Ходок - 12 (СИ)
На открытой площадке, внутри круга, торговали как пищевой продукцией: овощами, фруктами, битой птицей, мясом, так и готовой едой: пирогами, шашлыками, горячими колбасками, хлебом, вином, пивом, вареньем, вкупе с промтоварами, представленными дешевой посудой, поношенной одеждой, обувью, щербатыми и ржавыми ножами и кинжалами, короче говоря — секонд-хендом, качество которого оставляло желать лучшего.
Попросту говоря — открытый «пятачок», точнее говоря — огромный «пятак» был рынком для бедных, если говорить о промтоварах. Определить же качество продовольствия Денис затруднялся — на глаз все было прилично, а там — иди знай.
Торговля «для богатых»: алхимические и магические лавки, оружейные и ювелирные магазины, ателье, магазины готового платья, обувные магазины и мастерские индивидуального пошива обуви, фешенебельные кафе, рестораны и прочая, прочая, прочая были сосредоточены в зданиях, окружающих «базар для бедных». У входа в каждое такое заведение стоял вооруженный до зубов охранник самого сурового вида, а то и два. Угрюмыми взглядами и многозначительными поглаживаниями дубинок и эфесов клинков, «секьюрити» ограждали объекты, вверенные их попечению, от визитов всяческих сомнительных личностей.
Заведений, интересующих старшего помощника, было много и он решил, что так как торопиться ему некуда, обойдет их все, пусть даже не за один день — мало ли в девяносто девяти не будет ничего интересного, а в сотом — хоп! — и цинк с патронами! Вот только не надо считать Дениса прекраснодушным мечтателем и наивным идеалистом — он прекрасно понимал, что вероятность такого события практически равна нулю, но… а что, а вдруг! Главное, что старший помощник никогда не забывал надеясь на лучшее, готовиться к худшему. А так — чего не помечтать?
Слово «алхимия» вызывала у Дениса следующую цепочку ассоциаций: сводчатое кирпичное подземелье; открытый огонь, пылающий в горне; колбы; реторты; сполохи; дым, выедающий глаза; летучая мышь, висящая вниз головой, прицепившись к капителю огромного зажженного камина; ворон и сова, сидящие по разным концам каминной полки; невыносимое зловоние, несмотря на огромную каменную вытяжку; странного цвета жидкости в кривых бутылях с надписями типа: «Слезы единорога», «Менструальная кровь королевы эльфов», «Желчь висельника», «Настойка из ногтей мертвецов», «Приворотный порошок из ношеных носков старого боцмана»; патлатый бородатый мужик в колпаке и мантии, украшенной звездами, поверх которой надет прожженный фартук; манускрипты и свитки в беспорядке валяющиеся на огромном мраморном столе… Ну, и так далее. Нет, разумеется старший помощник понимал, что вся эта цепочка ассоциаций ерунда на постном масле, но… возникала, хоть ты тресни!
На самом деле, первая алхимическая лавка, в которую наугад зашел Денис, напомнила ему аптеку. Не современную, где в стеклянных витринах выставлены разнообразные разноцветные коробочки с лекарствами, а старую, можно даже сказать — старинную, где на полках стояли многочисленные мензурки, бутылочки и баночки и где готовили лекарства по рецептам. Вместо патлатого бородатого мужика в колпаке и мантии, украшенной звездами, за прилавком на высоком табурете сидел благообразный мужчина лет пятидесяти, добротно, но не вызывающе, одетый — безо всякого прожженного фартука, колпака и мантии, и доброжелательно улыбался.
— Уважаемый потерявший! — приветствовал посетителя хозяин лавки. Хотя… назвать заведение лавкой язык не поворачивался — магазина! Несомненно магазина. Но… опять же, «алхимический магазин» звучит как-то ухорежуще, так что будем сейчас и впредь называть подобные предприятия торговли алхимическими лавками, но иметь при этом в виду, что алхимическая лавка и, к примеру, лавка старьевщика — это две большие разницы.
— Уважаемый младший медный Искусник! — не остался в долгу старший помощник, вежливо прикоснувшись к шляпе. Магический ранг алхимика Денис определил по медному перстню с вертикальной чертой на печатке, как у приснопамятного потерявшего Генрих ла Меда, являвшегося, по совместительству, младшим медным Искусником Торезом.
