Оракул с Уолл-стрит 4 (СИ)

— Отлично. Запускайте информационную составляющую.
Я вернулся на галерею биржи как раз вовремя, чтобы увидеть, как котировка Continental Copper опустилась до шестидесяти одного доллара. Первый критический уровень был пройден.
По торговому залу пронесся гул. Типичный звук коллективного осознания того, что происходит что-то необычное.
Около полудня ко мне снова подошел информатор.
  
— Брокеры Харрисона в панике, — сообщил он, вытирая платком лоб. — Они получили указание поддерживать цены любой ценой, но объем предложения слишком велик. И появились слухи…
— Какие слухи? — поинтересовался я, хотя прекрасно знал ответ.
— Подтвердилось, что у Continental Copper проблемы с недавно приобретенными шахтами в Монтане. Что-то связанное с качеством руды и возможными трудовыми конфликтами. А по Federal Steel опять ходят разговоры о срыве важных правительственных контрактов.
Информационная часть нашего плана работала безупречно. Мои люди, которым я дал указания по распространению слухов, умели создавать нужное информационное поле. Достаточно конкретное, чтобы выглядеть правдоподобно, но достаточно размытое, чтобы его нельзя быстро опровергнуть.
К тринадцати ноль-ноль ситуация обострилась. Continental Copper опустилась до пятидесяти восьми долларов, пройдя второй критический уровень. Federal Steel торговалась по семьдесят три, а Western Union рухнула до ста сорока двух. Масштаб падения уже привлекал всеобщее внимание. У торговых постов всех трех компаний образовались настоящие столпотворения.
Я вновь связался с офисом. На этот раз ответил Бейкер.
— Первые клиенты Харрисона уже звонят, — сообщил он с плохо скрываемым возбуждением. — Трое крупных инвесторов хотят немедленно встретиться для обсуждения возможного перевода портфелей. Я уже назначил им встречи на сегодня и завтра.
— Действуйте, — коротко ответил я. — Но не забывайте о конфиденциальности. Никаких письменных предложений, которые могли бы быть использованы против нас.
Когда я вернулся в торговый зал, обстановка напоминала контролируемый хаос. Маклеры кричали друг на друга, размахивая руками, телефоны звонили непрерывно, мальчишки-посыльные бегали с запотевшими от напряжения лицами. Все признаки настоящей биржевой паники, только в миниатюре, сконцентрированной вокруг трех конкретных акций.
К четырнадцати часам Continental Copper пробила отметку в пятьдесят пять долларов, что, согласно нашему плану, должно было вызвать лавину маржин-коллов для «Харрисон и Партнеры». Federal Steel и Western Union также продолжали падение, достигнув семидесяти и ста тридцати восьми долларов соответственно.
Я покинул биржу и направился в офис «Стерлинг Инвестментс», где можно было координировать действия более эффективно. По пути я мысленно представлял, что сейчас происходит в офисе Харрисона, и это зрелище доставляло мне мрачное удовлетворение.
* * *
В офисе «Харрисон и Партнеры» царил настоящий хаос. Джонсон, наш информатор, занимал достаточно высокое положение, чтобы присутствовать на экстренном совещании, которое Харрисон созвал в своем кабинете. Позже он в деталях описал мне эту сцену.
Харрисон метался по кабинету, его обычно безупречная прическа растрепалась, галстук сбился набок. Паттерсон, обычно румяный, стал бледным как мел. Старшие партнеры сидели вокруг большого стола, нервно перелистывая отчеты о стремительном падении стоимости активов фирмы.
— Это не случайность! — кричал Харрисон, ударяя кулаком по столу. — Кто-то целенаправленно атакует наши позиции по всем фронтам!
— Роберт, мы должны сократить убытки, — пытался урезонить его Паттерсон. — Продать часть позиций, пока они не обесценились полностью.
— Продать? — Харрисон посмотрел на него так, словно тот предложил прыгнуть с крыши. — И зафиксировать такие потери? Ты с ума сошел? Мы должны покупать, поддерживать курс!
— На это нет средств, — тихо произнес главный бухгалтер. — First National Bank только что отклонил нашу заявку на дополнительный кредит. А от Chase пришел маржин-колл на три миллиона долларов. У нас нет такой ликвидности.
Харрисон опустился в кресло, внезапно постаревший на десять лет.
— Стерлинг, — произнес он тихо. — Это его работа. Он атакует нас точно теми же методами, которым научился здесь. Какая ирония…
В этот момент секретарша внесла новую стопку телеграмм. Паттерсон просмотрел их и побледнел еще сильнее.
  
