Адские гнезда: Дуэт Гильденстерна и Родригеса (СИ)

— Как всё? — возмутился Флорес. — Ты же сам говорил, что какая-то Адская Коровища повлияла на этих коров!
— Это не я! — замахал руками Финьес. — Это молочник ихний. Он приехал рассказать, почему молока нет. Говорил, тварючина какая-то коров ежедневно пугает, вот они и обезумели, теперь травы не едят, дояров не подпускают, бодают стенки загонов и всё такое. А тварючину ту отогнать нельзя, людям, как подходят, самим страшно. Издалека смотрят. И вроде, опасно её даже упоминать — как бы не появилась!
— Так тварючина или Коровища? — Флорес поднял бровь.
Вместо Финьеса дал справку Бенито.
— Если на ферме Хоберманов, это не Коровища. Свинючина, скорее всего. А Коровища далеко на юге. К нам она не станет бежать. Тем более, что с коровами колонистов у той жуткой ксенотвари нет никакого сродства.
Флорес хмыкнул:
— Ладно, вижу, ты в курсе. Значит, пошли людей разобраться… — повисла пауза, так как Флорес осознал, что не тому из посетителей дал задание.
— Лопес пошлёт, — подсказал Бенито.
— Хорошо, распоряжусь, — подтвердил Лопес. И собрался уже уходить, но Родригес его дёрнул за рукав: рано.
А Флоресу Бенито сказал:
— Обязуюсь лично проследить за выполнением. Только есть два нюанса, даже три. Первый: чтобы успешно добраться до фермы Хоберманов, нам понадобится проверенный в деле водитель. Чем быстрее выпустят Олафа, тем быстрее поедем. Второй: чтобы понять логику поведения ксенотвари, нам понадобится ксенозоолог Майк Эссенхельд. Это значит, на него никто не должен претендовать. И третий: нам понадобится вездеход.
Флорес изумился:
— А с вездеходом-то что?
— Новый начальник над профсоюзом транспортников, некий Игнасио Ибаньес-как-его-там, заявил мне, что будет чинить препятствия получению вездеходов для нашей службы. Я не спорю, — Бенито едва сдержал выползающую на лицо саркастическую ухмылку, — что этот Ибаньес как водитель наземного транспорта компетентней, чем наш Эстебан. Однако считаю необходимым обязать его выдавать нам вездеходы под угрозой какой-нибудь кары.
5 
Дальше что? Дальше пошло быстро. Бенито и Лопес, как только договорились о спасении Олафа, так и пошли его вызволять к Башне Учёных. Их сопровождал один из телохранителей Флореса, чтобы подтвердить принятое решение.
Олафа нашли в одной из подвальных камер. Был он сравнительно бодр, хотя и извёлся со скуки за время своего заточения. Никто его не пытал, хотя пару раз угрожали пытками. Дескать, вот-вот начнутся, придёт настоящий палач, он и займётся им. Но настоящий палач не дошёл. Диас и Маданес могли бы его и сами отделать, но то ли ленились, то ли брезговали, а может (кто знает) верили в непотопляемость Бенито.
Выпустив Олафа на свет, тут же, не мешкая, послали телохранителя к новому начальнику транспорта Ибаньесу с важным устным сообщением. Припозднишься — и в гараже не дадут вездеход, а сейчас не дадут, так и потом не вспомнят.
— Как кормили? — будто невзначай Бенито спросил у Олафа.
— Очень вкусно. Финьес молодец.
— Не молодец, а засранец! — поправил Бенито. Ведь соврал же ему, соврал! Дескать, нет никого в подвале…
Ну да ладно, дело-то прошлое. А на будущее выводы сделаны.
В этот миг подошёл Кай Гильденстерн в слегка расстроенных чувствах. Оказалось, что сразу за стеной Бабилона на него напали с целью зарезать. Главного бандита он положил из «меноры», остальных распугал. Но и сам напугался до полусмерти, не без того.
Бенито сказал:
— Нам придётся сейчас поехать мочить одно Адское чудовище. Ты как, с нами?
— На ночь глядя? Ну, раз надо, поехали… — без горячего энтузиазма, но и без ужаса в глазах. Это хорошо.
— Ну а ты, — к Олафу, — после пыточного подвала сможешь вести вездеход?
— Попытаюсь! — захихикал тот.
— И я с вами, — присоединился Лопес, — начальство я, или кто?
— Что ж, — молвил Бенито, оглядываясь на компанию. — Полчаса у нас есть. Раньше вездеход не получим, да и самим заправиться нужно. Предлагаю всем отправиться в кафе и поужинать… Хуанито, ты в элитном квартале старожил, знаешь здесь какое-то славное место? Кухню Финьеса не предлагать — я на него злюсь.
