Тысяча шагов в ночи

Вся эта сила? Возможности?
Они не могли быть напрасными.
Миуко не допустит, чтобы они были потрачены впустую.
Из глубин ее памяти, словно дым, всплыли слова Туджиязая: «Демоны постарше превращали в рабов своих призывателей, когда считали их ненависть недостойной убийства».
Миуко не убивала лекаря (хотя это вышло, скорее, случайно, нежели намеренно), а это означало, что ей не нужно было просить девушку о помощи.
  
Она могла привязать ее себе.
«Не надо», – прошептал человеческий голос.
Миуко нахмурилась. Девушка не оставила ей иного выбора, не так ли? Она должна была это сделать. Должна была спасти Гейки. Жрецов.
И себя.
Тот же инстинкт, что подсказывал ей убить лекаря, теперь твердил о том, как получить раба. Почти бессознательно она подняла обнаженную руку и поднесла к груди девушки, прямо над ее сердцем.
У девушки перехватило дыхание. Зрачки расширились.
Между пальцами Миуко раздалось шипение, будто танцующий на плите лед. Девушка вскрикнула, отшатнувшись назад и схватившись за грудь.
Дело было сделано.
Девушка выпрямилась, ее серые глаза стали тусклыми, как у каждого прислужника Сидризин.
Несмотря на то что ее резкие и утонченные черты лица не изменились, она больше не выглядела как настоящая девушка, подумала Миуко, а скорее как кукла, которую наряжают и заставляют выполнять желания хозяина.
«Что мы наделали?» – прошептал тихий голосок внутри.
Миуко сглотнула, стараясь не обращать внимания на чувство вины, собравшееся в животе. Спокойно объяснила девочке, что та должна делать дальше: поехать в Веваону, оставить лошадь в постоялом дворе для Отори Миуко, спасти мальчика в лесах над Коэвой и велеть ему немедленно отправляться в замок Огава. После чего она освободится от своего рабства и сможет делать все, что ей заблагорассудится.
Девушка, повиновавшись, взобралась на спину Роройшо.
– Это займет несколько дней, – сообщила Миуко, скорее, чтобы успокоить себя, нежели девушку, которая вообще никак не реагировала на ее приказы. – А потом снова будешь свободна.
«Снова?» – прошептал человеческий голос.
Содеянное поразило ее как никогда раньше, заставив внутренности сжаться от подступившей тошноты. Она отняла у девочки свободу. Лишила ее выбора так же, как лишали выбора Миуко на протяжении всей ее жизни.
Говорить так, как она хочет. Идти куда хочет. Быть кем захочет.
Все осталось в прошлом.
Миуко семнадцати лет была девушкой Авары, и ей потребовалось всего лишь три дня в облике демона, чтобы подчинить другого человека своей воле. Это даже не представляло сложности: у нее была сила, и она воспользовалась ею.
Нужно только перестать сомневаться в себе.
Девушка молча повернула Роройшо на север, по направлению к Веваоне.
– Подожди! – выкрикнула Миуко.
Девушка по команде остановилась.
Протянув руку, Миуко попыталась вернуть все обратно. Она прижала пальцы к груди девушки, пытаясь перелить свободу воли в тело, как воду из источника. Она надавила сильнее, призывая сделать это.
Но ничего не изменилось.
Миуко что-то забрала у нее, что-то жизненно важное и ценное, и пусть оно вернется через несколько дней, Миуко вообще не следовало забирать это. Она совершила ошибку. А некоторые ошибки невозможно исправить.
От некоторых решений нельзя отказаться.
Побежденная, Миуко опустила руку.
– Как тебя зовут? – тихо спросила она.
Ответ девушки прозвучал тихо, без прежней искры, которая присутствовала в голосе всего несколько минут назад:
– Канаи.
– Мне жаль, Канаи.
Но Канаи промолчала, и спустя мгновение они молча разошлись.
  
