Канарейка в клетке (СИ)

- Хорошо, тогда присядь на террасе, а я подойду к бариста и сделаю заказ.
Я любовалась спиной Луки, да нет, откровенно пялилась, без всякого стеснения на его широкие плечи и сильные руки. Одетый в простую белую футболку и черные джинсы, он выглядел обычным человеком.
- Сейчас ты молча поднимешься и пойдешь со мной, поняла меня? – злой шепот раздался у самого моего уха.
Хотелось крикнуть, привлекая внимание Луки, но я почувствовала, как к моему животу приставили холодный металл.
Я поднялась с кресла и, не отрывая взгляда от Луки, я так надеялась, что он повернется, но мужчина был занят разговором с бариста. Слезы текли по щекам от осознания того, что я попала в руки еще одного монстра, потому что этот вряд ли будет со мной церемонится.
Лука обернулся, но было поздно, он искал меня глазами, а когда мы встретились взглядами, он бросился за мной, но был тут же перехвачен двумя амбалами. Те заломили ему руки, и повели следом за мной, ныряя в узкие безлюдные переулки.
Лука сопротивлялся, но получив несколько раз битой по голове, безвольно повис на плечах бандитов.
Я не рыдала, только изредка стонала, вытирая слезы. Каждый день как на пороховой бочке, каждая минута – в страхе, моя жизнь – один сплошной комок нервов, и он уже заканчивается, сил больше не осталось. Порочный, идиотский круг.
Меня толкнули внутрь какой-то забегаловки и я, не удержавшись на ногах, упала на пол, ударившись коленкой. Из рассеченной кожи тут же побежала алая струйка крови, но я не чувствовала боли, мои мысли были заняты одним, тем, кого вели следом за мной.
- Здравствуй, Карина – услышала я знакомый, женский голос и обернулась.
- Джемма?! Какого черта? Что ты творишь?
Страх отступил, его место постепенно занимала злость и накатывающая волнами агрессия, я была готова разорвать эту надменную стерву собственными руками. Пусть только подойдет ближе.
- Я знаю, кто ты, но не могу понять, зачем ты здесь. Карина Шаркова. Из таких девушек шлюх не делают – задумчиво произнесла Джемма, отстукивая шпилькой по полу.
- Я.НЕ.ШЛЮХА!
- Да поняла я, поняла. Но знаешь, это даже хуже. От шлюхи гораздо проще избавиться, сбросил тело в реку и все. Чтобы избавиться от тебя мне пришлось придумать план. Я отвалила за него кучу бабок, и готовлюсь слушать тысячи слов благодарности – хохотнула Джемма.
- О чем ты говоришь? – я уставилась на нее в недоумении.
- Я отправляю тебя домой, Карина.
Девушка бросила на пол к моим ногам сумку, из которой выпал паспорт моей страны и билет на самолет, в один конец.
Дрожащими руками я схватила документ, открыла страницу с фотографией и ахнула. Мое фото, но не мое имя, абсолютно чистый и новый документ.
- Это твой билет на свободу, Карина. Бери и исчезни. Арман – мой, я не позволю забрать его, никому! Я знаю, ты здесь не по своей воле, вот тебе шанс, думаю, единственный, чтобы выбраться отсюда, уехать домой и жить счастливой жизнью. Никогда больше не вспоминая ни об этом городе, ни об Армане.
Я посмотрела на Луку, который уже успел прийти в себя, и увидела в его взгляде нежность, его губы дрогнули в подобии легкой улыбки, он едва кивнул, намекая, что одобряет такой исход событий.
Сердце разрывалось от боли, душа стонала от предстоящего, тяжелого выбора. Она металась, словно раненый зверь, в поисках выхода из ловушки.
- Я теряю терпение, Карина. Собирайся и проваливай. Боишься капо?
Джемма махнула рукой одному из головорезов и тот принялся избивать Луку, пока тот снова не отключился.
- Путь свободен, Карина. Он уже не сможет последовать за тобой. В сумке лежит немного налички и телефон, на всякий случай. До аэропорта возьмешь такси. Вперед, Шаркова, лети и никогда не возвращайся.
  
