Сакура-ян (СИ)

… Значит решено, ставлю задачу. Главное — режим секретности, для пресечения возможных слухов. Иначе в «Стране утреней свежести» откажутся играть в весёлую игру!
Время действия: третье июля утро.
Место действия: больница Кудандзака
— ЮнМи! — радостно восклицает от двери СунОк. — Как же я соскучилась!
Распахнув руки, с ликующей улыбкой, она бросается обниматься с младшей сестрой. Та же, судя по растерянному выражению лица, совсем не готовилась к столь яркому проявлению родственных чувств. СунОк плюхается на кровать и притягивает ЮнМи к себе, обнимая.
  
— Быстро слушай меня, — торопливо шепчет она ей в ухо. — За нами могут следить, поэтому делай вид, что ничего не происходит! Тебе ни в коем случае нельзя соглашаться на японское гражданство! Что бы не обещали! Поняла?
ЮнМи дёргается, издавая задушенный звук.
— Ой, как ты хорошо выглядишь! — восклицает СунОк, ослабив хватку и немного отодвинувшись. — Волосы такие блестящие и кожа словно светится!
— Онни, чё происходит? — переведя дыхание, ошарашенно шепчет ЮнМи.
— Мама? О, не волнуйся! С ней всё в порядке! — несёт отсебятину СунОк, изображая разговор двух сестёр. — Мы только вчера разговаривали по телефону. Она сказала, что ты должна меня слушаться и просила обнять тебя за неё!
Старшая сестра снова бросается в «обнимашки».
— ЧжуВон-оппа выслали из Японии! — трагично шепчет она. — За тобой следят спецслужбы! Японцы хотят забрать тебя себе! Ты должна сопротивляться! Мы этого не допустим!
— А ещё мама сказала, что очень рада твоему выздоровлению! — перестав давить младшую «на сок», снова размыкает СунОк объятия. — Она каждый день ходит в храм и молится за тебя!
— Погоди, — просит ЮнМи, выставляя вперёд руки как защиту. — ЧжуВона — выслали? Почему?
СунОк быстро оглядывается на дверь.
— Наверное побоялись, что он будет оказывать на тебя негативное влияние, — Отвернувшись и наклонившись к собеседнице, тихо говорит она. — Оппа хотел быть посредником в переговорах между тобой и Японией, но его отправили в Хангук.
— Оу… — озадаченно выдыхает ЮнМи и задумывается.
— А почему? — пару секунд спустя спрашивает она.
— Ты не знаешь? — удивляется СунОк.
— Откуда? Мне до сих пор запрещено пользоваться гаджетами. Даже через плеер музыку не дают слушать! Полный информационный вакуум!
СунОк впадает в небольшой ступор.
— Они тебя так пытали? — отмерев, испуганно спрашивает она, заглядывая сестре в глаза.
— Они мне так мозги лечат, — небрежно отмахивается та. — Ну, говори, что случилось?
— После концерта в «Токио Доум» не было ни одного самоубийства среди школьников! — распахнув глаза, возбуждённо сообщает СунОк.
— Это я знаю.
— Японцы думают… — ещё ближе наклонившись к сестре, восторженно шепчет онни. — Что ты — « Мяу — Каннон»!
Отодвинувшись, СунОк с огромным интересом смотрит какое впечатление произвела произнесённая ею новость.
— Кто-оо я?
— Полностью по-японски это произносится как «Манеки-Неко Каннон», — с готовностью поясняет онни. — А если коротко, то « Мяу — Каннон». Это воплощение богини с талисманом Манеки-нэко.
Пф… — продолжительно выдыхает сквозь чуть приоткрытые губы ЮнМи, пребывая в состоянии обалдевания от полученной информации — пфффф…
— Я ожидала, что ниппонцы окажутся умнее моих соотечественников… — наконец разочарованно признаётся она.
— Ты это про что? — хмурится СунОк.
— В Хангук меня хоть реинкарнацией королевы считали, а в Ниппон сразу богиней назначили. Как-то… легкомысленно, не находишь?
— А на самом деле ты… — произносит СунОк, пристально смотря в глаза ЮнМи.
— Изнурённая человеческой глупостью девочка, которой не дают зарабатывать деньги, — заканчивает за неё фразу сестра и задаёт вопрос: — Кстати, на что ты здесь существуешь?
