Стриптиз — не повод для знакомства (СИ)

— Кстати, — Катя оторвалась от телефона и победно уставилась на Рому, — сыграй влюбленного в Люду. И тогда заинтересованность кандидата увеличится!
М-да, маркетолог, он и беременный — маркетолог. Продвигать будет «продукт» всеми способами.
— Да они ж сразу от нее отстанут. Ведь им со мной не сравниться, — говорил Рома, паясничая. И мускулами поиграл, и усмехнулся обаятельно. Кот не выдержал отсутствия внимания, царапнул стриптизера и убежал.
— Пф-ф, ты даже кота привлечь не можешь, — фыркнула я и поймала удивленные взгляды подруг. Они не привыкли к нашим с Ромой перепалкам. Да, мы бываем жесткими, но почему-то никто из нас не обижается. — У тебя из несравненного только кубики.
— Зато какие! — Рома задрал рубашку, смущая Катю и заинтересовав Марго. Я же уже, кажется, почти привыкла.
Наклонилась и потыкала в демонстрируемое.
— У Мишки старые игрушки еще в кладовке валяются. Приклею, если что, благоверному, чтобы не расстраивался, — вынесла вердикт.
— Или ты всеми правдами и неправдами помогаешь Люде с поисками мужа, или я ей расскажу, что произошло тогда на девичнике, — сказала Катя, победно глядя на Рому.
— Так ты знаешь и не говоришь? — возмутилась. Искренне. Сколько времени существую в незнании!
Рома поднял руки вверх, демонстрируя поражение. Так что же произошло в тот день?
Пятнадцатый
Начал жаловаться мне, что у него не складываются отношения с девушками, так как у него маленький член. Последнее словосочетание использовал раз двадцать за десять минут. Еще через десять минут предложил показать мне его, чтобы я решила, подходит ли мне размер. Мол, вдруг не понравится, зачем время на бесперспективные отношения тратить?
Почему мне кажется, что Пятнадцатого мне накликали подружки своими рассказами?
Шестнадцатый
Такой бедненький, оплатила счет и дала ему денег на такси.
А потом выслушивала весь вечер подколки Ромы с просьбами больше так не делать. Ну да, ну да. Он же Кате обещал мне помогать. Лучше бы рассказали то, что скрывают, а то фиг их расколешь.
Семнадцатый
Ромка сразу запорол анкету Семнадцатого.
— Это точно не отец твоего будущего ребенка, — сказал стриптизер.
— Это почему?
— А вдруг девочка? И возьмет его сросшиеся брови?
Решила, что нельзя так разбрасываться кадрами из-за бровей. Накрайняк просто бесплатно поем. А то Шестнадцатый мне дорого обошелся.
Но бровастый мужик просто не пришел на свидание.
Восемнадцатый
Перед выходом мне позвонила Катя, которую Рома спонсировал информацией о моих свиданиях. Мне было приказано в этот раз постараться с макияжем. Я решила, что терять мне нечего, и нарисовала «смоки айс». Фу, все-таки как же противно название звучит. Перед выходом вспомнила, что нужно еще и губы подкрасить. Но, как назло, мой блеск закончился. Зато нашла бесцветную помаду, которую привезла Катя из своего путешествия. Пахло вкусно, так что нанесла пожирнее, принюхиваясь к клубничному запаху. Первый сладкий запах, который мне так понравился. Найти бы такие духи. Что нравится в бесцветке — можно просто по-быстрому мазнуть по губам и пойти красавицей.
Только это оказалась не бесцветка, а проявляющаяся помада. А я все думала, чего Восемнадцатый так странно на меня смотрит. Пока не увидела в зеркале чудо-юдо со смоки-айс и размазанной красной помадой чуть ли не на пол-лица. Прости, мужик, этот позор я вспоминать не хочу, больше мы не увидимся.
Девятнадцатый
Мне позвонила Катя и сказала передать трубку Роме. Не знаю, что она ему сказала, но бедный стриптизер побледнел и решил взять все в свои руки — познакомить со своим другом.
Это оказался Дима, к которому я случайно подсела в кафе. Приятно поболтали. Оказывается, они с Ромой вместе дружили подростками, затем вместе танцевали. И пока Рома был в Италии, Дима поддерживал его студию танцев в рабочем состоянии.
