Мост Вечности (СИ)

— Крест, — проронила я, понимая, что он говорит вовсе не о христианстве, а о перекрещивании пространства. Он давал мне подсказки.
— Смысл нужно искать не в словах, как таковых и не в силе их звучания, а в самом существовании языка, в его отношении к миру. Теперь ясно?
— Нет, — вот хоть убейте меня. Я, конечно, понимаю, что нас слушают арктики, и прямо сказать он не может. Но не до загадок мне сейчас.
— Ладно, — вздохнул он, смиряясь. — Ты знаешь, за что трава ненавидит деревья, а те траву? Нет? Они антиподы.
— А кто антипод крокодила? — спросила я, понимая, что арктики мало походят на смиренные сосны или дубы. Скорее, на крокодилов и акул.
Отец Кирилл улыбнулся.
— Индийская крыса.
— Да ладно…
— Угу. Она заползает крокодилу в пасть, когда он спит, и, оказавшись в желудке, прогрызает ему брюхо. Но и у нее тоже есть естественные враги — пауки.
Я задумалась. Значит мой путь только через обнимашки. Это единственный способ залезть в брюхо арктику. В первый раз я все испортила.
— Я поддалась искушению, — спросила я, только теперь понимая, о чем и Луи и он спрашивали меня. — Вы что — не могли сказать по-простому, почему все так сложно?
— Так все есть искушение. «Искушение присутствует и когда ешь, и когда спишь. Уберите искушения — никто не будет спасен». Ты разве не знаешь?
Он цитировал преподобного Антония Великого, святого дня моего рождения. И мне сделалось легко, не страшно больше. Как видели Мост бессмертные арктики, если не через искушение? Он говорил, никто без искушения не может войти в Царство Божие, называйте, как хотите. Не будет искушений — никто не спасется. Выходит, правильно, что поддалась искушению. Результат, правда, пока жутко ненормальный.
  
Выбор
 
С утра Ниршан не мог взять себя в руки. Бессонная ночь и крики на прислугу, все раздражало. Он не мог сконцентрироваться. Для него Совет звучал эхом, напоминанием давнишнего Совета на Трансплане. Того, где Гуй Ли совершил переворот, а Велигор Янчжун просил открыть ворота на Землю, чей источник Ци не тронут, и баланс Инь и Ян сохранился.
Он все время думал о Максиме. Так бывает, когда все выстраивается против, когда кажется, что на пути одни препятствия и нет решений. Ведь если Максиму признают шептуном, ее казнят. Быстрая казнь через химические воздействие. Она умрет счастливой и тихо. Не поможет даже крошка белой Ци. Если случится чудо, то тогда она останется под наблюдением Совета. Либо сядет. Он привез ее из Рима, он ее нашел. И она принадлежит ему. Как же хотелось выкрасть, спрятать от внешнего мира, сохранить. Хотелось невозможного.
— Что будешь делать? — Велигор Янчжун заехал к нему перед Советом и сейчас смотрел на него, стараясь скрыть сожаление.
Ему не нужна была жалость.
— Не знаю, — отозвался Ниршан, задумчиво вертя в руках монету. — Я все время думаю о том ее взгляде. Когда она взяла вторую монету, а затем сомкнула веки и выпустила. Секунду висела в воздухе, словно приклеенная.
Он посмотрел на друга.
— Затем упала, как и все остальное. Вспомнились слова Турина. Он, умирая, тянул ее и все шептал. Просил дать шанс. «Дай шанс, дай шанс…».
— Ты уверен?
Ниршан твердо и утвердительно кивнул.
— Она не шептун. Я не чувствую в ней опасности. Гуй Ли вцепился в версию о шептунах. Но я докажу обратное.
Велигор тяжело и понимающе вздохнул, шансов у Ниршана ноль. Все все понимали, Совет наверняка уже принял решение. Слушания — лишь дань протоколу.
— Любовь слепа, не находишь? — не дождался ответа и продолжил. — Ты только держи себя в руках. Он будет делать все, чтобы ты сорвался.
Ниршан не желал думать о плохом. Словно те истязания, которым подвергалась Максима, сломали не ее, а его. Он впервые смотрел на арктиков, словно со стороны, будто он кто-то еще, а не бессмертный. И этот кто-то сочувствовал ей, кричал и корчился от боли вместе с ней, молчал и укорял его древнюю душу. Бился внутри него монстром, требуя выдать право на действия, на свободу. Возможность проявить себя и спасти ее. Ниршану потребовалось много волевых усилий, чтобы заткнуть этот голос, заставить молчать, наблюдать с отстраненным лицом за всем, что делал Гуй Ли. Он сорвался лишь один раз, и вот к чему это привело.
 
