Белые ходят вторыми (СИ)

Но Вейнанд, не проникшись моим дружеским порывом, мрачно покачал головой:
— Я узнаю о нём, но в лазарет тебя не пустят. Так что, если собирался всю ночь сидеть у постели друга, не получится. А Лайра наверняка переживает и ждёт новостей.
Вот уж привязался со своей Лайрой…
Со мной то есть. Ко мне. И, на минуточку, не своей! От стрессов какие только глупости не полезут в голову…
Я принадлежу самой себе!
Пришлось выкручиваться. Снова. Снова врать и изворачиваться, лишь бы не быть раскрытой.
Остановившись, с самым честным видом заглянула Эскорну в глаза и произнесла:
— Мы поссорились. В последнюю нашу встречу. Вы же знаете, какая моя сестра, — решила немного себя поругать, воззвать к мужской солидарности генерала. — Наговорили друг другу всякой ерунды… Я обязательно с ней поговорю. Сегодня. Но… хотел бы сделать это без свидетелей, если можно.
Сработало! Эскорн сдался, не стал настаивать на своём назойливом обществе. Правда, помрачнел изрядно, когда понял, что сегодня в доме баронессы ему будут рады ещё меньше, чем прежде, но быстро взял себя в руки.
— Тогда решай всё с сестрой. Главное, отправляйся сразу к ней, а не в ближайший кабак отмечать. И да, не забудь показаться животворцам. Пусть тебя осмотрят! — бросил он мне вдогонку.
Заверив наставника, что и животворцам покажусь, и со своей близняшкой обязательно помирюсь, я припустила по галерее, стараясь не обращать внимания на разбегающиеся по телу мурашки, от его взгляда, от того, что был рядом. Очень скоро сумрак поглотил мою фигуру, и я позволила себе немного замедлить шаг.
Мне очень хотелось узнать про Бриана, но я боялась соваться к животворцам. Как пить дать и меня захотят разложить на койке, чтобы осмотреть на наличие повреждений. Рёбра от удара Стейрода немного ныли, но я не могла так рисковать.
С Брианом всё будет в порядке. Верю в это! А мне надо отсюда убраться, пока ещё кому-нибудь не понадобилась. Бросилась к лестнице, собираясь как можно скорее покинуть стены академии. Сегодня пятница — имею право.
Не терпелось скорее стать Лайрой и поговорить с Эшваром о нашей патовой ситуации.
Я уже почти добралась до лестницы, почти шагнула на ступени, когда почувствовала, как кто-то схватил меня за руку и резко дёрнул, увлекая в глубокую нишу за доспехами. Те возмущённо задребезжали, когда их задела, но устояли. Только продолжили недовольно поскрипывать, нарушая тишину сонной галереи.
Хотела уже поинтересоваться: «какого джара!», но не успела. Чьи-то губы, слишком мягкие и нежные, чтобы быть мужскими, накрыли мои.
— Риф… — томно простонала неопознанная мной девица.
Я была настолько шокирована дерзким поведением незнакомки, что даже её не оттолкнула. Хотя следовало бы! Меня никогда не целовали ни мужчины, ни мальчики, и тут на тебе.
Щёки мгновенно запылали.
— Риф? — проговорила она уже удивлённо, и только тогда я поняла, что, может, и выгляжу как брат, но вряд ли мы целуемся одинаково.
Тут же решительно отстранила от себя ретивую девицу и хриплым от волнения голосом подтвердила:
— Это я.
В нише было темно — хоть глаз выколи, и, наверное, шиари решила, что обозналась. Но услышав голос брата, сразу расслабилась.
— Хвала духам! — выдохнула тихонько.
А я, быстро взяв себя в руки, продолжила так, словно мы были знакомы:
— Что ты здесь делаешь?
— Мне удалось исчезнуть из-под носа стражников, но всего на несколько минут, — возбуждённым шёпотом зачастила девушка. Скользнула ладошкой по моему плечу и, прошелестев пышными юбками, подалась вперёд, явно пытаясь украсть у меня ещё один поцелуй.
На этот раз я не растерялась, тут же пресекла столь вопиющие домогательства от не в меру смелой (и наглой) шиари.
— Не надо.
Девушка чуть слышно застонала:
— Ты всё ещё на меня злишься… Но я ведь скрывала правду ради тебя… Ради нас! Пойми ты в первую нашу встречу, кто я такая, бежал бы от меня без оглядки!
