Бюро магической статистики. Рудник

Пока дотянули, тут уж и вечер.
А там и расспросы родителей.
Что было сказать Фабиану? Ну конечно, правду – или ее часть, ту, которая представляла их деточек невинно пострадавшими.
– Пап, мам, вы понимаете, мы просто ехали мимо, а тут на дороге это чучело на велосипеде, мы мимо проехали, а она велосипед остановила. А потом лошади понесли… может, магичка?
Спускать свою обиду неизвестной девчонке Фабиан не собирался. Но для начала хорошо бы ее еще найти, все про нее выяснить, а это могут и родители сделать. Вот отец Пола, к примеру. А уж потом и парни не оплошают.
  
* * *
– Извините, рент Свелен. Я в выходной туда доеду.
Извинялась Элисон искренне и убедительно, случалось такое в горах не раз, так что Шандер только рукой махнул.
– Это бывает, Элисон. Говорите, оползень?
– Или что-то такое… там поперек дороги куча камня, и перебираться через него мне было страшно. Я и не решилась.
– Это правильно. Если такое случилось недавно, камни там сейчас неустойчивы. Мог бы и второй оползень случиться, или вас могло бы в ущелье унести с этим камнем. Очень даже запросто.
Элисон поежилась.
– Стра-ашно…
– Понимаю. Ладно, сейчас вы идете к Якобу Видричу, с ним садитесь над картой дорог и думаете, как туда проехать. А дня через три поедете опять.
– Почему дня через три? Я думала, в выходной?
– Элисон. – Начальство посмотрело так проникновенно, что аж в желудке у девушки екнуло. – Я ведь не зверь и понимаю, что вам тоже нужно отдыхать. Скоро у нас начнется тяжелая пора, примерно дней через десять, вот там и передохнуть некогда будет. А пока хоть отоспитесь впрок.
– Спасибо.
– Идите, Элисон.
Девушка и пошла себе на рабочее место.
Элисон была искренне благодарна. Действительно, тратить выходной на поездку в горы не хотелось.
Не потому, что ей это не нравилось!
Горы – прекрасное место, и Элисон ощущала, что начинает в них влюбляться. В этот прозрачный воздух, в дикие запахи цветущих трав, в безмятежную величавость горных пиков и даже в извилистые дорожки, проложенные, казалось бы, без всякой цели и смысла. Но ей хотелось и правда отдохнуть. Выспаться как следует, встать не в шесть утра, а в двенадцать дня, потом еще в кровати поваляться и книжку почитать… Рена Глент сказала ей, что в городе есть публичная библиотека, и Элисон собиралась в обеденный перерыв туда добежать.
Книги же!
Томики толстые и тонкие, в бумажных и кожаных переплетах, с белыми и пожелтевшими от времени страничками, новые и потрепанные, одно у них было одинаково для всех.
Они хранили чудесную тайну!
Новые знания!
Причем не важно, о чем именно была книга. Если что-то научное, оно читалось с интересом. Мир велик и так многообразен! Если есть возможность узнать о нем что-то новое, разве можно от нее отказываться?
Если это была художественная литература, она могла чему-то научить. Рассказать о людях, о сложных ситуациях, в которых оказывались герои, подсказать выход из ситуации… [10]
Ну и газеты почитать тоже хотелось. Астрид Шафф хоть их и выписывала, но для хозяйственных целей. Читала и тут же пускала в дело: завернуть что-то, подстелить, окно протереть. Элисон же нужна была периодика за последний месяц.
Да, ей это было важно – знать, что происходит в мире. Правда, придется идти в библиотеку в выходной, газеты-то на руки не выдают. Их подшивают в папки, а те тяжелые и здоровущие!
Ничего, посидит в библиотеке, почитает там.
– Лисси, загляни ко мне! – отвлек ее голос рены Глент.
Элисон подхватилась и помчалась в бухгалтерию. Успеет она маршрут выбрать. Якоба сейчас и нет, кстати, уехал с утра к датчику, вернется только к обеду, вот и поговорят.
* * *
Ирэна Глент звала девушку не просто так, а на чай и пирожки с капустой. Элисон их не очень любила, но голод не тетка, да и пирожки у рены Глент были очень вкусные. Просто капуста же!
