Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

Копченая колбаса, салат с горошком, икра и всевозможное мясо, это только малое, что было выставлено на столы, в армейских палатках и в бывшей школьной столовой. И даже так разместить полноценно людей не получалось, была еще охрана, которая не сядет пировать, но и им должно было перепасть еды, а Катерина, втихаря дала парням самогонки.
Когда почти строем герои входили в строящиеся ворота центрального входа в город, их встречали овациями, словно римский полководец реализовывал свое право на триумф. И вот, когда только стало рассветать, в строящемся городе начался праздник.
* **
Карп являлся личным охранником вождя вятичей Ростислава и сотником рождающегося войска. Вождь стремился объединить все роды немалого племени для противостояния, как хазарам, так и угорцам. Варяги, как и булгары мало интересовались землями легендарного Вятко. Но, как и многие реформаторы, Ростислав не был услышан большинством рождающейся вятской знати, и его убили. Убийцей стал сын Ростислава, Вячеслав, стоящий за старые порядки, когда все важные дела племени решались на общем сборе всех знатных старейшин родов.
Тогда Карп со своей сотней напал на Вячеслава и в славной битве, как считал бывший охранник, убил сына своего господина, которого считал за отца. Однако, сотник потерял почти всю свою сотню, кроме четырнадцати наиболее удачливых воинов, с которыми и бежал в земли наиболее родственного племени радимичей. Нет, появляться в больших городах песчанцев, как иногда звали соседей, Карп не собирался, напротив, он хотел стать на Большой реке и начать новую жизнь.
Тут желания воина путались. Вначале изверг со своими немногочисленными, но сильными воинами думал пограбить торговых гостей на Днепре, но понял, что такое занятие не выдержит конкуренции. На пути в греки шла оживленная торговля, но не было беззубых купцов, все имели охрану под сотню и больше. Тогда Карп попытался войти в один из родов радимичей, который жили ближе всего к Днепру и неплохо промышляли и торговлей и рыболовством. В этом роду хорошо встретили сильных мужчин, которые собирались жениться на вдовых женщинах и принять их детей. Но кто гуляет свадьбы до Коляды? Поэтому новые члены рода пока доказывали свою полезность, удачливо охотясь и тренируя молодых воинов.
Но потом пришли варяги… В свои двадцать восемь лет Карп встречался в бою с таким противником, когда вождь Ростислав самолично ездил на торг с булгарами, а северные разбойники возвращались по волжскому пути к себе домой. Вождь, возомнив, что глубоко посаженные два корабля северян, а среди этих варягов славян не было вовсе, станут легкой добычей. Куда там, с преимуществом более чем в три раза, дружина Ростислава потеряла, из почти трех сотен воинов, чуть меньше сотни. И то, если бы не воины Карпа, бед было бы больше. Отчаянные воины эти варяги.
И этот враг пришел и в новый дом Карпа и его людей, где убил всех, вообще всех людей, оставив в живых только его и еще троих мужчин, где только двое были воинами из его некогда сотни. Почему разбойники не взяли женщин из рода, Карп не знал, пока не увидел десятка три молодых и красивых женщин, уже находясь в плену. Бывший сотник знал, женщины, после активизации торговых путей, сильно потеряли в цене, по крайней мере, в хазарском Итиле. Тут только можно было хорошо выгадать, если дева не тронутая, ну и ликом хороша. А для этого следовало бы очень хорошо товар кормить, тратить на его деньги, при этом и охранять от своих же соратников по оружию, чтобы не тронули.
Другое дело, мужчины, особенно имеющие профессию, за таких даже хилых и тощих могли дать хорошую цену. Хазары не работали, и полей практически не возделывали, поэтому ценили рабов-мастеров своего дела и хороших крестьян. Карп же увлекался кожевенным делом и ладил неплохие сапоги, в которых было не стыдно и в булгарских городах появится. А булгары были лучшими в мире сапожниками. Пришлось одному из варягов рассказывать про ремесло, чтобы сохранить свою жизнь, так как до десятка людей умертвили, когда те терялись при экзамене на мастерство, который принимали пять варягов.