 
Так я узнала, что мой стриптизер — совсем не стриптизер. Но навыками обладает. Потому они буквально не так давно после проигрыша в споре отправили его танцевать стриптиз «для какого-то девичника». Я, скрывая свою заинтересованность, (естественно) поподробнее расспросила, а что же там произошло. Для начала Дима мне поведал о предыдущих проигрышах. Включая и яркие впечатления от шугаринга. Затем наконец перешел к самому интересному для меня моменту.
Оказывается, Рома заметил, что одной из девушек подсыпали что-то в алкоголь. Влез разобраться, а там мужики оказались в неадеквате. Стали приставать к тому, кто только что вертел задом в стрингах.
— Мы-то хоть и танцоры, но с этими неадекватными бугаями нам не сравниться. А они еще и на взводе. Влезем — так сразу начнется драка, еще неизвестно, кого виноватыми выведут. А в той темноте кто разберет, с чего началось.
Мне понравилось то, что сказал Дмитрий. Похоже на логику и здоровую самооценку без бравады. Но итоговую оценку отложила, важнее, что рассказывал Дима:
— Мы не сразу заметили, что накуренные перешли границы. Они начали к Роме… приставать. Наша шутка зашла слишком далеко. Вот только до того, как мы подошли, вмешалась девушка, которой как раз что-то в алкоголь и подмешали. Разглядеть всю ситуацию было сложно, но по собранным впечатлениям… Она заявила, что это ее стриптизер и лапать его может только она сама. И что еще делать может, тоже перечислила. Потом схватила мужиков, которые, наверно, раза в два ее выше…
Хмыкнула, преувеличивает точно. Я низкая, но не настолько.
— …за шею. Одного — одной рукой, другого — другой и поведала им состав их внутренностей и предположительных болезней. И как именно будут выглядеть их органы в разрезе. Последнее очень четко услышал, а как представил, даже пожалел мужиков.
— А потом что? — спросила, горя от смущения.
— Не знаю. Мы вернулись за стол, Рому утащила неожиданно появившаяся куча баб, по ходу ее подружки. Он только потом забежал и сообщил, что уходит провожать свою «героиню-спасительницу». Это я процитировал.
А потом Дима улыбнулся и прищурился, наблюдая, как все краснее я становлюсь.
— И та спасительница — это ты, — ехидно и ни грамма не вопросительно сказал Дмитрий.
Я развела руками. Чего уж скрывать. Никакая моя выдержка не осилила прилив смущения.
— Мне только интересно, откуда у тебя такие знания в смертоубийстве? — Дима постарался перевести все в шутку, видя, что я слишком выбита из колеи.
— И совсем не смертоубийства. Я патологоанатом. А на тот момент очень-очень пьяный патологоанатом.
С учетом подсыпанного, возможно, и под наркотой.
— Тогда очень рекомендую больше не пить, — усмехнулся Дима, спокойно восприняв информацию о моей профессии. Ну да. Он-то узнал обо мне и кое-что поинтереснее.
Я в ответ только фыркнула. Не пей? Мне. Смешно.
Дмитрий оплатил счет и взялся меня проводить до дома. Он был в пешей доступности, а болтать нам понравилось. Решили пройтись. По дороге встретилась знакомая старушка, которой я налила невкусный чай, а потом пришла домой извиняться. Та самая Лидия, что недавно потеряла мужа. Она оказалась матерью Дмитрия. Обрадовавшись встрече, старушка пригласила заглянуть к себе. Я с радостью согласилась. И Лидия, и Дмитрий мне очень нравились.
— Да я туточки на рынок ходила. Быстренько надо было, закрывается скоро, — делилась старушка-болтушка.
Вообще она много что говорила, но я не слушала. Мой взгляд был прикован к одному дому. А точнее к новой решетке на первом этаже. С замком. Если бы у нас была такая, может, моего брата успели бы спасти.
— На что ты так смотришь? — спросил Дима.
Я тряхнула головой. Нет, я врач и уже знаю, что вряд ли бы спасла брата, даже будь у нас открывающиеся решетки.