Грехи. Книга 2

Элен запыхалась от долгого подъема, но даже не замечала этого. Окна виллы были красными, словно внутри бушевал пожар. Элен тупо посмотрела на дом и только через какое-то время осознала, что это вовсе не огонь, а отблеск заката в окнах. Она осторожно взглянула на свои окровавленные руки.
– Он мертв, – прошептала она. – Мертв…
К ней быстро приблизился Юбер. Дико вращая глазами, положил руки ей на плечи.
– Я не хотел! – тихо сказал он. – Это несчастный случай! Поверь!..
Оттолкнув его, словно в забытьи, она направилась к дому. Не чуя под собой ног и не ощущая боли. Боль придет намного позже.
Юбер шел за ней следом.
– Может, ты ошибаешься? – говорил он. – Может, вызвать врача и он что-нибудь сделает? Поднимет его наверх и…
– Он мертв! Он упал на скалы! – Элен остановилась и посмотрела на кроваво-красный закат. По телу ее пробежала дрожь. – Как… как все ужасно! Он весь разбился, и повсюду кровь.
– Элен, пойди, приляг. Я сам обо всем позабочусь.
– Нет! – закричала Элен истеричным голосом. – Неужели тебе мало того, что ты сделал? Ты убил моего мужа!
– Пожалуйста, Элен… – Юбер шагнул к ней. Элен отшатнулась от него с животным страхом в глазах.
– Не приближайся ко мне! – заорала она и, сорвавшись с места, рванулась в дом.
Тяжело вздохнув, он ринулся за ней. В дверях на миг остановился, и лицо его побелело: Элен звонила по телефону.
Ворвавшись в гостиную, Юбер выхватил трубку из ее рук, с грохотом бросил ее на рычаг.
– Что ты делаешь? – спросил он свистящим шепотом.
– Звоню в полицию.
– И что ты им скажешь?
Элен с отвращением посмотрела на него и снова потянулась к телефону, но он не дал ей возможности снять трубку.
– Не говори им, – стал умолять он. – Прошу тебя. Я все для тебя сделаю. Я дам тебе все…
– Юбер, дай мне трубку, – решительно потребовала Элен.
– Прошу, выслушай меня! – Голос Юбера, обычно глубокий и низкий, сейчас был каким-то пронзительным и жалким. – Неужели ты думаешь, я хотел этого? Это был несчастный случай!
Элен презрительно прищурилась.
– Тебе сколько лет, Юбер?
– Двадцать пять, – ответил он. Элен грустно засмеялась:
– Двадцать пять! И ты стал драться с человеком, которому семьдесят два года! С пианистом, для которого самое главное в жизни – пальцы, абсолютно беззащитным. И ты столкнул его со скалы!
– Говорю же тебе, несчастный случай. – Юбер отвел взгляд. – Он сам споткнулся.
– Не верю, – упрямо повторила Элен.
– Хорошо, не верь! – с каким-то диким, звериным оскалом выпалил де Леже. – Да, я хотел убить его с того самого дня, как вы повстречались. Он был слишком стар для тебя! Чертовски стар и чертовски безобразен! Я рад, что убил его!
– Ты отдаешь себе отчет в том, что говоришь? – с трудом выговаривая слова, спросила Элен.
– Само собой! – злобно огрызнулся Юбер. – Но если ты заявишь на меня в полицию, я буду все отрицать. Я скажу, что ты врешь! Он был хилым старикашкой, и даже женщина легко могла столкнуть его со скалы!
Элен всплеснула руками.
– Ушам своим не верю! Неужели ты способен на такое?
– Да, если ты будешь настаивать, что это сделал я. Я даже скажу, что видел, как это произошло. Он стоял у края скалы, любуясь закатом, а ты подошла и толкнула его. У тебя для этого были все основания. Ведь ты вышла за него замуж из-за денег.
– Да как ты смеешь!
– Давай… звони в полицию. – Юбер рассмеялся и направился к двери. На пороге он остановился и повернулся к Элен. – Давай, звони – и посмотрим, что у тебя выйдет.
Элен взглянула ему в глаза и увидела лишь черную душонку, всю пропитанную ядом. Голубая кровь оказалась гнилой. Если когда-то юный Юбер очаровал ее, то сейчас она испытывала к нему полное отвращение.
– Убирайся отсюда, – проговорила Элен. Де Леже молча вышел.
Она осторожно подняла трубку и дрожащими пальцами набрала номер полицейского участка. На том конце тотчас ответили.
Элен глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки.
– Здесь произошел несчастный случай, – хрипло прошептала она. – Мой муж умер. Пожалуйста… приезжайте быстрей!
 