 
Лопес кивнул:
— Хорошо, пойдём. Только в лучших местах здесь всё равно его кухня.
— Но не везде же он появляется лично!.. Да, Хуанито, тебе, как начальнику, открою один секрет. Этот парень, Майк Эссенхельд, ценный сотрудник, но его нужно кормить. Справишься? Просто он мало что ест, а выбирать ленится, вот и ходит, как призрак голодный… Ты его иногда посылай с поручением просто поесть!
— Обещаю! — засмеялся Лопес.
6 
В кафе с претенциозным именем «Львиный прайд» засели почти на час. Ели и пили разбавленный кольхаун. Лопес проставился за своё начальничество, за успешную помощь Бенито в отчёте перед Флоресом (ой, да кто тут кому помог?), за свободу Олафа, наконец.
Гильденстерну нашлась еда. Он с проснувшейся жадностью уписывал овощи с рисом и ангельдинский сладкий картофель, так что Бенито уже опасался известно чего. А впереди работа.
Между тостами — ну вот не скажешь, что вовремя — Кай вдруг вспомнил о важном. Чем-то его поразил разговор, услышанный в штабе.
— Трентон спорил с Герреро, и речь зашла об Альваресе… Как-то подозрительно он о нём говорил.
— Да и мне подозрительно, — Бенито вздохнул. — Странно, что он на моём моноцикле, в дюнах, смог обогнать ассасинов… Думаю, они его отпустили. Но зачем? О том, конечно, не знает он сам.
— Обелить Альвареса?
— Бесполезно. Они оба для ассасинов смертники, но с отсроченным приговором. Может, ждут показательной казни с нашей стороны? Не дождутся. Знаешь, Майк, я скажу тебе странную вещь. Да и вам, Хуанито и Олаф… Я и сам бы хотел обелить Альвареса. И обезопасить. Так, чтоб не только мы, но и та сторона его не прикончила. Это важно.
— Почему вдруг? — не понял Олаф.
— Понимаешь, Альварес нужен. Он космогатор. Единственный здесь.
— Ну кому же на Эр-Мангали нужны космогаторы?
— Он понадобится потом. Чтобы стартовать с Эр-Мангали.
— Но ведь «Карантин»?..
— Он просчитает пути, чтобы взломать систему.
— Так почему до сих пор…
— Этих путей ещё нет. Как появятся, он их просчитает.
7 
Перепалка по поводу вездехода была недолгой. Олафу в гаражах сказали, что он здесь уже не работает. Взять вездеход, соответственно, тоже не может, хотя нет, может и взять, ведь он для конторы Лопеса. Пусть берёт самый лучший и скатертью дорога. Быстро поменялось мнение у поставленных Ибаньесом гаражных смотрителей, ничего не скажешь.
Выехали в ночь. Да, на площади в шахтёрском квартале остановились. Бенито решил усилить кулак против Адской Свинючины, и Кай побежал вызвать из штаба Сантьяго, Герреро и Трентона. Ортегу решено было не брать, надо же на кого-то оставить здание.
Расстояния до фермы Хоберманов было всего ничего — ближе, чем Блишняя шахта. Вот как выехали, так почти что сразу же и приехали.
Вездеход стоял у ворот помпезной трёхэтажной усадьбы.
Перед выходом Бенито в шутку посоветовал Каю:
— Заведи здесь полезные знакомства. Пригодятся, если, конечно, коровам мозги вправим.
Кай уныло кивнул. Он, конечно, не мастер полезных знакомств.
От чёрного хода центральной усадьбы и от боковых построек набежали уборщики, дояры, скотники. По парадной же лестнице сошли братья Хоберманы. И держались они величаво, но при этом немного неуверенно. Так ещё бы: вся их скотоводческая империя корове под хвост.
— С кем я могу поговорить о происходящем на ферме? — спросил Бенито.
— Со мной, — сказал младший из братьев. — Я в курсе всего. И причём самолично видел.
По его интерпретации, всё началось так. После последнего расширения фермы — и включения новых пастбищ — там, у гряды холмов, те коровы, которые там паслись, начали проявлять сильное беспокойство. В основном поутру, но бывало и в час закатный. Что пугало их, не могли разобраться. Все грешили на плоскопузов, что водились в Дальних лугах — их в траве не сразу заметишь. Но плоскопузы — они бы живей охотились. Никаких откусанных ног — всего этого долго не было.