После развода. Дойти до края (СИ)
Как ни странно, но в сердце у меня ничего не шевельнулось. Очерствела моя душа, замерзла, как глупая птица на морозе. И вряд ли ее что-то может расшевелить. Вот и хоккей этот никому не нужный. Зачем я согласилась? Только голова заболит от шума. Но отказываться было уже неудобно. Да и сидеть в четырех стенах тошно.
Виталий появился минута в минуту. Мне нравилась его пунктуальность. Терпеть не могу тех, кто опаздывает. Мои студенты это знают. А вот Ромку я так и не смогла перевоспитать, для него время понятие растяжимое.
Никаких шляп или шарфов на Виталии не оказалось. Белая футболка без принта, синие джинсы, легкие кроссовки. Судя по крепким бицепсам и отсутствующему животу, коим обзаводятся многие мужчины сорок плюс, а то и раньше, мой персональный водитель регулярно посещает спортзал.
Интересно сколько ему лет?
– Я никогда не была на хоккее, - призналась я, когда автомобиль тронулся с места.
– Вам понравится, - уверенно сказал Виталий.
Я иронично усмехнулась, но разубеждать не стала.
Полтора часа матча пролетели незаметно. Поначалу я с детским любопытством крутила головой, рассматривала фанатский сектор, пытаясь перекричать дудки и барабаны, уточняла, кто есть кто на льду и за кого надо болеть.
– Конечно, за СКА! – прямо в ухо крикнул Виталий.
Сам он чувствовал себя здесь, как рыба в воде. При входе сразу же купил мне шарф и повязал на шею, потом взял за руку и повел на трибуны. Диктор торжественно объявлял стартовые составы, и игроки по очереди выходили на лед из плотной дымовой завесы. Это было похоже на настоящее шоу.
Неожиданно на меня напал неудержимый азарт. Шум толпы, стук клюшек и щелчки шайбы, победные крики и разочарованные стоны, захватили меня полностью. Уже в конце первого периода я почувствовала, как закипает кровь, как напрягаются мышцы, словно пытаюсь помочь игроку нашей команды забить шайбу. Во втором – стало еще интереснее.
– Давай! Давай! Шайбу! – заорала я во всё горло, подскакивая с пластиковой сидушки.
Опомнилась, мечтая провалиться под землю, села на место и постаралась сделать вид, что не замечаю смеющегося взгляда моего спутника.
Обратно ехала, стараясь унять нервную дрожь. Тело словно вибрировало, напитавшись безумной, но приятной энергетикой. Я будто напилась шампанского. Хотелось смеяться, веселиться и петь.
– Спасибо! Это было здорово! – искренне выдохнула я, когда мы остановились у моего дома.
– А я говорил, - улыбнулся Виталий. – Еще раз пойдешь?
На «ты» мы перешли еще в середине матча. Обычно для меня это всегда проблема, но с Виталием всё казалось легким и простым.
– Пойду, - тряхнула я головой. – Обязательно!
Мы попрощались у подъезда. Я дождалась, пока автомобиль скроется из виду, и медленно пошла по выложенной плитками дорожке вокруг дома. Поздним вечером, напитавшийся ароматом зелени и цветущих лип воздух, был особенно приятен. Мне нужно было немного времени, чтобы эмоции улеглись.
Домой возвращалась поздно и в задумчивости. Поэтому даже не заметила, что в моих окнах горит яркий свет.
Глава 34
Глава 34
Юлия
Я провернула ключ в замочной скважине и отругала себя за то, что утром закрыла дверь всего на два оборота. В прихожей горел свет. Я что, забыла выключить? Но мне кажется, я вообще его не включала, сейчас же не зима. Что-то нужно делать с рассеянностью, иначе натворю дел, перепутаю время занятий или уйду из дома, не выключив утюг.
На полу прямо передо мной валялись небрежно брошенные кроссовки. Есть только один человек, с которым я смозолила язык, призывая к порядку. Это Катя. Вернулась за вещами или сладкая жизнь с тетушкой Таней закончилась? У стены я заметила два чемодана и пластиковую коробку. Значит, всё-таки вернулась?
– Катя, это ты? – крикнула я, отодвигая ногой в сторону обувь.
Дальше мне показалось, что я оказалась в дурном сне. Из кухни не спеша выплыла Таня. Улыбнувшись, она привалилась плечом к двери и сложила на груди руки. Обтягивающая майка совершенно не скрывала живот, который Таня с удовольствием демонстрировала. С момента нашей последней встречи, он явно увеличился.
