Замок янтарной розы. Книга 2 (СИ)

- Неужели? – я вскинула бровь. Совсем о них позабыла с тех пор, как мы отвели угрозу от Генриха. Заказ, оплаченный Баклажаном, Ири так и не выполнила, и после этого мы даже не заикались о Масках, чтобы не тревожить её.
- Ты не представляешь - главарями банды оказались маркиз и маркиза де Роше! Кто бы мог подумать на такое уважаемое семейство.
Да-а-а уж… Жаба и её муженёк-Богомол! Я должна была догадаться.
А Шеппард-то каков! И ведь у него до сих пор завалялся ещё один мой медальон связи. Даже не подумал оповестить! Видимо, догадался, что я не останусь в стороне от такой операции века, которая, к тому же, напрямую меня касается. Но то, что я услышала от Кэти, идеально ложилось в картину.
Получается, маркиз с маркизой устроили в своём доме штаб-квартиру ордена, да ещё и прикрывали всё ежегодными маскарадами. Как иронично! Так и вижу самодовольную физиономию Жабы, и как она потешается над глупыми людишками, рвущимися на знаменитые маскарады, не зная, что «Танцующие Маски» - это вовсе не метафора, а название ордена вовсе не случайно. И эти вечные амбиции маркизов, их стремление освободиться от власти Королевства Ледяных Островов и сделать собственное Княжество пупом земли… наверняка вся идея ордена родилась из желания убирать чужими руками политических противников. А уж когда выяснилось, что за такого рода услуги кое-кто готов платить немалые деньги… дело поставили на поток.
И выходит, что Жаба действительно пыталась меня убить на том маскараде – не просто, чтобы отобрать моего лиса, хотя и этого ей, наверняка, тоже очень хотелось. А потому, что ее контора получила заказ от Баклажанихи на мою бедную персону. Гостевые покои на том маскараде, очевидно, мне определили тоже не случайно – Жаба намеренно приказала проводить меня туда, где уже поджидали заботливо подброшенные в пирожные скорпиончики. И Красной Маске давала поручение лично Жаба – отправила её ко мне под видом служанки с лимонадом. Вот почему она обмолвилась в пылу спора с Богомолом, когда мы с Генрихом подслушивали за шторкой, что «если хочешь сделать хорошо – сделай сам». Затея со служанкой и лимонадом провалилась, и Жаба решила лично поднести мне рюмочку отравы.
Как жаль, что я сразу не расспросила Ири подробнее! Но мы как-то все время избегали разговора о прошлом. Видно было, что Ири мучительно стыдно, что она попала в такую плохую компанию и чуть было не стала убийцей.
- Слушай, Эмбер, но ты как будто даже не удивлена!
- Я просто знакома с Жабой… точнее, маркизой и её мужем. Мерзкие были людишки. И что с ними теперь?
 Кэти пожала плечами.
- Лишены всех титулов и брошены в королевские темницы для особо опасных преступников. Говорят, больше всего заключенная сокрушается об отсутствии своего обширного гардероба и не менее обширной коллекции фарфоровых статуэток. А заключенный – о том, что его посадили в одну камеру с женой.
- Бедный… как бы его и впрямь не постигла участь богомола, - сочувственно проговорила я. – Погоди, а дочь? У них осталась младшая дочь, Бетти кажется.
Ну да, та самая Бетти, что вместо меня выпила отраву, заботливо приготовленную маменькой.
- Ох и не повезло девушке с родителями. А впрочем… родителей ведь не выбирают, правда, Эмбер?
 Я не ответила. Да. Родителей не выбирают.
- В общем, я слышала, что ее отдали под опеку старшей сестре с мужем, и они усиленно ищут ей партию. По законам их княжества женщина не вправе наследовать титул, а родители уже не смогут провести ритуал принятия её мужа в семью. Получается, род де Роше просто сгинет без следа. На земли уже точат зубы соседи, Король едва сдерживает их аппетиты своим авторитетом.
Кэти замолчала. Опять собирается с мыслями. Я снова струсила и решила увести тему от того, что она явно хочет сказать.
- Какие новости у вас с Роном? Как девочки?