Эта черта означала местную «единицу» и украшала перстни всех младших Искусников: и медных, и серебряных, и золотых. У Искусников на перстнях была «двойка», выглядевшая, как «виселица», или буква «Г», у старших Искусников — «тройка», представлявшая собой «П». Ну, и дальше, безотносительно магических рангов: четверка — квадрат; пятерка — квадрат со слешем из левого нижнего угла в правый верхний; шестерка — квадрат с прямым и обратным слешем; семерка, как шестерка с добавлением вертикальной черты по центру; восьмерка, как квадрат с британским флагом; девятка — просто слеш; ноль — перекрещивающиеся слеш и обратный слеш. Система счисления — позиционная. Все эти сведения были не придуманы старшим помощником, а почерпнуты у «языков» во время ночной беседы… или допроса?.. скажем так — ночного общения в Лесу. И, кстати говоря, квадрат, в который был заключен герб Ульриха ла Тая говорил как раз о том, что он «четвертый наследник».
— Что желает уважаемый потерявший… — начал было хозяин лавки, но старший помощник его перебил:
— Уважаемый младший медный Искусник, меня зовут Шрам. Чтобы не терять время, уважаемого потерявшего можно опустить.
— Хорошо, — кивнул алхимик. — Тогда я — Красс. Что хочешь купить? — сразу взял быка за рога Искусник. Вопрос вызвал у Дениса ожидаемую заминку, причину которой владелец заведения понял неправильно: — Или продать?
— Нет-нет, — покачал головой старший помощник. — Я ничего не продаю, а чего хочу… не знаю, — несколько смущенно признался Денис.
— Это как? — удивленно поднял бровь Красс.
— Я не местный… — начал старший помощник.
— И это заметно, — хмыкнул алхимик.
— Да-а!? — в свою очередь удивился Денис. — А что не так? Акцент? Внешний вид?
— Нет, — улыбнулся Красс, — акцент есть у многих — в каждом Протекторате свой говор, да что там Протекторате — в разных местах одного Протектората говорят по разному. Внешний вид тоже у всех разный. Дело в другом — в тебе нет чванства. Я первый раз встречаю благородного, который просит опустить «уважаемый потерявший», чтобы не терять время.
… упс… прокол, однако…
— И мне это очень нравится, — неожиданно закончил алхимик. — Мне тоже претят все эти расшаркивания.
… родственные души, блин…
— Ты наверное не поверишь, но я никогда пользовался услугами алхимиков и не представляю, чем они могут быть полезны такому человеку, как я, — признался Денис, попутно отметив про себя, что говорить правду — легко и просто.
— Что ты имеешь в виду? — Искусник не совсем понял уточнение старшего помощника.
— Ну-у… разные приворотные и отворотные зелья и все такое прочее меня не интересуют, — ухмыльнулся Денис.
— Круг сузился, — с серьезным видом констатировал Красс. — Значит боевые и лечебные препараты…
— Если не затруднит, — вежливо улыбнулся старший помощник. Правда, что из этого могло получиться, при его актуальном имидже, он представлял слабо, но очень старался. С другой стороны, все поведение алхимика указывало на то, что к «лицу со шрамом» он относился индифферентно — никакой робости, или отторжения, в нем не чувствовалось.
— Не затруднит, ибо большого наплыва посетителей не наблюдается, — хмыкнул Искусник и немедленно перешел к делу. — «Малое исцеление», — алхимик извлек из-под прилавка небольшой зеленый флакон. — Помогает при пищевых отравлениях и от слабых ядов. От укуса гадюки тоже поможет…
… или у них гадюки не такие…
… или я ничего не понимаю в ядах…
… всегда считал, что гадюки сильно ядовитые…
— Если рана небольшая и сразу залить, — продолжил Красс, — то быстро заживет. С загноившимися и глубокими не поможет.
— Сколько стоит? — сразу полюбопытствовал Денис.
— Двадцать золотых.
… однако!.. овес ноне дорог!..
— «Среднее исцеление», — Красс сменил зеленый флакон на фиолетовый. — Помогает при всех отравлениях, кроме магических…
— Прости, пожалуйста, — перебил его старший помощник. — Что значит «магическое отравление»?