"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Те же самые мысли читаются и на лице Хельги. Правда, в ее с Бергом случае речь идет о заморозке работ в лабораториях. Бедная рыжая. Ей придется долго убеждать брата в необходимости притормозить исследования. Действительно придется, поскольку Хельга ведет не только домашнее хозяйство их маленькой семьи, она держит в своих крепких ручках все финансовые вопросы, позволяя брату полностью погрузиться в мир ментальных конструктов, не отвлекаясь на земные реалии. Чему последний, надо признаться, только рад.
Грац спокоен за свою долю, это те же пять процентов, что и у остальных наших компаньонов, за исключением государя, но доктор не ведет каких-то собственных разработок, и доход от пая, насколько мне известно, идет на счет в банке, с которого он и живет. Так что Меклен Францевич вполне способен удвоить свой вклад без особых напрягов, равно как и вложить в казну объединения те же проценты от доли Телепнева. Но вот на нас с Ладой он косится с изрядным сочувствием. Еще бы, наш пай составляет тридцать пять процентов, и, даже несмотря на относительно невеликие траты, собрать пять с половиной миллионов мы не сможем. По крайней мере, так скоро, как предполагается секретариатом государя.
– Другого выхода, я так понимаю, все равно нет? – вздыхает, наконец, Хельга, прерывая воцарившуюся в салоне тишину. Я пожимаю плечами. Рейн-Виленский, при последней нашей встрече, достаточно четко объяснил «политику партии». Избыток абсолютной монархии, у которой, как оказалось, есть и свои минусы. А уж когда такой монарх является еще и совладельцем твоего предприятия… в общем, можно даже и не рыпаться.
– Я думаю, если мы все вместе тряхнем мошной, то наверняка сможем собрать полную сумму. А сочтемся по завершении года. Что скажете? – протянул Грац, на что Лада только печально покачала головой.
– И через месяц придет еще одно такое же «предложение». – Развела она руками. – Да еще и срывами поставок поторопят…
– Вы хотите сказать, что его у величества появились какие-то планы на наше объединение? – удивленно вздернул бровь наш профессор.
– Может, и не у него лично, но… – Я вновь пожал плечами. – Кажется, все указывает именно на это. Уже сейчас мы испытываем некоторое давление со стороны прежде безупречных партнеров. Иные поставщики начинают требовать полную предоплату, а кое-какие наши заказы, хотя бы на том же хольмском заводе накопителей, исполняются с нарушением сроков, срывая нам весь регламент работ. И что самое интересное, как я выяснил, глянув наши с ними договора, все эти недоверчивые и необязательные поставщики имеют в своих пайщиках нашего государя. Так-то.
– Н-но… но ведь это отвратительно! Зачем он это делает?! – Тряхнула рыжей гривой Хельга и смутилась, когда на ней скрестились взгляды присутствующих.
– Думаю, ему пришлась не по вкусу моя переписка с некоторыми нашими иностранными партнерами. Или сами эти партнеры. Ничем иным подобное стремление к тотальному контролю я, при всем желании, объяснить не могу, – протянул я и вздохнул. – Но это, на самом деле, неважно. Мы с Ладой посоветовались и решили взять кредит на увеличение уставного капитала. Объединение должно работать.
– Банк ведь потребует залог. Собираетесь рискнуть паем? – Покачал головой Грац.
– Посмотрим, Меклен Францевич. Как бы то ни было, ставить под удар наше дело я не буду. Да и уж совсем нищими мы с Ладой не останемся.
– А вы не думаете, что в случае… м-м-м… неувязок с кредитом банк просто продаст ваш пай любому заинтересованному лицу? И неизвестно, кто это будет… – Прищурился Гордей Белозорич.
– Именно поэтому мы здесь. Я хочу предложить вам выкупить шестнадцать процентов моего пая.
– Не хотите дать кредитору возможность получить блокирующий пакет, да? – Ухмыльнулась Хельга, переглянувшись с Ладой. О да, эти две финансовые акулы понимают друг друга, как никто.
– Разумеется. А учитывая, что принадлежащая объединению доля не имеет права голоса, вы, господа, даже при самом худшем варианте развития событий будете иметь решающее право голоса. – Кивнула жена.