Совет Старейшин — место круга, состоящее из пяти кресел для судий. Хотя когда-то их было шесть. За ними полуовальный небольшой амфитеатр для желающих посмотреть суд или собрание. Напротив кресло для свидетелей или обвиняемых. Зал выглядит торжественно и мрачно. Облицовочный камень черный, позолота мозаики на полу, на спинках кресел. Массивные металлические скульптуры навевают мысли о чем-то военном. Совет собирался в случаях крайней нужды и по особенным делам. Ниршан Линь стоял перед ними, как и Гуй Ли, в строгом черном костюме, белой рубашке. Дресс-код обязателен. Кресло с обвиняемым пустовало. Начинался первый этап разбора случившегося.
Он начал речь от защиты.
— Каждый из вас знает, шептуны — люди, обладающие уникальными способностями. Но не все люди, обладающие этими способностями, — шептуны. Позиция защиты — Максима Ли не является шептуном. Она ни разу не использовала свои способности во вред нам или людям. Не проявляла намерений или агрессии. И единственный раз, когда она проявила силы — в автокатастрофе на трассе, использовав их во благо общества и всех участников.
— Обвинение против такой постановки вопроса, — возразил Гуй Ли. — Мы считаем, что девушка, даже если она не шептун (он обвел собравшихся ироничным взглядом). Маловероятно, что она потенциально не способна воспользоваться своими навыками во вред. Ведь ситуация в аварии доказывает, что они у нее много больше, чем у любого шептуна. Как вы можете утверждать, что подозреваемая не является шептуном? Ее отец шептун. Она выросла и прошла обучение на Афоне — это факт — в штаб-квартире шептунов. И более того, происшествие в ночном клубе, и ее поведение показывают, что девушка умышленно пришла на встречу и создала ситуацию, при которой намеревалась навредить одному из нас.
— Факты говорят, что действовала подозреваемая по наитию.
— По наитию? Люди-нешептуны имеют постоянное место жительства. Они существуют в базах данных и не бегают от органов правосудия, — произнес Жуан Ди.
— Я надеялся на благоразумие Совета, на способность видеть факты, — откликнулся Ниршан.
— Факты говорят о том, что она скрывала свою личность, но так как одна она не смогла бы этого сделать, ей помогали. А значит, было что скрывать.
— Совершенно верно, подозреваемая скрытная личность и нарушила закон об информации и постановке на учет, но это не делает ее шептуном.
Гуй Ли поморщился.
— А как вы объясняете обмен Ци?
— Аномалией.
— Аномалией? — Гуй Ли махнул рукой. — Я прошу Совет Старейшин обратить внимание на протоколы следствия: Мост Вечности проявился над Валаамом в четыре пятьдесят пять утра. А во сколько по данным видеокамер Ниршан Ли удалился с подозреваемой в вип-комнату? За тридцать минут до этого. Обвинение настаивает на том, что данные обстоятельства связаны. Хотя природа связи нам и не известна, пока. Так же как и факт, что Ци бессмертного теперь в теле смертной.
— Или была, — возразил Ниршан. — В тех же протоколах указано, что Максима Ли до сих пор является приемной дочерью Гуй Ли, то есть твоей. А значит, она не попадает под понятие смертной и обязана получить защиту Рода. Разве это не так?
— Мы расцениваем это, как угрозу всем нам. По бумагам она и в самом деле моя приемная дочь. Но ведь ясно, что таковой она не является. Защита имеет доказательства того, что Ци была в ней до клуба?
— Нет, — произнес Ниршан, ощущая бессилие. — Но и у обвинения нет доказательств обратного. Или вы можете предъявить их?
— Ниршан Линь.
— Гуй Ли.
Гуй Ли повернулся к Совету и обратился к ним с завершающей речью.
— Судмедэкспертами с большой вероятностью утверждается, что обмен произошел в клубе. И это был именно обмен, а не некая аномалия, имеющая место быть до него. Я прошу Совет Старейшин принять во внимание, что хотя мы не располагаем прямыми доказательствами того, что Максима Ли является шептуном, но есть много косвенных. Есть сложность в определении, по каким законам ее судить, по законам смертных или бессмертных. Мы просим разъяснения. А также есть неочевидная связь с поиском шептунами Моста Вечности. Обвинению неизвестно наверняка, когда в ней появилась Ци бессмертных. Все имеющиеся документы предоставлены. Обвинение настаивает на том, что подозреваемая является шептуном и просит высшей меры наказания.