Тепло твоей души (СИ)

— Даня, блин, поставь на землю! — вырывалась она, но, только оказавшись на твердой поверхности, пошатнулась, поскользнулась и чуть не упала. Вцепилась в его куртку, стараясь удержать равновесие. Зеленые глаза парня оказались так близко от ее…
— Вот теперь я чувствую, что вернулся, — озорно улыбнулся он.
— Ах так! — Лиля выкрутилась из его объятий, прихватила пригоршню снега, даже не слепив из него приличного комка, и швырнула в парня. Его мгновенно припорошило белой пылью. Данил в долгу не остался и вскоре разгорелась самая настоящая войнушка с периодическими потерями с обеих сторон. Наконец, Лиля не выдержала, просто плюхнулась на белый ковер и заливисто расхохоталась, закрыв лицо ледяными руками.
— Замерзла? — Данил коснулся ее ладоней. — Ты почему опять без перчаток?
— Не люблю их, — она забавно скорчила рожицу. Данил даже не стал ругаться, просто попытался согреть окоченевшие пальцы. Он знал. Как знал ее привычку подолгу гулять с собакой. В августе загадывать желание, увидев падающую звезду. Рисовать на листочках, салфетках в кафе и еще какой-нибудь поверхности. Заваривать чай из трав и подолгу греться о горячую чашку. Не есть шоколадное мороженое — слишком приторное — и обожать лимонное, кисленькое. А еще исписывать красивым, мелким почерком несколько листов, рассказывая забавные случае, которые происходили здесь, дома. И практически ничего не рассказывать о себе.
— Ты давно приехал? — голос звучал ровно, но, может, она обиделась, что ей не позвонил? Кто знает, что в голове у этих девчонок? Лиля на редкость адекватная, но и на нее находит.
— Часа три назад. Как раз хотел часика через полтора вам позвонить, — он не оправдывался, совсем нет. Да и зачем? Она же просто старая подруга. Наверное.
— Понятно, — протянула Лиля. — Ты, наверное, спешишь?
В ее голосе так слышалось разочарование пополам с намеком. Хочет, чтобы ушел? Может, ждет кого-нибудь? А тут он. Взял и нарушил планы.
— Мама за молоком послала. Составишь компанию? — Данил не отрывал от ее лица внимательного взгляда, стараясь уловить реакцию. Вот Лиля слегка замешкалась, призадумалась, но потом решительно кивнула головой:
— Идем!
— Держись за меня, а то сколько, — предложил он, по привычке подставляя ей локоть. Но девушка только покачала головой:
— Не надо, я уже привыкла с этим теленком по льду гулять.
«Теленок», которому успели пристегнуть поводок, с эпитетом был не согласен и устремился вперед. Девушка охнула и едва удержалась на ногах.
— Марк! Вот зараза.
— Может, передумаешь? — довольно ехидно поинтересовался Данил, но увидел лишь упрямо сжатые губы. Что ж. Зато кого бы она тут не поджидала, этот кто-то ее точно не найдет. И эта мысль не могла не радовать.
 Глава 3 
 
Никогда не думайте о белой обезьяне. А еще лучше не играйте с ней в снежки, не ходите в магазин и, вообще, переходите на другую сторону дороги, чтобы не искушаться. Идеальный вывод? Самый верный. Но крайне сложный, если твоей белой обезьяной является Данил Левицкий.
Она была влюблена в него лет с тринадцати. Самый высокий парень в классе брата. Обаятельный, с чувством юмора. Любимец девчонок. Для которого она так навсегда и останется младшей сестрой лучшего друга. Пора с этим завязывать — прямо, как заправский алкоголик. В очередной раз решила Лиля и пошла вместе с персональным дорогим алкоголем в магазин.
— Ты сама как поживаешь? В своих письмах ты все время избегала этого вопроса, — полюбопытствовал Данил. Действительно, она писала ему каждую неделю, чтобы он совсем уж о них не забывал. А о себе не рассказывала совсем. Да и что говорить? Поступила, учится, гуляет… Ничего необычного.
— Все хорошо. Мне очень комфортно на дизайнера учиться, проекты делать. Тяжело, но очень интересно, — и она начала рассказывать о своей учебе. О том, как чудесно заниматься планировкой. Как здорово, что родители прислушиваются к ее советам. И что совсем скоро в ее комнате предстоит ремонт, дизайн которого Лиля разработала сама. Данил слушал ее, задавал вопросы. И только потом спросил.
 