Кусочки пазла постепенно складывались воедино. Мне очень хотелось убедить себя, что передо мной дочь какого-нибудь барона или графа. На худой конец — маркиза, а может, даже герцога. Всё ничего, но…
 
Но это была одна из принцесс.
Джаров Риф!
Чем его девки из трактиров не устраивали? Где он вообще мог пересечься с особой королевской крови? Чем думал, позволяя себе даже смотреть в её сторону!
Явно не головой, а тем, чем привык думать, живя в Кроувере.
— Я сделал это ради нас. Нам не стоит больше видеться, — окончательно охрипнув от страха, от безысходности ситуации, проговорила я и стала лихорадочно вспоминать, как звали дочерей императора.
Элестрен, Дженна и Кайяна… Вроде бы.
Знакомство с которой из трёх стало фатальным для всех Ноэро? Точно не с младшей. Принцессе Дженне, если мне не изменяет память, нет и десяти.
Значит, остаются погодки Элестрен и Кайяна…
— Не стоит? — В голосе принцессы послышались капризные нотки. — Разве я больше тебе не нравлюсь? Разве ты охладел ко мне, к своей Кайе?
Постепенно глаза привыкли к темноте. И пусть та густой вуалью скрадывала черты лица стоящей передо мной девушки, но я всё равно увидела, как нежная красота растаяла под маской злости и раздражения.
Вздрогнула, почувствовав, как внутри нарастает напряжение. Было бы неосмотрительным и опрометчивым недооценивать принцессу. Все Регенштейны опасны. Нетерпеливы, капризны, безжалостны.
Разве что Бриан счастливое исключение. Возможно, потому что рос в семье матери, и его не испортила жизнь при дворе императора. Чего не могу сказать о её высочестве принцессе Кайяне.
— Её величеству стало о нас известно. А может, и императору.
Хотя вряд ли. Узнай Великий, что какой-то кадетишка посмел просто взглянуть на его дочь, и никуда бы Рифер не сбежал. Уже на следующий день его тело валялось бы в сточной канаве, и мы с Тессой вполне могли составить ему компанию.
Но если императрица в курсе, почему не рассказала мужу?
Может, потому что боится? Если Адальгер действительно намерен от неё избавиться, у него появится лишний повод: не досмотрела за дочерью. Или же за эту беду в юбке опасается? Неизвестно, что сделает с Кайяной отец, узнав, что та позволила себе спутаться с каким-то мальчишкой.
Что вообще между ними было?
— Не говори глупости! — отмахнулась принцесса.
— Меня пытались убить, — весомо заметила я.
На несколько мгновений Кайяна примолкла, а потом, заулыбавшись, с беззаботным восторгом продолжила:
— Всё это в прошлом! Даже если её величество узнала о нас, теперь, когда стало ясно, насколько ты ценен для моего отца, она не осмелится тебя тронуть. Ты стал неприкосновенен. Я ничего не поняла, но мне сказали, что ты хроновик. Риф! Это же… Это… А демонстрация огня… Духи, ты был великолепен!
Меня снова попытались поцеловать. Дёрнула головой, и влажные губы впечатались мне в скулу.
Кошмар, а не девчонка.
— Сейчас я вынуждена тебя оставить, но через неделю мы снова встретимся. Ты же будешь на первом зимнем балу? Конечно, будешь! Твою сестру официально представят ко двору, и в разгар праздника тебя найдут. Не переживай, я всё устрою. Главное… не разочаруй меня.
В этом «не разочаруй» звучала откровенная угроза. Её высочество давала понять, что, если я не удовлетворю её каприз, мной будут очень… очень недовольны.
С одной стороны, девицу можно было бы послать к джарам. Я ведь теперь действительно, считай, неприкосновенна. С другой — Кайяна одна из Регенштейнов, а значит, послать не получится.
— Буду считать дни до нашей встречи, любимый, — не стала дожидаться от меня ответа девушка.
Чмокнув в щёку (да сколько же можно?!), крутанула колечко на среднем пальцев и тут же… растаяла. Вернее, стала невидимой, потому что рядом заскрипели доспехи, а спустя пару секунд я услышала:
— Ничего не бойся, любимый. Я не дам тебя в обиду.
Ну вот, приплыли.
➳ Глава 2
Я ждала от Эшвара бурной реакции. Громов, молний и даже проклятий. Но фамильяр удивил. Кричать не стал, ругаться тоже. Только вздыхал так горько и безнадёжно, что впору было обнять его и плакать.