Повелитель теней. Том 2 (СИ)

— Я думаю, что мы не станем отвлекать слуг от их дел, — проговорил Марк, жестом отпуская Жиля, у которого, конечно, было много других занятий, потому что именно он следил за состоянием гардероба хозяина и его гостей.
Они сели за стол. Киса, спрыгнув с подоконника, прошёл по каменным плитам пола, победно неся свой реющий, как боевое знамя, хвост и, запрыгнув на колени хозяина, деловито осмотрел стол.
— Думаю, эта мисочка с печёночным паштетом и мелко нарезанная сырая форель предназначены для сэра Киска, — заметил Марк, поглядывая на кота.
— Для нас эти порции маловаты, — кивнул Хок, придвигая красивые мисочки из молочного фаянса, украшенные синим рисунком. — Постарайся не ронять еду мне на штаны.
Киса укоризненно взглянул на хозяина и, протянув лапку, зацепил на блюдце кусочек паштета.
— Скоро война, — проговорил Марк, разливая вино по кубкам. — Я слышал, что вы числитесь в отряде де Морена.
— Числюсь, — пробормотал Хок неохотно.
Марк бросил на него внимательный взгляд.
— Вы не рвётесь на войну?
— В нашем мире уже давно нет войн, — пояснил Хок. — Убивать людей и вообще отнимать чью-то жизнь, будь то животное или существо иной расы, считается непозволительным актом. Поэтому войны меня не радуют.
— Но вы же воин! — уверенно произнёс де Сегюр. — Я вижу это не по вашим доспехам и оружию. Манера поведения выдаёт вас.
— Наша функция состоит в защите и спасении чужих жизней, а не наоборот. Ради этого мы обучались воинскому искусству и ради этого иногда рискуем жизнью.
— Да, Айолин что-то говорил о странностях вашего весьма сурового орденского устава. Боюсь, на поле боя вам придётся нелегко. Здесь в бой идут исключительно с целью убить врага.
— Я понимаю. Когда-то очень давно мне приходилось участвовать в таких войнах.
— То есть вам приходилось убивать?
— Да, но я уже давно стараюсь этого не делать. К тому же устав запрещает нам убивать.
— И что вы собираетесь делать в такой ситуации?
— Пока не знаю.
Хок посмотрел на своего собеседника, ожидая такой же реакции, как когда-то видел у барона Аллара, но де Сегюр и не думал осуждать его и подозревать в трусости. Он какое-то время размышлял, потягивая вино, а потом поднял глаза на Хока.
— Знаете что, командор, я предлагаю вам перейти от де Морена в моё подчинение. Я тоже еду на войну, но у меня не будет командиров, кроме короля и барона де Грамона. Со мной десяток проверенных людей, которые будут выполнять особые поручения, думаю, в основном заниматься разведкой. Я обещаю, что не стану требовать, чтоб вы кого-то убивали. Не сомневаюсь, что вы сумеете справиться с врагом менее кровавым способом. Айолин уже разболтал вам, что первый поход направлен не против альдора, так что крупные сражения на этом этапе нам не грозят. А после поглядим. В конце концов, до следующей кампании ещё нужно дожить.
Хок с некоторым удивлением смотрел на него.
— Честно говоря, барон, я не ожидал этого от вас. Со слов нашего доброго хозяина я представлял вас человеком довольно жёстким.
— Конечно, — рассмеялся де Сегюр. — Марк — хороший парень, что не мешает ему быть бабником, интриганом и бретёром. К тому же я шпион и наёмный убийца. Всё это так, я не просто жёсткий, порой я бываю очень жесток, но я никогда не бываю таковым без причин. Я рано потерял родителей и в совсем юном возрасте попал к королю Арману. Я был его пажом, потом оруженосцем, потом он произвёл меня в рыцари, и я стал его другом и телохранителем. Он был отважным воином, но его не зря прозвали Миротворцем. То, что он сделал — заключил семилетнее перемирие с луаром, — случай удивительный и беспрецедентный в нашей истории. Мы постоянно воевали с алкорцами, то нападая на них, то отбивая их нападения. Нужно иметь особый склад ума, чтоб просто подумать о возможности мирного сосуществования с извечным врагом. И вот, смотрите, мы семь лет прожили без войны, и уже представляем, что это такое. Арман мечтал не только о путешествиях за пределами нашего мира, он мечтал о том, чтоб и здесь наступило царство красоты и разума, с которыми убийство несовместимо. И когда вы сказали, что в вашем мире давно нет войн, что-то отозвалось в моей душе. Может, кто-то счёл бы ваших соотечественников трусами, не способными к воинской доблести, но я знаю, что это не так. Просто вы пережили наши болезни и создали мир, о котором мечтал Арман. Я отношусь к этому не только с уважением, но и с почитанием. Если вы не хотите убивать — никто не может вас заставить. Я сам не испытываю к этому занятию никакой тяги. Убийство — это действие по необходимости. Наш мир таков. Но если вы — другие, почему бы вам не оставаться собой? Я предлагаю вам содействие в этом.
