Шаровая молния 2 (СИ)
— Тяжело на фронте, — нахмурился чекист. — Сдали Вильнюс, Белосток, Брест, Львов. Немцы… Простите, фашисты очень сильно давят. Рвутся к Минску. И ведь что удумали, гады? Не напрямую, а в обход стараются пройти, окружить наши войска в Западной Белоруссии. Тяжёлые бои под Ошмянами, Лидой, Барановичами, Ровно и Тернополем. Финнам, конечно, крепко дали по зубам, но Выборг пришлось оставить. Зато теперь вся дельта Дуная наша! Бьём румынских буржуев на их территории. Кстати, сегодня в полдень по радио должен товарищ Сталин выступать, не пропустите.
— Так ведь, я слышал, приказано было все радиоприёмники сдать.
— Гражданским лицам — да. Но уличные репродукторы работают.
Городок очень зелёный, и тень от деревьев, заодно с водой многочисленных прудов, делают июльский зной вполне себе переносимым. В Сталинграде в это время года Штольц давно бы сомлел от зноя, а здесь солнце не испепеляет, а просто греет. Зато никаких трамваев, везде приходится ходить пешком. А с чемоданом это не очень удобно. Поэтому наплевал на конспирацию, требующую от него изображать сверх-лояльного Советской Власти гражданина, и остался ждать поезд на Челябинск на вокзале. Всё равно выступление Сталина опубликуют во всех центральных газетах: можно будет и позже почитать.
С публикацией речи советского вождя он угадал. Правда, купить газету с ней он смог не в Челябинске, а только в Кургане, на самом востоке Челябинской области.
С чем вышел к народу русский диктатор? С пустыми заявлениями. Буквально с первых строк: «героическое сопротивление Красной Армии», «лучшие дивизии врага и лучшие части его авиации уже разбиты и нашли себе могилу на полях сражения»… Те самые дивизии, которые молниеносно покорили Францию и разгромили англичан на французской земле? Та авиация, от которой не способна спрятаться даже на своём острове Британия, обладающая куда более современными самолётами, чем русские «этажерки»? В это Генрих никак не мог поверить.
Зато совершенно охотно верил в захват Литвы, Западной Белоруссии
и Западной Украины. Не части, как врал этот усатый грузин, а всех западных земель. Слова кыштымского чекиста? Да что он может знать, находясь за многие тысячи километров от фронта? 170 немецких дивизий — это огромная сила, остановить которую Советам просто не по силам. Пусть хоть сколько Сталин иронизирует по поводу непобедимости германских войск и ссылается на разгром Наполеона и кайзера Вильгельма. Да, и Наполеон, и Вильгельм II были великими людьми, но их армии не идут ни в какое сравнение по техническому оснащению и боевому опыту с армией, созданной Гитлером и обученной во время захвата всей Европы.
Пусть он хоть сколько сваливает с себя и русских военных вину на неотмобилизованность Красной Армии, на то, что она находилась слишком далеко от границы. Ценно в этих словах только признание в том, что доблестные германские воины бьют большевиков в хвост и гриву. А значит, победа Германии близка.
Зная русских, Штольц, конечно, вполне мог поверить в то, что они отреагируют на призыв Сталина и станут, как он требует, жечь хлеб, угонять скот, разрушать мосты и производственные мощности. Даже во вред себе. Могут сбиваться в бандитские шайки и убивать немецких воинов, стреляя им в спины. Но даже это не поможет большевикам: с бандитами будут поступать именно так, как они того заслуживают: отстреливать, как бешеных собак. Германии нужны не люди на русских территориях, а земля, жизненное пространство, как писал фюрер в своей книге «Моя борьба». Советы не смогут поднять на борьбу с цивилизованными немцами дикий народ, живущий, по большей части, в таких условиях, что преодолены в Германии ещё сто лет назад.
Четыре пятых советской промышленности сосредоточено там, на западе страны. И стоит разбить русские дивизии, которые всё ещё сопротивляются Вермахту, как всё посыплется. Большевикам день ото дня станет всё труднее и труднее сопротивляться «натиску на восток». И настанет момент, когда сам же народ распнёт не успевших сбежать советских руководителей, встречая германских освободителей от большевизма хлебом и солью.