— А в свободное время чем занимаешься?
— Гуляю, — улыбнулась Лилия.
— С кем? — вопрос, кажется, вырвался совсем не произвольно. Впрочем, вряд ли ему есть дело до того, с кем она гуляет. Если только с точки зрения присмотреть.
— С Марком вон. С ним часто надо гулять, — кивнула она на золотистого пса.
— Лиля… — Данил хотел что-то сказать, но девушка перебила.
— Лучше расскажи о себе. И вообще, ты надолго? К нам сегодня зайдешь?
— А можно? У вас никаких планов нет? — поспешно спросил Даня.
— Думаю, Родька будет рад. А вот твои родители? И у тебя, наверное, планы есть, — почему-то Лиля чувствовала неловкость. Вроде знает его почти всю жизнь, а все равно. А если он вдруг догадается о ее чувствах? Эта мысль заставила ее покраснеть и отвести глаза.
— Я планировал так и так зайти, — стоял на своем Данил. И быстро сменил тему, чтобы Лиля не заостряла внимание. Ему не хотелось, чтобы она поняла его превратно. Почему-то эта девочка всегда могла поставить его в тупик. И вообще каким-то непостижимым образом влияла на его настроение. С ней он всегда был лапочкой — ни единого грубого слова, настоящий рыцарь — защитник и опора.
Возле магазина Лиля была вынуждена остаться на улице с ретривером, а Даня отправился за молоком. Появился он очень быстро, девушка даже не успела порефлексировать и привести мысли в порядок. Зато успела сцепиться с какой-то старушкой, которая с важным видом отчитывала ее за то, что она гуляет с такой большой собакой без намордника.
— А если твое чудовище кого-нибудь покусает? Псина же огромная. Раз — и съест, — продолжала разоряться бабулькой.
— Она человечиной не питается, извините, — кротко улыбнулась Лилия. — Вы посмотрите, какие у нее глаза добрые.
— Бесстыжая! Ты мне еще и хамишь! — старушке явно хотелось скандала. Голос приобрел новые децибелы, на них начал оглядываться народ. Данил быстро вклинился и перехватил поводок.
— Спасибо, что подержала, — подмигнул он Лиле, которая не знала уже, куда девать глаза. Ругаться девушка не любила, но и долго терпеть, как оскорбляют ее собаку, точно бы не стала. — Это мой пес. У вас какие-то проблемы? С намордником он не гуляет, потому что обучен. Без команды никого не тронет. Вам документы о том, что он прошел спецобучение, показать?
Он даже не знал, есть ли такие документы на собак. Но от его тона женщина немного стушевалась, развернулась и, ворча, ушла.
— Какой ты грозный, — улыбнулась Лиля. — Учти, я тебе Марка не отдам. Мой пес. И только мой.
— Собственница, — рассмеялся Данил, а сам невольно подумал, является ли девушка собственницей во всем. Ревнивая ли она? Столько лет знакомы, а он этого так и не понял. Как и не осознал до сих пор ее реальное отношение к нему. Не Родиона же спрашивать. Друг, скорее всего, пошлет его куда подальше.
— Нет, ну а что? — возмутилась Лиля. — Марк мой. На него даже Родька не претендует. И всякие бабульки тут его обижают. Какое вообще право они имеют? — она наклонилась, погладила пса по голове и, глядя в его добрые карие глаза, проникновенно сказала. — Ты у меня самый лучший, самый добрый пес в мире. Не слушай тут всяких.
Данил только улыбался, наблюдая за ней. Вот таких моментов ему и не хватало все эти месяцы. Не строящих ему глазки барышень, а забавной и заботливой сестренки лучшего друга. Той самой, которая будет на твоей стороне до последнего, даже если ты не прав. Той самой, которая не предаст никогда. Той самой, которую хотелось оберегать.
По дороге Лиля опять начала тараторить — так ей хотелось заполнить чем-то эту неловкую тишину. Не обращая внимания на хозяйку, Марк трусил по дороге, то и дело утыкаясь мордой в снег. Вдруг он остановился, повел ухом и, резко дернув поводок куда-то побежал. То и дело пес оглядывался, словно проверяя, идут ли за ним нерадивые «людишки». Те ничего не понимали, но остановить собаку у Лили не получалось.