 
Тогда, ночью, Карп специально провоцировал варягов на агрессию, но так, чтобы горделивые воины дали шанс кожевеннику. Карп уже ложно подволакивал ногу, демонстрировал усталость, чтобы выгадать удобный момент для последнего рывка и убить ненавистного варяга. Тот был самый кровожадный из всех, кто мучил и мужчин и женщин, варяг при изуверствах возбуждался, как от ласк девицы.
Но вмешалась третья сила, — воины, которые, как лесные духи, расстреливали из темноты ненавистных разбойников, тогда были и странные звуки, словно гром ударил и много света, а потом новый плен. Но уже другое пленение, с пищей и водой, с нормальным обхождением.
Когда же освободители предложили идти на все четыре стороны, Карп быстро перекинулся парой слов со своими двумя воинами, и решение было принято. Куда еще бежать извергам, которых ждет смерть дома, у вятичей убиты семьи ратников Карпа, убиты и женщины, которых они хотели брать в свои семьи. Они ни с чем и даже без накидки на тело.
А потом… Карпа опустили на землю и доказали, что он вовсе даже не такой уж и боец. Парень, который выглядел еще моложе бывшего сотника, раскидал и его и всех рослых мужчин, которые выглядели воинами. Вот и наука, значит, нужно учиться и, возможно, учить, так как мало было настоящих воинов среди освободителей, Карп чуял себе подобных, а вот от Солдата исходил сильный воинский дух. Ну а встреча в большом поселении, которое активно выстраивалось в детинец, расставила все приоритеты, Карп хотел здесь жить и быть полезным. Может вот он, новый дом…
** *
— Что такое быть главой такого поселения, где все на виду? Это пустить газы, а через тридцать секунд уже все знают, что главный обос…ся. А еще кто-то баб тискает, что собирает целые компании слушателей рядом со своей палаткой, а кто-то только приобнял любимую, а тут сразу срочный вызов, — бурчал Игорь, но шел навстречу с пришедшими трудовыми резервами от соседей.
— Сколько их, Рыгор? — спросил Солдат, подойдя к толпе молодых оборванцев.
— Тридцать четыре, три старших и тридцать один от лет четырнадцати до двадцати, — ответил Рыгор, который благоразумно ночью спал, не реагируя на бурные встречи мстителей.
Ну не совсем самостоятельно Рыгор уснул, а по личной просьбе Игоря. Работы не должны прекращаться, да и текучки слишком много, а праздник на рассвете не мог прибавить работоспособности и трудового энтузиазма. Солдат только решил отдать свой почти уже супружеский долг и поспать часа три, но не судьба.
— Сколько там напилили стволов на стену за вчера? — спросил Игорь.
— Повалили дубов под полсотни, ты же сам говорил, что нужно делянку завершить для огородов, вот и завершаем, только оставшиеся ветки осталось подпалить, да с пнями разобраться, — отвечал Рыгор.
— Слушай, там мне наставника представили. Где Павел, когда нужно его личное участие? Так и не услышу его мудрых наставлений, то он в походе, то жену «мнет» после долгой трехдневной разлучи, — немного раздраженно говорил Игорь, который завидовал прибывшим ночью героям, их то никто не тревожит на предмет работы, по крайней мере, до обеда не станут дергать. — Да, это я так, ворчу. Давай распределяй соседей на делянку, так же пусть и плугом поработаю, выясни, кто вообще на что горазд. Еще нужно отправлять на заготовку сосны, строиться нужно. Еще в помощь бабе Клаве на поля часть соседей отправь, она выйдет на работу, в празднике особо не была замечена.
— Да понял я, может и сам бы справился, но чухонцы эти попросили твоего присутствия. Мол, с тобой ряд заключили, так и треба лик твой узреть. Вот узрели, ты кивни им и иди, поспи, работы сегодня много, а к вечеру обещали презентацию первых наших горшков, — сказал Рыгор и энергично зашагал к толпе оборванцев, которые пришли батрачить на строящийся город.