенно и жалко.
Мужчина не ответил и атаковал снова, нацелившись в корпус. Уклонилась Нина чудом — клинок ударил, выбивая крошку из кирпичной стены. Следующий выпад, разорвав куртку, задел девушке плечо. Вскрикнув, она выхватила перцовый баллончик и направила струю незнакомцу в лицо. Тот покачнулся, закрывая лицо локтём, и оружие опустилось остриём к земле. Нойр развернулась и бросилась бежать.
Мокрая брусчатка заскользила под ногами. Нина пошатнулась, чуть не упав, и схватилась за стену. Нападающий снова приблизился — он двигался слегка заторможено, то и дело протирая от аэрозоля покрасневшие глаза.
— Ты должна умереть, — сказал незнакомец, вновь вскинув палаш. Голос у мужчины прозвучал вдруг молодо и чисто.
Выстрел прогремел неожиданно. Обидчик пошатнулся, зажимая рукой простреленное плечо. Его пальцы окрасились кровью. Оглянувшись, Нина увидела на пороге антикварной лавки темноволосого человека с оптическим имплантом, горящим оранжевым светом в левой глазнице. Нашивка на крылатке указывала на то, что спаситель был агентом Красмор. В руках он держал распространённую среди её служащих самозарядную винтовку Dis-UT.