— Да отстань ты! — СунОк пихает ногой трущуюся о неё кошку.
— Мульча, иди ко мне, — предлагает ЮнМи. — Она тебя не любит.
— С чего это — «не любит»? — обижается онни, смотря как сестра подхватывает на руки запрыгнувшую на кровать её любимицу. — Сколько я за ней ухаживала? Просто мы говорим о важных вещах, а она — мешает.
— Деньги — это очень важно, — кивает ЮнМи и интересуется: — Так откуда ты их берёшь?
— Их дала «Всемирная организация колоколов мира», — с совершенно серьёзным видом отвечает СунОк. — Ещё они обещали оплатить расходы за твоё лечение…
Судя по выражению лица ЮнМи, это уже второй раз за пару минут, когда она «крепко удивлена» новостями.
— Что опять? — недовольно спрашивает СунОк. — Чего ты замерла?
— Какие ещё — «колокола мира»? — возмущённо спрашивает ЮнМи. — О чём речь?
— «Всемирная ассоциация колоколов мира», сокращённо — WPBA, — хмуро делится знаниями онни, — японская организация, стремящаяся повысить осведомленность о движении «за мир во всём мире» путем отливки и установки японских храмовых колоколов по всей Земле. Ассоциация была основана господином Тиедзи Накагавой. Мысль создать фонд возникла, когда он, будучи мэром города Увадзимы, руководил заменой храмового колокола в храме Тайхэй после Второй мировой войны. Тогда этот колокол получил название — « Колокол Банзая для абсолютного мира» и послужил моделью для «Колокола мира Организации Объединенных Наций». Это был первый колокол, подаренный WPBA…
… Колокола изготовляются с использованием переплавленных монет, собранных детьми из разных стран мира. На сегодняшний день они установлены в шестнадцати странах. В США, Японии и Австралии имеется более одного такого колокола…
— Это очень уважаемая и всемирно известная ассоциация! — закончив транслировать вызубренную презентацию, решительно заявляет СунОк.
— Причём тут я и они? — подобрав отвисшую челюсть, не понимает ЮнМи.
— При том, что ты — богиня Каннон, которая за мир во всём мире!
— Кххх… И что, деньги возвращать не придётся?
— Это благотворительность!
— Совсем — совсем?
— Если ты примешь участие в рекламной кампании WPBA, они будут очень признательны.
— Понятно…
На некоторое время наступает тишина. ЮнМи задумчиво рассматривает выходящее на улицу окно, СунОк ждёт, когда та чего-нибудь ещё скажет.
— Вообще, есть много разных компаний и организаций, желающих увидеть тебя в своей рекламе, — устав ждать, небрежным тоном, так, будто просто к слову пришлось, сообщает онни.
Взгляд ЮнМи перемещается с окна на сестру.
— Сколько? — коротко спрашивает она.
— Триста восемьдесят девять.
Брови ЮнМи взлетают вверх.
— Всё нормально, — увидев реакцию, успокаивает СунОк. — ЁнЭ ведёт учёт заявок. Никто не потеряется.
— «ЁнЭ»? Она ведь осталась в Корее?
— Ну да. Просто в тот момент ей на поездку не было денег. А сейчас они есть. Поэтому, я её вызвала сюда…
— Она мне очень помогает! — эмоционально начинает оправдываться СунОк, по-своему интерпретировав выражение в глазах сестры. — Одна бы я не справилась! Учёт денег вести, с рекламодателями переговоры проводить…
— И сколько на счету денег?
— WPBA пожертвовали пять миллионов йен. Часть из них была потрачена.
— Пять миллионов йен — это примерно тридцать три с половиной тысячи долларов… — подсчитав, задумчиво произносит ЮнМи. — Не такие уж и большие деньги для мировой рекламной кампании…
  
— Но они были очень нужны в тот момент. И я маме немного денег отправила…
— «Дважды даёт дающий вовремя», — кивает ЮнМи и обещает: — Ладно, позвоню я им в их колокола. А остальные желающие? Надеюсь, вы с них вперёд не брали?
— Нет, только зарегистрировали протоколы «о намерениях». Гонорары будут оговариваться с тобой, как с исполнителем работ.