Повелитель теней. Том 2 (СИ)

— Треснут наши черепа, — уже более спокойным тоном напомнил де Сансер.
— И, возможно, раньше, чем закончится перемирие, — согласился Айолин. — Неужели он действительно собирается взять приступом замок Повелителя Теней? Вот что меня сейчас беспокоит более всего! Удастся ли нам пройти через восточные горы? Скорее всего, дорога, указанная на карте, предназначена для проезда небольшого отряда, а мы пойдём туда с армией. Он собирается атаковать цитадель и замок, а значит, хочет тащить за собой осадные машины. Мы даже не знаем, что собой представляют эти крепости.
— Я знаю достаточно, чтоб понимать, что приступом цитадель девы Лардес взять практически невозможно, — ответил де Сансер. — Она имеет слишком высокие стены, до которых не дотянутся никакие осадные башни. К тому же её окружает не просто ров, а широкая и глубокая пропасть, которую невозможно перекрыть щитами. Только если защитники цитадели выйдут к нам на бой, мы сметём их и сможем войти в цитадель. Впрочем, коль они стоят там, чтоб защитить дорогу, то они выйдут. Но даже если нет, взятие цитадели не нужно, чтоб пройти к Грозовой горе. Дорога огибает её, и мы можем пройти мимо. Всё, что сможет сделать гарнизон, это обстреливать нас со стен из луков, но это не беда для того, у кого есть щит. А вот о замке на Грозовой горе нам точно ничего не известно. До появления Повелителя Теней там никакого замка не было. Это была просто чёрная гора среди острых светлых скал. Теперь поговаривают, что там стоит чёрный замок, всегда окутанный грозовыми тучами, извергающими пламя. И даже если это выдумки, всё равно этот замок место нечистое и опасное.
Айолин задумчиво кивнул и обернулся к дверям. На пороге появился юный паж и сообщил, что барона де Сансера и барона Делвин-Элидира ждут в королевских покоях.
— Пойдём, взглянем на карту, — ворчливо произнёс де Сансер и направился вслед за пажом.
Вечер был светлым и тёплым, но на душе у Айолина было тревожно. Ему не хотелось ходить по шумным улицам, заполненным торговцами и горожанами, направлявшимися в трактиры. Ему не хотелось оказаться в компании друзей, где будет много разговоров и веселья. Ему нужно было спокойно подумать над тем, что он узнал днём. Потому, вернувшись домой, он прошёл в небольшую гостиную на первом этаже и сел в кресло у стола. Эта комната чаще использовалась в холода, потому что здесь были маленькие окна и большой камин. Но сейчас здесь было сумрачно, свет едва проникал в узкие бойницы под потолком, и к тому же прохладно, камин был пуст, а от серых, покрытых старинными гобеленами стен тянуло сыростью. Эта прохлада и полумрак вполне соответствовали его настроению, потому он поправил на плечах домашнюю меховую накидку и откинулся на спинку кресла.
Однако остаться в одиночестве ему не удалось. Неожиданно что-то маленькое и серое шмыгнуло через приоткрытую дверь в комнату и промчалось в угол, где за пологом скрывались слегка покоробившиеся деревянные карнизы. Следом ворвался большой лохматый кот и неумолимой боевой машиной помчался за мышкой. Однако мышь ускользнула в щель между стыками карниза, а кот замер, едва не врезавшись в стену носом, потом какое-то время озабоченно рассматривал полог и, наконец, заметив наблюдавшего за ним хозяина дома, мило смутился и принялся вылизывать тёмную лапку в белом тапочке. После этого он грациозно потянулся, победоносно подняв свой великолепный пушистый хвост, и сел, невозмутимо глядя на барона.
— Киса! — раздался где-то недалеко голос Хока, и вскоре дверь приоткрылась, и он появился на пороге. — Простите, ваша светлость, — произнёс он, входя. — Я говорил ему не играть в покоях, но он слишком увлекается и носится, сшибая всё на своём пути.
Он взял кота на руки и хотел выйти, но Айолин его остановил.
— Он вовсе не играл, друг мой, — улыбнулся барон. — Он гнался за мышью, то есть выполнял очень важную и нужную работу, которую могут выполнять только представители его славного племени. Правда, он не поймал её, но в следующий раз ему несомненно повезёт. Вы не составите мне компанию, если конечно вас не смущает столь мрачная обстановка?
