Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии! (СИ)

― Спасибо, Григорий Аполлонович, ― пролепетала я.
― Меланья, прощайся с дочерью, завтра на рассвете она уезжает, ― так и не дал нам поговорить отчим.
Под его пристальным наблюдением мама обняла и поцеловала меня.
Что мне хотела сказать мама? От чего предостеречь? Или всё это мои домыслы?
― Береги себя, Яра, ― сказала она на прощание. ― Запомни, безвыходных ситуаций не бывает и всё делается только к лучшему.
  
Смертельное обучение ― определённо счастливый поворот в моей судьбе.
  
Глава 4
 
― Дарина, привет, это я, ― позвонила я сестре, как только за отчимом закрылась дверь.
Нужно уезжать. Немедленно, пока он не вернулся.
― Яра? Ты уже в городе?
― Нет, меня в последний момент перевели в тёмную академию. В Карпаты.
― Офигеть! Как так-то? Я завтра же пойду к ректору.
― Не стоит, я не удивлюсь, что в ректорате лежит моё заявление на перевод.
― Даже так?
― Расскажу при встрече. Меня с вещами нужно забрать из дома. Срочно.
― У меня нет машины. Сейчас на сервисе.
― Дара, я уже собралась и не могу ждать.
― Не паникуй. Если такая срочность, то выходи к воротам. А я позвоню Миле или приеду на такси.
Камень с души упал. Сёстры меня вытащат и придумают, что мне делать дальше.
Открыла окно и выпустила своего фамильяра. Ворон Ларион, который достался мне от отца, вылетел и уселся ждать меня на воротах особняка.
Взвалив на плечи тяжёлый рюкзак, подхватила чемодан с вещами и сумку с книгами и направилась к выходу. Отчим должен быть с мамой, и мне удалось выскользнуть из дома.
Хоть в чём-то сопутствует удача.
Я стояла на дороге, возле ворот и ждала сестёр. Ветер нагло забирался под пальто, шаловливо гонял опавшие листья.
Паздерник (октябрь, старославян. — прим. автора).
Ощущалось, что зима не за горами.
Зажмурившись, я призвала свою магию. Осень послушалась свою хозяйку и согрела меня. Почувствовав, что колдую, мне на плечо опустился Ларион.
― Сидишь? ― Спросил ворон и я кивнула. ― Ждёшь?
― Как видишь.
― Так, до морковкиного заговенья не дождёшься. Дождь с утра был, забыла? Дороги развезло.
Точно! С этой историей с академией, я и забыла, что дождь лил всю ночь и первую половину дня. Дороги-то развезло. Сестре не проехать. Летняя магия Дарины не справится с размытыми дорогами.
Закрыв глаза, я зашептала заклинание, призывая осеннюю стужу. Дороги заморозило.
― Догадалась наконец-то, ― проворчал довольно Ларион. Я хмыкнула, увидев, что из-за леса показались огни фар. ― Вот и сёстры.
― Яра, что случилось? ― Из машины выбежала Богумила.
Я могла бы догадаться, раз так быстро доехали значит, за рулём наша фея зимы. Так, почему-то в семье называли старшую сестру, которая родилась с магией зимы.
― По дороге поговорим, ― опасливо оглянулась я на окна особняка. Мне даже показалось, что штора на окне в спальне матери дрогнула.
Дарина уже складывала мои вещи в багажник.
― Ты почему стоишь одна ночью на дороге? ― С беспокойством спросила Мила, выруливая на тракт.
― Меня отправляют в Лавенгуш на учёбу, ― расстроенно произнесла я, и машина вильнула на встречку.
― За дорогой следи, а не то всех нас угробишь, ― буркнула Дарина. ― Почему?
Я поняла, что вопрос адресуется мне.
― Отчим подсуетился.
― Что? ― Они обе повернулись, чтобы взглянуть на меня, и машина снова вильнула.
― Мила, правда, следи за дорогой, ― устало попросила я, ― а то мы все погибнем в автокатастрофе, на радость отчиму.
Отдаляясь от дома, вся усталость, накопленная за день, опустилась на мои плечи.
― У меня в голове не укладывается, ― возмущалась Мила, а Дарина помалкивала, лишь изредка бросала на меня понимающие взгляды. ― Зачем ему отправлять тебя, светлую ведьму в академию, где преподают тёмные искусства. Какой в этом смысл? Ты же всё равно не сможешь обучиться тёмной магии.
― Ты не права, Мила, ― вдруг сказала Дара. ― Если наша семья испокон веков становилась на светлую сторону, это не значит, что тёмная магия нам неподвластна. Наша магия дуальна и может быть как белой, так и чёрной. Строго говоря, мы серые ведьмы, которые могут творить как добро, так и зло.
― Так, ты что, считаешь, что Григорий прав? ― в голосе Милы слышалось негодование.
― Я так не говорила, ― мягко ответила Дара, не желая провоцировать конфликт, ― только заметила, что если Яра будет более гибка в принципах, то сможет освоить и тёмную магию, не в ущерб светлой.
― Отчим не мог не сказать тебе, почему он принял такое решение, ― давила на меня, Богумила.
Она была самой упрямой из нас и единственная, пока имела свой бизнес ― агентство по организации праздников, которое работало по всей стране. Мила могла сделать зимний праздник в разгар лета с катаньем на санях, строительством снежного городка и битвой в снежки. Сохранить цветочные композиции свежими и не замёрзшими в самые морозы.
― Он сказал, ― тихо произнесла я, когда мы заезжали на территорию небольшого особнячка в городе, который снимала под офис Богумила, а сама жила на втором этаже. ― Сказал, что я должна…
Комок, появившийся в горле, не давал вздохнуть. Грудь сжало, и из глаз потекли слёзы. С сёстрами можно не сдерживаться. Они поймут.
― Сказал, что должна стать его любовницей, да, Яра? ― Закончила за меня Дарина, а я лишь кивнула, подтверждая её вывод.
Мы поднимались по лестнице в оглушающем молчании. Казалось, что Мила никак не могла осознать, что сказала сестра.
― Ты откуда знаешь? ― Подозрительно участливо спросила старшая сестра, когда мы вошли в квартиру. ― Он и к тебе приставал?
― Да, в первый год, как мать вышла за него замуж, ― слишком ровно ответила Дара. Её это гнетёт до сих пор. ― Только я уже училась в академии. Была на хорошем счету, и шантажировать ему меня было нечем.
― Дела, ― схватилась за голову Мила. ― Что же делать, девочки? Может, обратиться к императору?
― И что мы ему предоставим? Где доказательства? Наши слова против его слов, ― разумно рассудила Дарина. ― Нет, спускать ему это нельзя.
― Что ты предлагаешь? ― Подняла я на неё усталые глаза.
― У меня есть план, только его нужно немного доработать, ― в этом вся Дара. У неё всегда есть ответы и готовые решения, ― но в этом вы мне поможете, девочки.
  