Глава 5
 
Сделка
 
Новости были такие, что Харрисон походил на мертвеца.
— Три крупнейших клиента требуют немедленного вывода средств, — сказал он упавшим голосом. — Вместе это около двенадцати миллионов долларов.
— У нас нет таких свободных средств! — воскликнул бухгалтер. — Все активы либо заморожены под кредиты, либо обесцениваются прямо сейчас.
Харрисон неожиданно выпрямился, в его глазах появился странный блеск.
— Я знаю, что делать, — он повернулся к одному из партнеров. — Джеймс, свяжитесь с Форбсом. Скажите, что я принимаю его предложение. Любые условия.
По комнате пронесся удивленный шепот. Форбс представитель Continental Trust, о котором ходили самые разные слухи. Обращение к нему было признаком крайнего отчаяния.
— А вы, — Харрисон повернулся к Паттерсону, — проверьте, что там с тем компроматом на Стерлинга, который мы собрали. Пора пустить его в ход.
Паттерсон нерешительно прокашлялся.
— В том-то и дело, Роберт. Наши люди докладывают, что все собранные материалы оказались нейтрализованы. Свидетели отказываются говорить, документы исчезли. Кто-то очень основательно защитил Стерлинга от любых персональных атак.
Харрисон с силой ударил кулаком по столу.
— Чертов выскочка! Как ему всегда удается быть на шаг впереди⁈
События развивались стремительно. К трем часам дня банки прислали официальные требования о дополнительном обеспечении по кредитам на общую сумму более пяти миллионов долларов.
У «Харрисон и Партнеры» не было таких средств. Паника среди клиентов нарастала, каждый час приносил новые запросы на вывод капитала.
К концу торгового дня ситуация стала критической. Continental Copper закрылась на уровне пятьдесят два доллара, потеряв почти двадцать четыре процентов стоимости за день. Federal Steel и Western Union показали снижение на восемнадцать и пятнадцать процентов соответственно. Совокупные потери «Харрисон и Партнеры» за один день превысили четыре миллиона долларов.
Харрисон созвал еще одно экстренное совещание, но на этот раз с более узким кругом участников, только старшие партнеры и главный юрист фирмы. Они обсуждали варианты: срочная продажа части бизнеса, поиск стратегического инвестора, даже возможность временной приостановки операций.
В этот самый момент Джонсон незаметно покинул здание «Харрисон и Партнеры» и направился к телефонной будке, расположенной в трех кварталах от офиса. Оттуда он связался со мной, сообщив последние новости и особенно подчеркнув контакт Харрисона с Форбсом.
Это была тревожная информация. Если Continental Trust вмешается, ситуация может осложниться. Но в то же время это свидетельствовало о том, насколько отчаянным стало положение Харрисона. Он был готов пойти на сделку с дьяволом, лишь бы спастись.
* * *
К пяти часам вечера, когда биржа уже закрылась, в моем кабинете собрались ключевые участники операции. Прескотт выглядел воодушевленным, но сохранял профессиональную сдержанность. Левински сияла от успеха. Хендерсон пересчитывал предварительные результаты нашей атаки, а Бейкер докладывал о переговорах с клиентами Харрисона.
  
— По предварительным данным, — начал Хендерсон, — общая капитализация «Харрисон и Партнеры» снизилась за сегодняшний день на сорок два процента. С учетом их структуры финансирования, это фактически означает техническую неплатежеспособность.
— Наши источники в банках подтверждают, — добавила Левински, — что «Харрисон и Партнеры» получили маржин-коллы на общую сумму более пяти миллионов долларов, которые они не в состоянии удовлетворить.