Разрушенная (ЛП)

Понимая, что больше не смогу спать в собственной кровати, я забрала чай в гостиную и опустилась на диван. Включив телевизор — скорее для фонового шума, чем ради просмотра, — я наткнулась на какой-то поздний повтор, в который даже не стала вникать. Свет мерцал по стенам за моей спиной мягкими бликами, пока я укрывалась пледом и делала медленные глотки.
Тепло напитка успокоило меня, и колено наконец перестало дергаться. Я ощутила, как тело полностью проваливается в подушки, а веки наливаются тяжестью. Совсем скоро я уснула под звуки закадрового смеха и финальных титров.
  
Прошло совсем немного времени, прежде чем меня пробудило странное чувство. Мигая в темноте, я потратила секунду, чтобы вспомнить, где именно нахожусь. Металлический каркас под ребрами подтвердил, что я все еще на диване в гостиной, и я повернулась, чтобы устроиться поудобнее. Краем глаза я заметила, что телевизор все еще включен, но теперь там шел какой-то аукцион ювелирных изделий с тихой музыкой на заднем плане. Экран моргнул, когда началась реклама, отбрасывая вокруг меня бледное свечение. В этом свете я заметила, что входная дверь открыта.
Настежь.
Мой желудок ухнул вниз так стремительно, что я решила, будто у меня галлюцинации. Я точно помнила, что запирала обе двери, но сейчас даже сетчатая была распахнута настежь.
Я села, мгновенно и полностью очнувшись ото сна. Вглядываясь в темноту, я разглядела силуэт, стоявший прямо за крыльцом. Едва заметное движение во дворе активировало датчик движения, и меня ослепила внезапная вспышка света. Когда она погасла, там уже никого не было. Мое тело тут же окаменело — я не могла ни пошевелиться, ни вымолвить хоть звук. Члены будто налили бетоном.
Вызови полицию! — орала я сама на себя, пока до меня не дошло, что телефона-то рядом нет. Я дико огляделась в поисках хоть чего-то, но бросить в злоумышленника было нечего, кроме пледа и пустой кружки. Когда я снова подняла взгляд, силуэт уже стоял на моем пороге в маске Наблюдателя.
О боже, это он.
Я попыталась закричать, заставить его убраться, но из горла не вырвалось ни звука. Незваного гостя, похоже, ничуть не волновал мой ужас — особенно когда он сделал шаг ко мне. Пока его ступни сантиметр за сантиметром подбирались ближе, мое сердце колотилось о ребра так дико, что становилось больно. Я вскочила, чтобы бежать, но едва незнакомец приблизился к дверному проему, как тут же замер. Постояв так пару секунд, он отступил назад, исчезая из виду.
Я не дышала. Не моргала. Я просто сидела и въедалась взглядом в опустевшее пространство перед дверью, в ужасе ожидая, что он вот-вот появится снова. Секунды тянулись бесконечно, пока телевизор продолжал бубнить, пока таймер сна не отключил его окончательно, погрузив комнату во тьму.
На этот раз голос мне не изменил, и оглушительный, леденящий душу крик вырвался из груди, когда я увидела свое отражение в погасшем экране. Там, прямо за моей спиной, стоял еще кто-то в маске — и не просто в какой-то маске. Чья-то ладонь мгновенно зажала мне рот, обрывая мольбу о помощи, а низкий, глубокий голос прошептал прямо в ухо:
— Нашел.
Кем бы ни был тот первый паршивец — это был не Сайлас.
Потому что Сайлас был здесь. Человек, стоявший прямо за моей спиной.
Я попыталась драться, вырваться, оттолкнуть его, но первый злоумышленник в маске возник снова. Они действовали сообща: сдернули меня с дивана и потащили на улицу. Каждый мой звук глох в огромной ладони, все еще закрывавшей мне рот, но я продолжала отбиваться из последних сил.
Мне удалось нанести Сайласу один точный и сильный лягающий удар. Едва он отшатнулся от импакта, как второй похититель сгреб меня за волосы и выкрутил запястье, запрокидывая мою голову назад. Я вскрикнула, и едва этот звук вырвался на воздух, как Сайлас сшиб его с ног прямо на землю. Врезав ему ногой в бок, он гаркнул сверху вниз:
— С меня хватит. Вали домой.