 
– Вы так говорите, словно заранее уверены в том, что не сможете отдать этот чертов кредит, – пробурчал Попандопуло и тут же, по привычке, бросил виноватый взгляд на наших дам. Но тем сейчас явно было не до сквернословящего «вечного ребенка», так что они и не подумали сделать ему замечание.
– Не то чтобы уверен, Леопольд Юрьевич, – медленно проговорил я в ответ. – Скорее, это нечто вроде моего страхового билета, на случай непредвиденных обстоятельств. Согласитесь, будет обидно, если из-за моего упущения столь славное дело, как наша «Первая Четверка», окажется порушено?
– А почему бы вам не взять беспроцентную ссуду в самом объединении? – поинтересовался Берг, но тут же смущенно хмыкнул. – Извините, понял. Брать ссуду, чтобы тут же вложить ее обратно в казну предприятия… глупо.
– Да не сказала бы… – задумчиво протянула Хельга и вновь переглянулась с Ладой.
– У нас нет столько денег. – Пожала плечами моя жена, отвечая на безмолвный вопрос подруги.
– А если… – начала рыжая, и Лада ее тут же перебила:
– Да, можно попробовать. Всю сумму мы, таким образом, не наберем, но если добавить наши с Витом сбережения, то… вполне может и получиться. Хельга Милорадовна, вы гений, – просияла улыбкой жена.
– Ну что вы, Лада Баженовна – мы гении, – скромно поправила ее рыжая исследовательница, и подруги звонко рассмеялись.
– Я даже не буду спрашивать, что именно они задумали. – Вздохнул Грац, и наша мужская часть собрания согласно закивала.
Ну да, лезть к нашим финансистам, когда они в таком состоянии, значило добровольно обеспечить себе головную боль и немалое удивление от наглости очередного состряпанного ими авантюрного плана.
До сих пор с содроганием вспоминаю, как эти две… э-э-э… мудрые женщины умудрились всего за полгода пересадить подавляющее большинство извозчиков с экипажей на канареечно-желтые и бордовые «Классики» с непременными «шашечками», намалеванными вдоль лакированных бортов таксомоторов. Каюсь, с рацветкой и рисунком идея была моей, но вот остальное… В своей наглости наши дамы попросту выкупили ВСЕ коммерческие каретные сараи города и начали потихоньку поднимать в них арендную плату, одновременно капая на мозги несчастным «водителям кобыл», что-де планируют открыть, вот конкретно в этом сарае, механическую мойку для автомобилей, или вовсе перестроить владение так, чтобы там можно было устроить платную стоянку для все тех же самобеглых экипажей, или организовать мастерскую по их починке, а то и вовсе открыть собственное такси с десятком авто «для начала». И не желает ли, уважаемый Сила Рогволтич или, скажем, Искандер Танатович, сменить тряский экипаж и мерзлый по зиме облучок на отапливаемый салон таксомотора?
Обучение? Право, какая ерунда! Управлять авто ничуть не сложнее, чем запряженной лошадью, так что месяц на специальных курсах, и уважаемый Георгий Творимирич получит в свое распоряжение «Классик» самой распоследней модели. Деньги? Четверть дневной выручки от работы на авто, и через три года тот самый «Классик» перейдет в собственность дражайшего Самуила Яковлевича…
Две недели после этой «атаки» сообщество извозчиков трясло и лихорадило, а результатом стал заказ самого старого профессионального объединения в столице на поставку ему сорока автомобилей особенной раскраски и обучение предоставленных ими водителей. Богато, оказывается, живут господа извозчики!
Так, в Хольмграде появилось сразу две фирмы такси. Наши желтые «Классики», и бордовые авто «Хольмградского извоза» добавили изрядно головной боли нашим предприимчивым финансисткам, вообще-то рассчитывавшим своим ходом лишь занять места под инфраструктуру да организовать небольшую рекламу нашим авто… Организовали, что уж там…
Пока я предавался воспоминаниям, дамы успели состряпать договора на выкуп части нашего пая, распределив доли между всеми присутствующими. Правда, все экземпляры контрактов Лада забрала с собой. Кстати, по возвращении домой надо будет поговорить о возможности продажи таксомоторного парка. Хоть самим водителям, хоть нашим конкурентам из «Хольмградского извоза»…