 
— Что ж, я с благодарностью приму ваше предложение, — произнёс Хок. — Уверяю, я постараюсь быть вам полезным, не нарушая свой устав.
— Я уверен, что так оно и будет, — удовлетворённо кивнул Марк. — С Тристаном я всё улажу. Он не станет возражать. С вашими новыми товарищами я познакомлю вас вскоре. А пока, если вам не трудно, дайте пару уроков фехтования моему оруженосцу. Он, кажется, ничего тяжелее ложки в руках не держал, ему будет нелегко на войне.
— Конечно, — пообещал Хок.
— Что ж, — улыбнулся Марк, поднимая кубок. — Мне кажется это начало крепкой и долгой дружбы.
Хок с удовольствием поднял свой кубок в ответ, а Киса, опустошив блюдце с паштетом, уже тянулся за кусочком лосося.
Следующее утро было светлым и шумным. Город всё больше оживлялся, армия готовилась к походу. Марк придирчиво осмотрел доставленные ночью доспехи и амуницию, Хок тем временем разглядывал оружие под зачарованным взглядом юного Шарля. Он проверил, насколько сбалансирован простой, не слишком тяжёлый меч оруженосца с обтянутой кожей рукояткой и с особым вниманием осмотрел боевой кинжал с лезвием двусторонней заточки. Подержав его в руках, он велел юноше срочно отнести его обратно к оружейнику, чтоб тот сменил рукоятку, скользившую в ладони, на другую — из древесины шиповника или падуба. Услышав это, Марк сам взял кинжал в руки и согласился, что рукоятка неудобна, особенно для неопытной руки. Потом они втроём спустились на площадь, чтоб посмотреть на приобретённого для Шарля коня. Конёк был невысокий, коренастый, с крепкими ногами и широким крупом, но достаточно резвый. Марк сам осмотрел его копыта и проверил подковы и на сей раз остался доволен.
Шарль умчался к оружейнику, а рыцари отправились на постоялый двор «Хромой заяц», где разместились рыцари, прибывшие с Марком из луара и составлявшие его личный отряд. Представив друзьям нового товарища, он отправился к де Морену, чтоб устроить перевод Хока, а тот вместе с новыми приятелями сел за стол в переполненном обеденном зале, где раскрасневшиеся служанки разносили по столам ранние завтраки для постояльцев. Вскоре он уже чувствовал себя в новой компании легко и свободно.
Вернувшись в дом Делвин-Элидира, Хок тут же велел Шарлю взять новый меч и вместе с ним спустился во внутренний дворик, где, сняв кольчугу и камзол, приступил к тренировкам. Хоку не впервой было тренировать новичков, потому он действовал терпеливо и настойчиво, подбадривая своего подопечного, который был ошарашен своей неуклюжестью и страдал из-за насмешек, сыпавшихся на него со стороны хорошо обученных юных воинов хозяина дома.
Вскоре пришёл Марк и, разогнав насмешников, какое-то время наблюдал за мучениями своего новоявленного оруженосца. Наконец, он сжалился над ним и разрешил отдохнуть, а сам снял латы и камзол, собрал в хвост на затылке длинные волосы и взялся за меч. Поединок барона с Хоком снова притянул в дворик и на опоясывающую его галерею множество зрителей, но, на сей раз, они смотрели на происходящее с восхищением, потому что рыцари бились, как и положено настоящим воинам, опасно и быстро нанося стремительные удары, ловко уворачиваясь от встречных и отбивая их. Вскоре оба соперника вошли в азарт, демонстрируя друг другу всё новые хитрые приёмы и на ходу обсуждая их. Затем Хок предложил взять кинжалы и достал из ножен свою старинную дагу. В этом поединке Марку уже не удалось совладать с ним, и в какой-то момент он оказался в железном захвате с поблескивающим у горла клинком.