- Девочки… девочки хорошо… - рассеянно ответила она. – Я тебе не рассказывала, что от Эдди письмо пришло? Родители его уже похоронили мысленно, столько лет ни ответа, ни привета. А тут пишет. Правда, без обратного адреса. Мы так и не поняли, чего он прячется.
 
У меня были догадки на этот счёт, но я решила их не озвучивать.
 - И что в письме?
 - О, надо было видеть, какое лицо было у старой графини, когда мы его читали! Любимый сынок сообщал, что не вернётся домой, но у него всё хорошо и... он женился. Едва не довёл маменьку до сердечного приступа тем, что не сказал, на ком. Какая-то низкородная лекарка с дальних островов. Эй, Эмбер! Что за загадочная улыбка? Ты что-то знаешь об этой странной истории?
- Что-то знаю, - подтвердила я. – Но пожалуй, лучше помолчу, чтобы никого больше не доводить до сердечного приступа. Можешь просто мне поверить, что у него замечательная жена!
 - Да, возможно, - подозрительно посмотрела на меня Кэти. – Судя по тону письма, он очень даже счастлив. Пишет, что жена в нём души не чает и наконец-то нашёлся человек, который оценил его по достоинству. Знаешь, я даже рада! Ему всегда хотелось, чтобы его обожали. Может теперь, когда перестанет завидовать всему свету, Эдди обретёт, наконец, покой.
Мы замолчали снова. Я набрала воздуху в грудь и смирилась с неизбежным. Сцепила пальцы в замок на коленях.
- Так, Кэти… а теперь признавайся, зачем на самом деле ты со мной связалась. Что стряслось?
 Она посмотрела на меня в упор. Моя подруга, как и я, терпеть не может серьёзных разговоров.
- Эмбер!  Вообще, если честно, Рон был против, чтобы я тебе говорила. Сказал, "этот человек этого не заслуживает". Но я считаю, ты имеешь право знать. Твой отец…
Кажется, я предчувствовала, о чём будет разговор. Потому что, наконец, поняла, что за тень омрачала моё счастье всё это время.
Я не знала, где мой отец и что с ним. Я уже много лет с ним не разговаривала, у меня даже весточки о нём не было. И кажется, эти раны уже достаточно отболели, чтобы я вспомнила самое важное. Что бы он ни сделал, он остаётся моим отцом. И я не могу отмахнуться от него и просто вычеркнуть этого человека из своей жизни, словно он чужой.
- И что с моим отцом? – спросила я ровным тоном, стараясь не выдать охватившую меня бурю эмоций и даже не шевелясь.
 - Он… понимаешь, он давно уже жил отшельником в своём дворце… отказался от маршалльского жезла – ну, после того сражения под стенами Замка ледяной розы. Никого не принимал, с ним остались только слуги… Но они почему-то ничего не стали делать. Король потом приказал провести дознавание, думал, может было покушение. Но королевские следователи подтвердили, что чужих в тот вечер в доме не было. Просто слуги почему-то не стали входить в графские покои, даже… когда услышали звук падающего тела. Скащали, граф не велел его беспокоить. Подозревают… подозревают, что слуги были под каким-то подчиняющим заклятием, которое заставляло их беспрекословно слушать хозяина.
 - Что… с моим… отцом?
- У него был удар, Эмбер. Врачи осмотрели его только через сутки. Всё это время он был совершенно один в своих покоях. Жизнь… ему спасли. Но у него парализована вся правая половина тела.
Кэти закончила рассказ почти шёпотом. А потом посмотрела куда-то за мою спину.
- Я пойду. Прости за такие новости. Обнимаю…
Связь прервалась.
Я обернулась.
В дверном проёме стоял Генрих и молча смотрел на меня. Его правая рука была сжата в кулак.
Я перевела взгляд на обручальное кольцо на моём пальце. Кольцо его матери, которой мой отец сломал жизнь. Сломал жизнь им обоим.
- Эмбер… я не скажу, что смогу его простить. Этого не случится никогда. Но… приму любое твоё решение.
Я сорвалась с места и бросилась ему на шею. Искать утешения и сил в любимых руках.
Место, где я родилась и провела своё детство, встретило меня в ужасающем состоянии. Полном запустении. Заросший сад, полуразрушенные качели, грязь в доме и ощущение, будто я вхожу в склеп, в котором давно уже не живут люди.