В двух шагах до контакта (СИ)
— И что я в нем увижу.
— Любая органика в нем начинает светится. Чаще всего оттенками от желтого до серебристого, а вот цвета пропадут совсем, так что нужно время на адаптацию. Следы ты в нем увидишь. Пятна крови, мочу, прочую органику. В прошлый раз мы с Мишей следы так заметили, я на всякий случай подсвечивал.
Сляпанная на скорую руку стенка все еще держалась. По крайней мере в ней отсутствовали дыры и ходы, а перед ней пол выглядел чистым.
— Все еще не проели, — ухмыльнулся дядя Яков, — Так, Максимка, бери турели и ставь их как у тебя мысль сработает, а я потом переставлю как надо.
Разумеется у меня не вышло. Но хоть с направлением угадал, саркастично прокомментировал я его объяснения своих ошибок. В этот раз внутренний диалог наружу не вышел, значит начинаю приходить в норму.
Мы подошли ближе в стенке. Подгорельский подрезал натеки пены с застежек ящика и открыл его. Он был пуст. На что собственно я рассчитывал? Но странная досада на не оправдавшийся сюрприз все равно оставались.
— На, выпиливай дно близко в краям, — он протянул мне инструмент, — а я привезу железо, с той стороны стену обошьем, хотя бы до пояса.
— Так нельзя же разделяться? Ты сам говорил.
— Во первых, разделяться нельзя вам. Во вторых, за железом я съезжу быстро, потому что заготовил его заранее. В третьих, ты остаешься под присмотром этих двух мухобоек. В четвертых, у тебя есть инструмент и задача, и пока ты делом занят, никуда не сбежишь.
— В пятых, «ты еще маленький и должен слушаться старших», — продолжил я за него.
— Нет. Я хотел сказать что ты прав. Мы не должны разделяться, но обстоятельства требуют другого. К сожалению. Не хватает нас тут для нормальной работы, вот и будем искать компромисс.
— Едем вместе — теряем время, мне — бессмысленно, тогда ехать тебе, — проговорил я цепочку размышлений, — Тогда не задерживайся.
— По возможности. Если закончишь быстрее чем я вернусь, вычищай пену до второго ящика. Они спина к спине стоят. Будем из них импровизированный шлюз делать. И на ту сторону — ни ногой.
— Принято, — и я отправился пилить.
Подгорельский вернулся достаточно быстро, я как раз начал прорезать дно второго ящика. На этот раз я заметил его появление раньше, чем он очередной раз шлепнул мне по шлему, так что я был доволен. Как и он в принципе.
— Кто молодец? — спросил он, и сам же ответил, — Я молодец. Рад, что в тебе появилась привычка контролировать «хвост». Все тихо?
— Совершенно. Даже мухи не летают.
— Добро. Заканчивай тут, а я пока камеру на ту сторону просуну, — я вернулся в работе, а он начал возиться со стеной за пределами моего поля зрения.
— Максимка!
— Что? — я остановился и на всякий случая вынырнул на открытое место.
— Нам везет, — сказал он и перекинул на меня видео с камеры на той стороне. Там был обычный пустой коридор.
— Так нет же ничего, — протянул я посмотрев на коридор пару минут.
— И это очень хорошо, что нет. Значит сможем нормально укрепиться и никто нам не помешает. Так что пили спокойно, со здоровой паранойей, я имею в виду.
— Да я почти закончил, — отрапортовал я, — в верхнем левом и нижнем правом по кусочку оставил, как дополнительную страховку.
— От молодец, растешь в моих глазах как на дрожжах, — развеселился он, — Пусти-ка меня.
Он дорезал кусочки и рывком выкатился на ту сторону, быстрее чем режущий диск остановился.
— Хватай две пушчонки и идем сюда, — позвал он, — Время строить оборону.
Выставив турели мы укрепили наружную стену металлическими листами и вернулись на свою сторону. Пришло время для разведки.
Дрон выполнил предполетный тест двигателей и поднялся на середину коридора. Сигнал с его камер шел стабильно, управлялся тоже.
— Ты моложе, тебе и джойстик в руки, — передал на меня управления дядя Яков, — Рули и исследуй.
Немного приноровившись я повел дрона вглубь в шахту. Ну что я могу сказать — это было скучно. Поначалу еще было интересно, сложно, когда я чуть было не чиркнул стену, излишне разогнавшись, но новизна достаточно быстро сошла на нет. Ни на стенах ни на полу не было никаких признаков активности гусениц. Тишь и благодать.