Глава 20
 
Карина 
Трясущимися руками я подняла с пола сумку и, стараясь не смотреть на Джемму, пошла к выходу.
Я хотела быть рядом с Лукой, хотела обнять его разбитую голову руками, хотела защитить его от всего мира, но не могла даже просто попрощаться.
 
Никто не знает о нас, и никто не узнает. Под ногами хрустели осколки стаканов, а мне казалось, что я иду по руинам собственного счастья.
Пожалуйста, Лука, живи. Подними голову, сделай глубокий вдох грудью и открой глаза. Прекрасные, зеленые глаза, в которых я смогу увидеть твою душу, и я покажу тебе свою, глазами скажу то, что так боятся произнести губы. Умоляю, Лука, подари мне соломинку, за которую так отчаянно надеется ухватиться мое сердце.
Ответом мне была тишина - вечная спутница отчаяния. Я вышла из помещения и медленно побрела по улице, плакать уже не было сил. С каждым моим шагом я оставляла в этой богом забытой забегаловке частицу своей души, разум рвался домой, а сердце отчаянно желало остаться.
Вот она, свобода, о которой ты так долго мечтала. Все очень просто, так ведь Карина? 
Такси, аэропорт, самолет и дом. Конечно, придется пройти десятки сеансов с психологом, восстанавливая, заново собирая воедино расшатанное сознание, кричать по ночам, просыпаясь от преследующих кошмаров и воспоминаний о заточении. Я буду вздрагивать от каждого шороха, бояться закрыть глаза, всматриваться в темноту, пытаясь разглядеть в них горящие ненавистью глаза Армандо. Всю жизнь буду жить в страхе, что однажды похититель вернется, чтобы получить свое, ведь никто не смеет забирать у дона Герра то, что ему принадлежит.
Но я смогу когда-нибудь назвать это «прошлым» и постепенно строить свое «настоящее», наверное. Камень за камнем, шаг за шагом, по крупицам создавать жизнь, безжалостно разрушенную монстром. Но что делать с сердцем, которое уже никто не сможет склеить? Оно так устало разбиваться снова и снова, оно не успевает зажить, как получает очередное смертельное ранение.
Я села в такси и обернулась напоследок, никто не гнался за мной, чтобы посадить в очередную клетку или пустить пулю в лоб, никому больше нет дела до Карины Шарковой.
Я прощалась с Лукой взглядом, мысленно обнимала и целовала его сильные руки, прижималась к груди и сходила с ума от накатившей боли и тоски.
Пейзажи за окном стали мрачными, все вдруг потеряло цвет и четкие границы, улицы стали серым расплывчатым пятном, сновавшие туда-сюда люди – безжизненными тенями, свежие ароматы отдавали горечью, от которой першило в горле.
Таков мир без любви. Невзрачный и печальный. Совесть дикой кошкой царапалась в груди, заставляя меня чувствовать вину за то, что оставила Луку одного в руках головорезов.
А если он еще жив? Что если он не сопротивлялся только потому, что хотел защитить меня? Что если он отпустил, чтобы не потерять?
Буду ли я чувствовать себя свободной после этого? Смогу ли жить счастливо, зная, что мое счастье построено на крови и предсмертных стонах?
Вышла из такси и пошла к зданию аэропорта, стала, оперевшись на стену и закрыла глаза, внутри меня шла нешуточная борьба, разум и сердце отстаивали свои позиции друг перед другом и каждый из них был прав.
Только вот решение принимать придется мне, и никто не может подсказать, какое из них будет верным. Что бы я ни выбрала – это будет больно, адски.
Достала из сумки телефон и уставилась на экран, я сделала важный выбор в своей жизни, тот, который не будет идти вразрез с моей совестью.
Я сделала его осознанно, но прямо сейчас я своими руками рою себе могилу.
Набрала цифры, которые въелись в память, те, которые раньше набирала, с трепетным восторгом ожидая ответа, поднесла смартфон к уху и, услышав голос на том конце трубки, произнесла полушепотом:
- Арман, это Карина. Мне нужна твоя помощь.
Я рассказала о событиях последних часов в мельчайших подробностях, слышала, как дрогнул его голос, но через секунду от волнения в нем не осталось и следа, снова холодная сталь, снова лед:
- Где ты?
- В аэропорте.
- Почему ты не улетела, Карина? Такой шанс! Почему осталась?