Глава 5
 
Утром Мила дала мне денег и отправила со мной Дару. Мы пошли по магазинам докупить то, что нужно было для изучения тёмной магии по списку, присланному академией Лавенгуш.
― Ты знаешь, где это всё можно купить? ― С тоской разглядывала я список на две страницы.
Дарина забрала его у меня из рук и углубилась в чтение.
― Яр, тебе нужно ещё фамильяра купить, ― заявила она.
― Зачем? У меня же есть Ларион, ― удивилась я.
― Тут написано, что фамильяр должен быть малышом, ― «обрадовала» меня сестра.
Сжав зубы, я зарычала.
― Я готова убить отчима, ― процедила я. ― Столько проблем он мне доставил.
― Зато заботливо положил железнодорожный билет до Иршавы, а там придётся до академии дилижансом добираться.
Дарине тоже было невесело, но она делала вид, что мы со всем справимся. Я делала такой же вид, хотя хотелось выть от тоски.
― О, Непогодкина, ты как здесь? ― Обрадовался нашей встрече высокий блондин.
― Кто этот красавчик? ― Шепнула мне сестра.
― Я не представился, Алексей Ветров, ― он галантно поцеловал ручку Дарины, и её щёчки слегка порозовели.
― А ты что здесь делаешь? ― Расстроилась я. ― Не скажу, что я рада твоему появлению.
― Ярослава, ― с осуждением воскликнула сестра.
― Что Ярослава? Да он мне всю жизнь испортил. Создал мне персональный ад. Доставал в школе, пока не выпустился три года назад.
  
― Это были самые тоскливые три года, ― громко прошептал он.
― А у меня это были самые счастливые три года, ― огрызнулась я.
― Моё сердце разбито, Туманова, ― шутливо схватился он за сердце.