— Дядь Яков, а ты уверен что это коридор вообще с остальными сообщается? — в какой-то момент засомневался я.
— Схема говорит что да, если ей можно верить. — ответил он и показал мне карту, — Можешь провести его вот сюда?
— Готово, — на всякий случая продублировал я голосом, выведя дрона на нужную точку.
— На экране был обычный коридор свежей выработки. Когда добывающий комплекс уже прошел, но систему транспортировки еще не протянули и от комплекса до приемного бункера катаются роботы доставки, перевозя породу с рудой. Сейчас они все были остановлены.
— Где-то тут нам надо найти тот отнорок, из которого все и полезло. Так что смотри в оба, — пояснил дядя Яков, — На карте его не будет. Но Костя говорил, вроде справа от комплекса.
Мы проверили несколько проходов, но в них ничего не было. Серо-рыжая основная порода перемежалась включениями руды, красивыми фиолетовыми полосами.
— Дядь Яков, а что это за минерал? — спросил я.
— Не скажу, Максимка, не помню. Я вообще в геологии не особо. Так, пару тройку полезных знаний перехватил, из тех что «по этой штуке не стреляй, а за этой не прячься». Это тебе нормального геолога надо спрашивать. Стой!
И я резко затормозил дрон. Под ним в свете лампы мерцало бледно-зеленое пятно. Видимо нашли. Я отвел дрона чуть выше и назад. Пятно перестало быть заметно.
— Зараза, надо ближе подсвечивать. — проворчал Подгорельский, — Лампы слабые.
Я послушно опустил дрон ниже и прошелся по коридору. Выявляя следы от гусениц. Все они расползались от одного их коридоров, причем не того, что мы обнаружили первым.
— Вот и выяснили рассадник, — довольно ухмыльнулся дядя Яков. — Вот теперь мы поменяемся, настала моя очередь на вас охотится.
Но тут пришел вызов от отца. Я даже подпрыгнул немного от неожиданности.
— Как успехи, разгильдяи? — поинтересовался он.
— Нашли гнездо паразитов, — со счастливой ухмылкой ответил Яков. — Теперь никуда не сбегут.
— Вот и славно. Но война — войной, а обед по расписанию, дуйте на базу. Настя опять эксперименты проводила над едой, и я это в одиночку пробовать опасаюсь.
— Сворачиваемся, — приказал дядя Яков, — Паркуй дрона на крышу погрузчика, проверим, съедят его или нет. Заодно и нужный коридор под наблюдением оставим.
Так мы и сделали. Я припарковал дрона, мы еще раз проверили, как закрыт наш импровизированный шлюз и поехали в жилой блок. И хоть шлюзом называть эту конструкцию можно только с большой натяжкой, свою функцию по разграничению доступа она выполняет. А после того, как крышка ящика, стоящего на внешней части стены, обзавелась с одной стороны листом металла, а с другой эксцентриковым запором, так и совсем стало похоже. А если залить спецпокрытием, так и вовсе станет герметичной.
Глава 26
Закончив с обедом и прибрав за собой мы налили по второй порции компота. Отец выглядел получше, чем утром, и явно задумал какую-то каверзу. По нему это вообще видно, он не особо старается скрывать свое настроение.
— Ну что, перекусили? И пока у нас есть кусочек от обеденного времени, можем немного побросать тапки и позавинчивать кузнечные заклепки, — вкрадчиво начал отец.
— Опять разнос? — с подозрением протянул я.
— Ну что ты, исключительно некоторые факты для лучшего понимания. Начнем?
— Ну, давай, — со вздохом протянул я, настраиваясь на лекцию в которой меня будут тыкать носом в факты.
— С чего начнем, с матчасти или опять за социалку пойдем? — спросил отец.
— Давай за технику. Социальные отношения я с прошлого раза понял что не знаю.
— А нет у тебя техники, мой юный понаписатель, а есть кобыла или жеребчик благородных кровей. И вот тут начинается ад.
Понимаешь Макся, лошадь — это живое травоядное существо, своим метаболизмом принужденное большую часть суток жрать. Чтобы просто жить, оно должно лопать от 50 кг травы в день. А чтобы таскать на себе груз или ходить далеко и быстро, нужно очень много калорий. И их, эти калории, ты должен будешь ей обеспечить. Это раз.