Да, пока он ждал в Челябинске поезда в Омск, он видел военные эшелоны с танками, спрятанными под брезентом. Но по Сталинграду он знал, насколько они ненадёжны. И вряд ли здесь, за Уралом, качество военной продукции лучше, чем у той, которую выпускают в городе на Волге. Видел он и составы, в которых солдатики в необмятых гимнастёрках с радостными лицами ехали в «теплушках» куда-то на запад. И с тайным злорадством осознавал, что недели через две их прожжённые, оборванные гимнастёрки будут прикрывать тела пленных, лишённые воли к сопротивлению немецкой военной машине. Как всегда, работающей с чёткостью хорошо отлаженного механизма. Конечно, те, кто останутся живы после первого же столкновения с непобедимой армией Великой Германии. Что взять с них, необученных, толком не вооружённых?
Дорогу к дому односельчан Генрих нашёл без особых проблем. Просто спросил, как найти такой адрес у дежурного милиционера. Тот отреагировал на широкую благожелательную улыбку приезжего из Сталинграда (Штольц специально об этом упомянул) и рассказал, куда идти. Ну, а дальше была встреча, обмен новостями и осторожный зондаж, не имеют ли хозяева небольшого домика отношения к военному производству. Ответ удивил:
— Как это не имеем? У нас уже 23 июня объявили, что теперь будем точить миномётные мины. И документация готова была, и оснастка. Словно руководство мастерской заранее знало обо всём.
А вот это уже тревожная новость. Неужели всё-таки большевикам было известно о тайных планах фюрера, и они смогли подготовить отпор? Не хотелось бы, чтобы это оказалось правдой!
45
12 июля. Вчера пришло известие о сдаче Риги. Фронт в Белоруссии выгнулся дугой: бои идут в районе Полоцкого укрепрайона, близ Лепеля, Логойска. Уличные бои в Минске. Пожалуй, день-два, и столицу Белорусской ССР мы потеряем. Жуков сделал всё возможное, чтобы Западный фронт держался как можно дольше, но и бойцы фронта — не боги, способные молниеносно остановить разогнавшуюся махину целой Группы армий, поддержанную бронированными кулаками Танковых групп Гота и Гудериана.
Гот, потерявший уже практически половину своих танков, на этот раз не сумел оторваться от пехоты, и теперь даже не проламывает, а пытается продавить оборону под Полоцком. Потери Гудериана ничуть не меньше, но и он застрял на правом берегу Днепра в районе Бобруйска. На Украине бои идут под Шепетовкой, Проскуровым (впоследствии — Хмельницкий) и Станиславом (Ивано-Франковск). Гигантское танковое сражение под Дубно и Бродами обескровило Танковую группу Клейста. Правда, и мехкорпуса Юго-Западного фронта понесли огромные потери, но в Первой Танковой группе панцеров осталось на неполную дивизию. По данным разведки, едва ли не четыре пятых новой техники с заводов Германии и Чехословакии направляются на её пополнение.
Но движутся, движутся немцы по Украине. За счёт прекрасно обученной пехоты и великолепно взаимодействия с другими родами войск: артиллерией и авиацией. А ещё — что ни говори, а противотанковая оборона у фрицев реально неплохая. По крайней мере, отлично справляющаяся с наиболее массовыми танками серии БТ и Т-26.
Вся Четвёртая румынская армия брошена на борьбу со стрелковым корпусом, полностью перекрывшим румынам судоходство в низовьях Дуная. Не готовы оказались «мамалыжники» к такому обороту: «слабая» РККА вдруг оттяпала у них огромную территорию. Сил у корпуса на то, чтобы продвигаться дальше на румынскую территорию, конечно, не хватает, но и все румынские попытки выбить красноармейцев из дунайской дельты пока не привели ни к какому результату. Пожалуй, Килийская десантная операция в этой версии истории будет называться Дунайской.
Как и в «прошлой» истории, совершенно опростоволосился маршал Кулик, направленный «организовать оборону Западного фронта». В окружение на этот раз не попал, но под Гродно драпал от наступающих немцев так, что остановился лишь под Минском, всё не веря, что прорвавшийся немецкий полк не преследует его по пятам. А когда его разыскал порученец Жукова и доставил в штаб, потребовал по ВЧ немедленно снять Георгия Константиновича с должности за «недостатки в организации обороны», а фронту, не мешкая, отдать приказ о переходе в наступление. По слухам разговор шёл на таких повышенных тонах и в таких выражениях, что и генерал, и маршал за пистолеты схватились. А Сталину пришлось срочно отзывать Кулика в Москву. Пожалуй, за то, что он осадил эту клиническую бездарь, Демьянов добавил бы Жукову жирный плюс в карму.