Канарейка в клетке (СИ)

Я ждала этот вопрос и уже знала, что отвечу. Мои слова разделят жизнь всех троих на «до» и «после», и это опять не принесет ничего хорошего. На лжи ничего нельзя построить, теперь я это понимала, но сейчас она – спасительный мост, я просто не могу поступить иначе.
Собралась с духом и, сжав кулак, впиваясь в ладонь ногтями, я прошептала:
- Я осталась ради тебя, Армандо Герра.
Среди шума аэропорта я отчетливо слышала стук своего сердца, Арман молчал, а я отсчитывала секунды, ощущая бешеные удары в груди.
- Стой там и никуда не уходи, за тобой сейчас приедут. Садись в машину только после того, как услышишь, что приехавшие люди – от меня. За Лукой тоже отправится отряд. Ничего не бойся, я вылетаю первым же рейсом. Жди меня, Карина. Я больше никому не позволю тебя обидеть.
Арман отключился, а я ухватилась за колонну, пытаясь удержаться на ногах. Я не хотела любить чудовище, но мне придется сделать вид, что люблю, потому что кроме него мне никто не может помочь. Теперь Лука в безопасности, по крайней мере, физически, что будет с его сердцем – я не знаю, наверное, то же, что и с моим, оно превратится в горсть пепла.
Я сделала это ради любимого, ради него попросила помощи у врага и подарила последнему надежду, беспощадно отобрав ее у себя.
Мечты о счастливом будущем рассыпались, словно карточный домик. Я подарила дьяволу иллюзию рая, а сама попала в ад…
Но я не стану корить себя за то, что сделала, я спасла жизнь тому, кто готов был отдать ее за меня без раздумий, и я очень надеялась, что не опоздала.
О последствиях мы подумаем вместе, позже, а сейчас это не так важно. Главное, он будет жить, он будет рядом, на расстоянии вытянутой руки, но одновременно так далеко.
Мне придется играть в искренность, налепить на лицо фальшивую улыбку, выдавая ее за счастливую и отыгрывать влюбленную дуру до самого конца, пока я не смогу найти другой выход.
Армандо не глупый, он раскусит меня, как только заглянет в глаза. И чтобы развеять его сомнения мне снова придется прикоснуться к его губам, обнять его за плечи и прошептать «спасибо».
А потом всю ночь рыдать в ванной, под шум воды и смывать с кожи его аромат, ногтями царапать, чтобы не осталось внутри ничего, кроме ненависти и злобы.
Я сидела в машине и наблюдала за опускающимся на землю полумраком, от накатившей усталости глаза закрывались, не в силах сопротивляться я откинулась на спинку заднего сиденья и уснула.
- Выходите, Карина – услышала я тихий голос одного из сопровождающих меня бойцов.
Я открыла глаза и осмотрелась. Это место было мне незнакомым, простой дом из бруса, старый, но опрятный. Обилие цветов и плодовых деревьев в саду, вымощенные грубым камнем дорожки и резные деревянные качели.
От этого места не веяло опасностью, наоборот, теплотой и спокойствием. Я с интересом рассматривала дом, но совершенно не понимала, для чего мы сюда приехали.
- Скажите, а когда Вы отвезете меня домой?
- Нам приказано привезти Вас сюда, Карина. Все остальное объяснит дон Герра. Проходите в дом, мы останемся снаружи до приезда босса. Вашей безопасности ничего не угрожает, располагайтесь и отдыхайте.
В кармане завибрировал смартфон, увидела на экране номер Армана и подняла трубку.
- Ты уже на месте, Карина?
- Да. Как Лука?
- Жив, скоро будет как новенький, ему не привыкать. Тебе нравится дом?
- Он прекрасный, только не совсем понимаю, зачем я здесь.
- В этом доме когда-то очень давно, я был счастлив, и теперь мы будем жить здесь.
  
Глава 21
 
Армандо 
Дела шли плохо, срывалась сделка за сделкой, и я понимал, что кто-то умышленно перекрывает мне дорогу. Позавчера договорился о новой поставке оружия, партия со дня на день должна прибыть в город, а этот урод сдулся и отменил заказ.
Я с таким трудом налаживал международный сбыт, столько денег слил, подкупая местных чиновников, а сейчас чья-то рука перекрывает мне кислород.
Понимаю, кто это может быть, только Северу есть дело до меня и моего бизнеса, с остальными кланами отношения у меня нейтральные, им нет до меня дела, а мне плевать, на то, чем они занимаются на своей территории.
 