По глубокому убеждению Элисон, пирожки обязаны были делаться только со сладкой начинкой. Вот не нравились ей другие, и все. Но это уже личные предпочтения, а сами-то пирожки и правда вкусные. Тесто так и тает во рту.
– Кушай, детка. Хорошо, когда у девушки отличный аппетит.
Элисон сунула в рот остаток пирожка и проглотила.
– Умм! Вкуснота! Рена Глент, подскажите, пожалуйста! У меня вчера тут такая неприятность получилась…
О парнях рена выслушала очень внимательно, подумала, постукивая карандашом по столу, кивнула своим мыслям.
– Четверо… трое постарше, один помоложе?
– Кажется, да, – сосредоточилась на воспоминаниях Элисон. – Один светлый, второй потемнее, двое черненьких, кони такие красивые, ладные. Особенно один, такого редкого оттенка, изабелловой масти!
– Ну точно они, паршивцы.
– Рена, вы их знаете?
– Да этих паразитов весь город знает! Где б от них еще и польза была! Лернер, Менгер и два Вебера, старший и младший! От них все окрестности стонут.
– Расскажете, рена? Вдруг еще чего устроят, хоть знать, с кого спрашивать, от кого подальше держаться?
– Да уж расскажу, конечно. Но сначала ты мне четко скажи – следов не останется?
– Нет. То есть я не знаю, отчего их кони испугались и понесли. Даже не представляю.
– И магией на них никто не воздействовал?
Элисон твердо выдержала подозрительный взгляд рены.
– Нет. Точно нет.
– Это просто замечательно.
– Думаете, эта история будет иметь продолжение?
– Хотелось бы мне ошибаться, но полагаю, что да, – вздохнула женщина.
– Ох-х-х-х-х…
– Не думай о плохом, Элисон. Но на всякий случай послушай внимательно. У нас в городе есть своя элита, сама понимаешь, дело житейское. Не из высшей аристократии, но тем не менее…
Элисон внимательно слушала.
Да, в каждом городе есть свое такое, важное и нужное, насиженное и денежное. Вот в Левенсберге это были шесть семейств.
Лернеры, Менгеры, Веберы, Сандмайеры, Хаасы и Груберы.
Области деятельности они поделили между собой и друг к другу практически не лезли, так, чуть-чуть. Вот Хаасы, к примеру, занимались ягодой и травами, у них целые плантации были.
Лернеры и Менгеры занимались шахтами леония.
Нет-нет, сами шахты находились в собственности государства, но вот кое-что из обслуживания… к примеру, подряды на продукты, на то же самое дерево, которое требуется в шахтах, веревки, какие-то металлические изделия… перечислять можно долго. Поставлять требовалось много чего, так что семьи не бедствовали.
Веберы сделали ставку на сферу развлечений, справедливо полагая, что шахтеры – это мужчины долгое время без женской ласки и отдохнуть им надо. Кабаки, ну и всякое такое разное.
Элисон кивнула.
Да, магия, просвещение и прочее, но о некоторых вещах рядом с незамужней девушкой все равно стараются не говорить. Просто потому, что не принято. Вот как портить воздух в общественном месте, так и эти темы затрагивать – и то и другое… пованивает.
Сандмайеры держали минеральные источники и лечебницы.
Груберы имели в собственности несколько медных шахт, но медь – не леоний. Стоимость меньше, но окупаемость есть, а что еще требуется? На фоне остальных они выглядели бледновато, однако им и на хлеб, и на икорку хватало.
Эти семьи и формировали городскую элиту.
С ними лишний раз не спорили, старались не ссориться и не связываться. Между собой они, конечно, и интриговали, и подсиживали, и пакостничали друг другу, но более-менее равновесие сохранялось.
– Мэр, если что, дальний родственник Сандмайеров, – намекнула рена Глент.
Элисон поняла и кивнула.
  
Ну да, можно поссориться много с кем, но лавочника-то ты поменяешь, а вот найти хорошего врача сложнее. Тем более в маленьком городке.
Ирэна Глент кое-что недоговаривала, но Элисон и сама понимала. Вот приезжает сюда врач. Или сам по себе, по желанию, или после училища, начинает искать работу или открывает практику – сложно ли ему намекнуть, что надо дружить с Сандмайерами? Или проблем не оберется.