10
 
Одолжение
 
Когда энергия, вытянутая из Ногадишао, рассеялась, Миуко почувствовала себя слабее, чем когда-либо. По пути на север, к святилищу Бэйкай, слабость в увядающих конечностях заставляла ее несколько раз останавливаться у дороги, где она ощущала, как медленно просачивается сквозь мох, словно пролитая кровь.
Таким темпом она добралась до святилища только на закате и, путаясь в собственных ногах, поднялась по ступенькам к каменному идолу Бэйкай, где и упала, сбив случайно несколько подношений с алтаря. Не имея сил (или желания) вернуть их на прежнее место, она прикоснулась лбом к прохладному полу святыни.
– Бэйкай-джай, это я, Отори Миуко, – взмолилась она. – Ты в долгу передо мной. Я пришла забрать его.
Идол не ответил.
Солнце скрылось в воде.
И здесь, среди даров в виде вина, монет и бумаги, Миуко погрузилась в изнурительную дремоту, из которой вырвалась немного позже, когда порыв ледяного ветра задрал ее одежду до бедер.
Она с криком подскочила на ноги и резко вернула свои изодранные одеяния на место.
Ночное небо затянулось тучами, а под облаками, перед самим святилищем, стояли Бэйкай, Дитя Северного Ветра, сияющие в своих прозрачных белоснежных одеждах.
– Ты выглядишь иначе, – сказали они, склонив голову набок. – Это новый пояс?
Миуко опустила взгляд, вспоминая алый пояс, который она украла у главного жреца Накаталоу. Она едва не забыла, что должна была отнести его жрецам Дома Декабря, прежде чем Туджиязай придет за ними.
Дух поджал губы.
– Нет, дело не в этом. Тебя перенесли из твоего истинного места во времени, не так ли?
«Как всем удается постоянно догадываться об этом?» – удивился человеческий голос.
Бэйкай щелкнули пальцами, привлекая внимание Миуко.
– Ну, чего ты хочешь? Ты ведь знаешь, что я дух занятой. У меня нет времени возиться с шаохасу.
Не желая раздражать облачного духа еще больше, Миуко торопливо изложила свою просьбу:
– Мне нужно добраться до Дома Декабря, чтобы передать жрецам послание о поясе, а затем до Туджиязая…
– Туджиязая? – прервали облачный дух. – Я считал его легендой.
– Он очень реален и весьма опасен, и мне нужно остановить его.
– А ты сможешь? – Бэйкай, прищурившись, посмотрели на нее. – Остановить его?
Миуко зажала оба бамбуковых цилиндра в кулаке.
– Я должна. Жрецы создали эти заклинания специально для меня. Я единственная, кто может воспользоваться ими.
– Тц-ц. – Облачный дух щелкнули пальцами по телу Миуко, почти прозрачному в тусклом свете. – К утру ты почти растворишься, шаоха. В таком состоянии, в котором ты находишься, у тебя силенок не хватит победить столь могущественного демона, как Туджиязай.
– Вот почему нам нужно идти прямо сейчас. Чем дольше буду ждать, тем слабее стану.
– Так не жди. Отправляйся туда, где тебе место. В своем времени ты будешь достаточно сильна, чтобы уничтожить любого, кто встанет на твоем пути.
«Мы не хотим разрушений», – начал было тихий голос, но прежде чем успел продолжить, Миуко бросилась к Бэйкай, едва удержавшись от того, чтобы не сжать слабо сверкающие руки облачного духа.
– Вы можете это сделать? Перенести меня во времени?
– Нет.
– Тогда как?
– Тебе нужен Афайна, Бог Звезд. Он единственный, кто может тебе помочь.
– Тогда можете отвести меня к нему?
Бэйкай скрестили руки на груди.
– Могу, но я должен тебе только одно одолжение, шаоха. Я могу взять твой поясок и предупредить жрецов или же могу доставить тебя к Афайну, но я не сделаю и то, и другое.
Миуко оскалила зубы.
– Но это несправедливо!
– Справедливость? – Они выпрямились и на секунду стали гораздо выше, чем можно было бы представить, учитывая их старую морщинистую фигуру. – Я облачный дух. Ты – демон. Здесь я решаю, что справедливо, а ты с этим соглашаешься.
  
На краткий миг Миуко охватило страстное желание обхватить руками сморщенную шею Бэйкай, но слабость в ее призрачных конечностях подсказала, что нападение было бы опрометчивым. Если она была слишком слаба, чтобы сражаться с Туджиязаем, то с полубогом ей точно не справиться.