Ожидая полицию, Элен оглядела просторную светлую комнату. Взгляд ее упал на большой черный рояль у террасы, на котором играл Станислав. На нем лежала написанная от руки партитура. Полистав, она закрыла ее. На первой странице аккуратным почерком было выведено:
«Клитемнестра»
Опера Жана Батиста Люлли.
Переложение и аранжировка Станислава Ковальского.
А чуть ниже шли слова:
Джудит Гулд
Посвящается моей дорогой жене, которая вернула мне молодость.
Элен прочитала посвящение и прижала партитуру к груди. Глаза ее наполнились слезами. Только теперь она осознала всю горечь трагедии. Только теперь ощутила жуткую душевную боль.
Внезапно что-то щелкнуло. Вздрогнув, Элен прислушалась. Вскочив на ноги, осмотрела комнату. Ее взгляд упал на стол, стоявший поблизости, скользнул по бобинам магнитофона. Она с облегчением вздохнула: это был всего лишь магнитофон. А ей и в голову не приходило, что он все это время работал.
И вдруг ее осенило: магнитофон-то все время записывал! Сначала «Клитемнестру» Станислава, потом ее крики оборвали его работу, потом…
Это открытие ее как громом поразило; даже боль куда-то отступила. Значит, записана не только «Клитемнестра», но и признания Юбера! Теперь она с полным основанием может обвинить его в убийстве мужа, и тому есть доказательства. Станислав, оставив магнитофон включенным, поймал-таки своего убийцу.
Мозг Элен лихорадочно работал. С такой уликой она может легко упрятать Юбера за решетку. Но де Леже очень могущественны, у них связи, и неизвестно, Как далеко они простираются. Негодяй, скорее всего, отделается легким наказанием. Его могут просто пожурить и отпустить, ведь семья де Леже входит в десятку самых знатных и богатых людей Франции. Никто не осмелится посадить одного из них в тюрьму вместе с гангстерами, ворами и убийцами.
Элен вынула катушку из магнитофона. Такая легкая, а, сколько в ней веса! И неудивительно: пока запись у нее, она в любое время сможет наказать Юбера, сделать его жизнь невыносимой. На какой-то момент в душу Элен закралось сомнение: не это ли зовется шантажом? Кто она такая, чтобы вершить правосудие? И все же, плотно сжав губы, она решила: «Лучше я, чем никто».
Элен засунула катушку в коробку с надписью «Клитемнестра» и убрала ее в ящик бюро.
В это время приехала полиция.
Инспектор Рем застал ее сидящей на бежевой тахте, с лицом, белым как мел, и плотно сжатыми губами. Свет фонаря под пальмой в кадке бросал на ее лицо причудливые тени. «Красивая женщина», – отметил про себя инспектор, но, как и с большинством красивых женщин, горе как-то не вяжется с ней. Прослужив в полиции тридцать один год, инспектор Рем научился отличать настоящее горе от поддельного. Впрочем, горе само по себе еще ничего не доказывает. Он знал несколько хладнокровных женщин, которые потом горько раскаивались в том, что убили своих мужей.
– Инспектор… – Голос Элен сорвался, когда она начала рассказывать ему о несчастном случае.
 
Глава 9
Юбер, глядя на море, застыл у окна. Дул сильный ветер, вздымались волны. Он нетерпеливо топнул ногой. Когда же он, наконец, сможет отвезти ее в «Гранд-Отель»? Почему она не отвечает?
Наконец трубку сняли, и он услышал ее усталый голос.
– Элен? Это Юбер.
– Да, что ты хочешь?
– Как ты там?
Какое-то время она молчала, а потом проговорила сквозь зубы:
– Мой муж мертв, а меня допрашивала полиция. Сомневаюсь, что они мне поверили. Так как, по-твоему, я себя чувствую?
– А что ты им сказала? – полюбопытствовал убийца.
– Думаю, сейчас не время обсуждать это, – отрезала Элен и повесила трубку.
Юбер тупо посмотрел на трубку и скривился. Она не желает говорить с ним. Черт! Хуже всего, что она даже не обмолвилась о том, что говорила полиции. Если они начнут его допрашивать… Надо, чтобы их версии совпали.