Я знал, что Мартино хочет прибрать оружейный бизнес к своим рукам, но иногда мне казалось, что он замахивается и на Неаполь в целом.
Пока в моих руках поставки оружия – он ничего не может сделать, но как только эту нишу займет кто-то другой, это будет началом конца. Укрепить свое положение я мог с помощью подчинения новых территорий, брака с дочерью одного из кланов или войной с севером, но, ни к одному из трех вариантов я пока не готов.
Утром следующего дня Лука позвонил с просьбой разрешить Карине поездку в город.
- Ты думаешь, что после выходки Паоло выезжать за пределы особняка – хорошая идея? – резонно отметил я, выслушав собеседника.
- Не волнуйся, друг, поедем на нескольких машинах, возьму с собой ребят. Пусть твоя гостья купит себе все необходимое, заодно и за продуктами заедем.
- Смотри, Лука. Головой отвечаешь за ее безопасность. Понял меня?
- Понял, босс.
Положив трубку, я вдруг задумался, а не слишком ли я много позволяю Карине? По глазам вижу, чувства во мне возрождать она не собирается, просто смирилась с ситуацией и живет, пытаясь привыкнуть к своему положению.
Да, не такого я ожидал. Рассчитывал, что она вовсю станет строить мне глазки и играть наивную дурочку, пытаясь воспроизвести книжные сценарии в реальной жизни.
Почему она не стала этого делать? Боится? Или просто до нее, наконец, дошло, что в нашем мире нет места розовым соплям?
Но я намерен закончить эксперимент, я хочу испытать себя и свою стойкость, потому что если я не устою перед женщиной и какой-то там «любовью», то как смогу дать отпор Мартино и управлять кланом?
Следующие часы потратил на разговор с консильери, пытаясь продумать план дальнейших действий, но в разгар беседы раздался телефонный звонок.
Несколько минут слушал испуганный голос Карины и попутно поднимал на уши охрану и моего заместителя.
Я не верю ни одному ее слову. Еще несколько дней назад она смотрела мне в глаза с такой ненавистью, весь ее вид говорил о том, как ей отвратителен я, этот дом и ее жизнь, а сейчас что я слышу? Осталась ради меня? Бред! Что-то здесь не так и мне предстоит выяснить, что именно.
Я покажу тебе то, ради чего ты осталась, птичка, посмотрим, как запоешь через неделю, сможешь ли простить себе, что струсила и не воспользовалась шансом вырваться из моих лап.
Тут или я или она, правда, в любом случае вскроется, и первой ее выдадут глаза.
Джемма перешла все границы, уже не в первый раз она проворачивает такие дела и это порядком поднадоело. Я разберусь с ней, но пока не силой, использую как раз Карину, которой не терпится доказать мне свою преданность и искренность.
Прилетев в Неаполь, направился в больницу, в которую доставили Луку. За эту ситуацию я с него еще спрошу, но не сейчас. Парню досталось сильно, врач сказал, что состояние тяжелое, но жить будет.
Зашел в палату и присел на стоящий в углу диван, опустил голову на колени и шумно вздохнул, наверное, это усталость. Весь этот бешеный ритм, чертов риск, высасывает из меня жизненные силы, иногда хочется наплевать на разборки, спрятать пистолет в стол и вернуться на несколько минут в то время, когда я был подростком.
Снова прожить дни, когда был безбашенным, трусоватым мальчишкой, который вечно прятался за широкой спиной Луки. После потасовки со сверстниками мы обычно шли в заброшенное каменное здание на краю города и, забравшись на последний этаж, наблюдали с высоты за огнями ночного города, хохотали и мечтали о том, как будем стоять на вершине, бок о бок, поклявшись в преданности друг другу и вечной дружбе.
С того времени прошло много лет, но Лука до сих пор все так же отделяет меня грудью от пуль, готов рвать глотки за меня и наш клан. Таких преданных и верных людей я не больше не встречал, если он не выкарабкается – я останусь один, и тогда раздавить меня не составит большого труда.