– Что ты тут делаешь? – я невольно сделала шаг назад.
Таня улыбнулась, очень мягко, очень искренне улыбнулась. Будто пришла поздравить с днем рождения. Это чувство усиливал букет хризантем, который я заметила на столе за ее спиной. Она принесла свои любимые цветы.
– Привет! Теперь понятно, в кого Катя бывает такой невоспитанной и не здоровается. А я вот рада тебя видеть…
Тут Таня окинула меня взглядом и нарочито медленно погладила живот.
– … в добром здравии. Тем более давно хотела спросить, - тут Таня оглянулась и понизила голос, - а это правда, что когда матку вырезают, начинается недержание мочи? Ты так ворвалась, будто в туалет сильно хочешь…
Таня сделала круглые глаза и посмотрела на меня так, словно надеялась увидеть мокрые джинсы.
Ах ты, гадина, мерзкая, подлая гадина! - пронеслось у меня в голове.
– Как ты сюда попала? – почти по слогам произнесла я.
Рывком тронулась с места и, обогнув Татьяну, прошла на кухню. Ромки не было.
– У тебя такая плита грязная. Кофе что ли убежало… Надо помыть. И знаешь, ковшик из-под гречки лучше сразу замачивать, а то потом фиг отскребешь…
Я окончательно растерялась. Не прилетело ли мне часом сегодня по башке шайбой? У меня что, на фоне стресса галлюцинации начались? Иначе, как всё это объяснить?
Передо мной стоит беременная любовница мужа и раздает указания, словно нерадивой прислуге!
– Я понимаю, ты удивлена, - Таня медленно подошла к столу, наклонилась и сунула нос в цветы. – М-м-м, обожаю этот запах… Рома заваливает букетами. У меня иногда такая причуда бывает. Хочется прям оторвать бутон и съесть, он так горчинкой пахнет… Ну, знаешь, эти капризы беременных…
Тут она обернулась, медленно опустилась на стул и оперлась локтем о столешницу.
– Хотя… тебе-то эти капризы уже не грозят.
Я внимательно на нее посмотрела: она вообще человек? Или робот, лишенный любых человеческих чувств? Таня выдержала мой взгляд, но ее красивое лицо на мгновение исказилось злобой. И я поняла: Таня мне мстит. Банально мстит за то, что с ней разорвали договор аренды. Она поняла, что за этим стояла я. Больше некому, ведь таких совпадений не бывает. Вот и сложила два плюс два. Потому и лупит по больному. По самому моему больному месту.
Таня тем временем справилась с собой и оживлено заговорила:
– Слушай, я тут в ванной полочку заняла. Смотрю, ты косметику поменяла? Так вот зря. Это я тебе как профессионал говорю. Для зрелой кожи, склонной к пигментации, линия ТриБи была самой подходящей. И ты зря игнорируешь патчи. У тебя же круги под глазами, как у панды.
Оцепенение наконец прошло. Я моргнула, сбрасывая липкое наваждение, и вытащила из заднего кармана телефон.
– Сама уйдешь или полицию вызвать?
– Ой-ой-ой, как страшно, - насмешливо пропела Танька. – Напугала ежа голым задом. Имею право прийти в гости к собственнику, понятно? Ничего не нарушаю. Так что беги, зови копов, посмотрим, как они над тобой поржут.
– Посмотрим… - пообещала я и вышла в прихожую.
Ярко-красный чемодан, нагло занявший половину прихожей, вызывающе мозолил глаза. Ему вторил черный, поменьше. Хорошо же! Тяжести мне поднимать нельзя, но никто не мешает выкатить этих монстров на площадку. И не лень было Таньке устраивать этот дешевый спектакль!
Беременные, конечно, глупеют, но не до такой же степени! Интересно, Ромка в курсе, что вытворяет его пассия?
Я решила начать с маленького чемодана. Ухватив за ручку, дернула, и он легко покатился по ламинату. Мельком взглянула в сторону кухни. Там что-то звякнуло, следом хлопнула дверца холодильника. Нет, это вообще нормально?! Ладно, сейчас повыкидываю вещички, а следом и Таньку.
Потом пройдусь моющим пылесосом, чтоб следов не осталось. Букет в мусоропровод, на кухне проветрю, и освежитель воздуха пущу в дело. И завтра же поменяю замки, чтобы больше никаких сюрпризов.