Оставшись без чужой хватки, я не стала разбираться в происходящем и просто рванула прочь. Но, как и прежде, Сайлас оказался быстрее. В одну секунду его руки мертвой хваткой обвили меня, сшибая с ног и поднимая в воздух. Я делала всё возможное, чтобы затруднить ему задачу, но не смогла помешать ему швырнуть меня в салон своей машины. В считанные секунды мои руки были вскинуты вверх, и он намертво зафиксировал их пластиковыми стяжками к поручню над дверью. Абсолютно игнорируя того, кого он оставил валяться на земле, Сайлас рухнул на водительское сиденье и завел двигатель.
Меня физически колотило от ярости:
— Что, блять, за херня, Сайлас?!
Он ничего не ответил — лишь врубил печку на максимум, проверил температуру ладонью и направил дефлекторы прямо на меня. В ответ на его молчание я принялась истошно биться на сиденье, пытаясь всадить в него еще один пинок или хотя бы оставить пару сочных вмятин на кожаной обивке его машины. Он с силой впечатал ладонь в мои бедра, пресекая все попытки.
Я была до того взбешена, что повернулась и плюнула прямо в него. Как только он ощутил, что капли попали на маску, машина резко встала на режим парковки:
— Ты и сама прекрасно знаешь, как сильно я люблю в тебе эту дикую сторону. Но подобное поведение ничуть не облегчает твое положение. Напротив, оно делает только хуже, — на его виске вздулась венка. — Ты не помнишь, что произошло, когда ты заявила, будто ненавидишь меня? — с этим вопросом он подался назад — ровно настолько, чтобы я увидела каменное доказательство между его ног. — Если ты продолжишь эту истерику, я не стану сдерживаться и оттрахаю тебя прямо в этой машине.
Мой рот мгновенно сжался в тугую линию. Сайлас был кем угодно, но только не лжецом. Смотря на него снизу вверх, я мысленно представляла, как разрываю пластиковый хомут на запястьях и всаживаю ему что-нибудь прямо в шею:
— С чего ты вообще взял, что имеешь право так поступать?! — я рванула стяжки изо всех сил, чувствуя, как пластик въедается в кожу. — Ты больной! Тебе лечиться надо!
Он лишь тихо усмехнулся, снова переключая передачу на ход, — и этот звук заставил меня захотеть орать во весь голос.
Господи, я действительно хотела его убить.
Эта мысль разъярила меня еще сильнее, и я закричала. Пытаясь вырваться из стяжек, я содрала кожу на запястьях до крови. Мой всплеск гнева стал для него открытым приглашением, и я почувствовала, как машина съезжает с дороги. Пока он открывал свою дверь, чтобы обойти автомобиль, я перегруппировала ноги, пытаясь вложить максимум силы в будущий удар. К сожалению, он просчитал это и сгреб мои щиколотки в ту же секунду, как распахнулась моя дверь. Я потеряла всякий упор, когда он потянул меня на себя и с силой развел мои бедра.
— Если ты продолжишь сопротивляться, ты сама знаешь, на что напрашиваешься, — его руки предупреждающе сжали мои трусики. — Это твой единственный шанс. Прекрати дергаться, и я вернусь за руль.
Пошел ты нахуй, Сайлас Солстис.
Я замерла лишь на мгновение, заставив его поверить, будто я подчиняюсь, но едва его руки выпустили меня, я подтянула колени и со всей дури врезала ему прямо в грудь. Свалившись на землю, он пару секунд пытался перевести дыхание, после чего поднялся и навис надо мной.
Мне казалось, у меня буквально пена идет изо рта. Меня не просто выводили из себя его действия — меня тошнило от его поведения. Только законченный психопат мог подумать, будто я буду сидеть смирно и изображать его тихую, послушную жертву.
Низкий, темный смешок зародился у него в груди и громко вырвался наружу, пока он сдергивал с меня белье и подтягивал мои бедра к себе:
  
— Господи, кажется, я люблю тебя.
Я снова плюнула в него, что лишь придало жестокой силы его первому толчку внутрь меня. Я закричала во весь голос, а он ответил на это громким стоном, подавая мое тело вверх. Я пыталась оттолкнуть его, но не могла. С связанными руками меня совсем не оставалось пространства для маневра. Тогда я решила стать полнейшей противоположностью того, чего он желал, и полностью затихла, пока он вонзался в меня снова и снова. Спустя минуту он раскусил мой замысел, подхватил меня за ягодицы и резко сменил угол, задевая внутри точку, о существовании которой я раньше и не подозревала.