 
— С удовольствием, — кивнул Хок и присев в соседнее кресло, усадил Кису на колени, кот тут же разлёгся и замурлыкал, благосклонно принимая ласковые почёсывания хозяина. Хок при этом внимательно взглянул на барона и спросил: — Ваше мрачное настроение вызвано этой обстановкой или она нужна вам потому, что соответствует вашему настроению?
— Скорее, последнее, — пробормотал Айолин и посмотрел на него из-под ресниц. — Скажите мне, командор де Мариньи, что вы знаете о Повелителе теней?
— Практически ничего, — пожал плечами тот. — А к чему этот интерес?
— Я полагаю, что вы с ним знакомы, поскольку являетесь членами одного рыцарского ордена, который сравнительно невелик, и, насколько мне известно, все его члены знают друг друга.
Хок задумчиво смотрел на него и Айолин пожал плечами.
— Я видел Повелителя Теней. В своих видениях, когда был охвачен смертным сном. Это высокий худощавый мужчина, чрезвычайно бледный, с раскосыми голубыми глазами и коротко остриженными чёрными вьющимися волосами, не так ли? И на его руке такой же браслет, как и у вас, только другого цвета. Он серый.
— Да, вы правы, — признал Хок. — Он — один из нас. Когда я его знал, я думал, что он — обычный человек, но что он собой представляет теперь, я не знаю. Я понятия не имею, какими способностями он обладает, зачем он устроил своё пристанище именно на Грозовой горе и какие цели он вообще преследует в этом мире. Он всегда был замкнутым и сдержанным на вид, но именно в груди таких людей часто бушуют роковые страсти.
— И леди Дарья его не боится?
— Нет. Я думаю, она не видит причин для страха, если бывает в его мрачных чертогах. Но она — это не все остальные.
— Безусловно… — пробормотал Айолин и, откинувшись на спинку кресла, посмотрел в потолок, расчерченный тёмными стропилами. — А что бы вы сказали, если б узнали, что войско Сен-Марко собирается отправиться туда и захватить его замок?
Хок какое-то время пристально смотрел на него, а потом покачал головой.
— Я бы сказал, что это авантюра. И зачем вашему войску туда идти? Разве ваш враг не альдор?
— До конца перемирия ещё целый месяц, и у короля Ричарда есть время прогуляться до Грозовой горы и отобрать у Повелителя Теней Алмазное Сердце. Я не сказал, что он собирается это сделать. Это лишь допущение.
— Ну, конечно, — кивнул Хок и задумчиво почесал кисин загривок, отчего мурлыкание стало ещё громче. — Это довольно странное допущение, ваша светлость. Я не так много знаю обо всём этом, но, насколько мне известно, путь к Грозовой горе очень сложен и опасен. К тому же, я знаю человека, который теперь называет себя Повелителем Теней. Если он не захочет отдать реликвию, он её не отдаст.
— Он так могущественен?
— Он очень умён.
Айолин задумался, а потом спросил:
— Леди Дарья окажет ему помощь в защите крепости?
— Не исключено, — кивнул Хок. — Если это поможет избежать лишних жертв, то она обязательно сделает это. Вы, и правда, полагаете, что Алмазное Сердце, это что-то, что можно положить в сундук и увезти?
— В данном случае важнее, что думает король, а он думает именно так. Он считает, что Алмазное Сердце даст ему абсолютную власть.
— И вы не хотите, чтоб это случилось?
Айолин поморщился.
— Вы знаете мои взгляды, командор, я б с удовольствием сам столкнул Ричарда в пропасть, особенно если это помешает ему завладеть всем миром. Он жесток и опасен. Даже владение Сен-Марко — это слишком для него. Как вы полагаете, есть ли возможность помешать ему в осуществлении его планов?
— Я не считаю себя вправе вмешиваться в дела вашего мира, друг мой, — вздохнул Хок, — пока это непосредственно не коснётся уставных целей нашего ордена. Однако на пути армии короля, если конечно она двинется к Грозовой горе, что вряд ли случится, будет слишком много препятствий и опасностей, чтоб можно было с уверенностью говорить об успехе этого предприятия. И я повторяю, что не верю в то, что Повелитель Теней отдаст ему Алмазное Сердце. Такие люди, как он, не отступают и не сдаются. Он слишком умён, его ум тонок, как лезвие стилета, и изворотлив, как змея. Он всё равно придумает, как выкрутиться.