Эволюционер из трущоб. Том 15 (СИ)

Было весело, однако я жалел о том, что не поставил метку в Калининграде. Забросил бы туда Венеру пространственным обменом, и одной проблемой стало бы меньше. Но что поделать? Придётся взять её с собой, ведь возвращаться — не вариант. Время поджимает, а на покатушки туда-сюда уйдёт ещё полдня. Такую роскошь я не могу себе позволить.
Броневик снова загудел, мерно покачиваясь на буераках. Я вёл машину, а Венера заставила захлопнуть пасть не только Артёма, но и Лешего. Лёха сидел и внимательно слушал, как она объясняет Серому азы контроля маны.
  
— Ого. Мне такого даже Мишка не рассказывал. А если вот эти завихрения появляются, что с ними делать? — разинув рот, спросил Леший.
— Завихрения в магических структурах обозначают наличие стресса. Либо психологического, или физического. При этом психологический стресс свойственен только живым организмам, а вот физический может быть у чего угодно. Артефактов, деревьев, земли, — со знанием дела вещала Венера. — Если вы обнаружили подобное завихрение и нанесли удар прямо в эту точку, то возникший дисбаланс энергий попросту уничтожит объект полностью или частично.
— Слыхал, Миха! — удивлённо выпалил Леший. — Знания Венеры Игнатовны поражают, — с уважением закончил он.
— Давайте без отчеств, мне, всё же, не пятьдесят лет, — улыбнулась Венера.
То, что рассказывала она, было правдой. Однако, довольно бесполезной для Лешего и Серого. Они получили предрасположенность к магии через доминанты, и перескочили уровень, про который рассказывает Венера. К тому же, чтобы ощутить данные искажения, им потребовалось бы Всевидящее Око, либо невероятно развитая чувствительность к мане.
Артём же сидел со скучающим видом и демонстративно зевал. Так он пытался насолить Венере, показывая, что не впечатлён. Но в то же самое время, Артём умел всё то, о чём она говорила, ведь предрасположенность к магии у него была с рождения, и я лишь усилил уже имеющиеся дарования.
Впереди показались руины посёлка Каменского. В небе над ними сияли яркие всполохи, отдалённо похожие на молнии, но это явно были не они. Мир то озарялся ярким свечением, то снова тонул во мраке, залитом ливнем.
— Урок окончен, выгружаемся, — сказал я, доставая из пространственного кармана комплект оливковой гвардейской формы рода Архаровых и пару берцев. — Мы подождём на улице, а ты переоденься.
— Зелёненький? Мило, — улыбнулась Венера, забирая форму из моих рук. — Если бы отец увидел меня в этой форме, его бы сердечный приступ хватил.
— Не переживай, я отправлю ему фотографию, — усмехнулся я.
— Миш, — окликнула меня Венера, когда я вылезал из броневика. — А правда, что волосы моего отца выпали из-за тебя?
Этот вопрос застал меня врасплох, из-за чего замешательство отразилось на моём лице.
— Выходит, мой папаша не сумасшедший, — задумчиво произнесла Венера и тут же махнула рукой. — Прошу покинуть помещение, девушка планирует оголение, для этого требуется уединение, а для созерцания — моё персональное разрешение.
Последние слова она произнесла с кокетством в голосе и стала развязывать корсет. Я задержал на ней взгляд всего на мгновение, а после, улыбаясь, вылез под дождь. Ледяные струи хлестали по лицу, заставив тут же накинуть на голову капюшон.
— Ты её реально похитил? — спросил Артём.
— Чисто технически, я её спас, но да, для всей Империи это будет именно что похищение, — кивнул я.
— Ох и романтик. Знаю, на Кавказе принято похищать невест, вот и ты себе одну своровал, — покачал головой Серый.
— Такую своруешь, — буркнул Тёмыч. — Она сама с лёгкостью украдёт не только твоё сердце, но и голову. — Он потёр шею, на которой всё ещё виднелся след от приставленного стилета.
— А чего щёки покраснели? Понравилась? — ехидно спросил Леший.
— Дурак, что ли? Она же поехавшая, — отмахнулся Тёмыч, которого, судя по всему, поймали с поличным, иначе бы он взгляд в сторону не отвёл.
— Всё, отвалите от него. Многовато шуток в единицу времени, — посерьёзнев, сказал я, приобняв Тёмыча за плечи.
— Иди знаешь куда, защитник хренов. Ты же и начал хохмить первым, — буркнул Артём.
— Кто старое помянет, тому глаз вон, — сказал я и стремительно нанёс удар, остановив указательный палец в миллиметре от зрачка Тёмыча.
Но Артём не сплоховал. Тут же набросил покров пламени, заставив всех отпрянуть на метр назад. Капли воды стали, шипя, испаряться, не долетая до тела Артёма.
— Прибереги ману, горячая голова, — хмыкнул Леший.
— Лёх… — сказал я, осуждающе посмотрев на Лешего.
— Извини. Что-то и правда многовато шуток в единицу времени, — поджав губы, сказал Леший и стал ковыряться ножом под ногтями, будто нашел там слиток золота.
— Куда пойдём? — спросил Серый, зыркая по сторонам. — Непривычно без острого нюха. Мир стал каким-то… Плоским, что ли?
— Зато Мишка тебе подарил цветное зрение. Радуйся, верзила, — улыбнулся Леший и толкнул Серого в плечо, но тот этого даже не почувствовал.
— Пройдём через посёлок Каменское, а после двинем в город Черняховск. Тут идти… — Я задумался и кивнул своим мыслям. — Километров восемнадцать, может двадцать.
— Издеваешься? Столько чесать по ливню? — выпучил глаза Артём.
— Да, братишка, придётся растрясти жирок. Сейчас, как вспышка появится, обрати внимание, что нас ждёт впереди, — ответил я, указав взглядом в сторону посёлка.
А посмотреть и правда было на что. Бесчисленное количество аномалий. Прямо по курсу расположилась так называемая «Воронка». Опасная гравитационная аномалия, притягивающая в свой центр всё материальное в радиусе двадцати метров.
С нашей позиции было видно, как капли ливня закручиваются по спирали, стягиваются в центр воронки, а после их сжимает с такой силой, что они фактически преобразуются в выброс энергии. Судя по всему, разрушаются молекулы на смесь атомов водорода и кислорода. Потом электроны вдавливаются в протоны, создавая сверхплотную смесь нейтронов.
В теории это могло бы привести к созданию чёрной дыры, но из-за того, что процесс идёт слишком быстро, от сжатия вещество разогревается и начинается термоядерная реакция. Да, в малых масштабах, но на всякий случай я бы держался подальше от подобной аномалии. А то можно ещё и радиации хапнуть. Откуда я всё это знаю? В прошлой жизни у меня было очень много свободного времени.
Забавно, что в этом мире «Воронке» приписывают лишь способность разорвать жертву на куски, оставив после бедолаги, попавшего в аномалию, еле-заметное кровавое облако. Повезло, что сейчас ливень. Днём я бы эту пакость мог и не заметить.
Немногим левее расположилась ещё одна аномалия. Называлась она «Тенёк». Странное название для зоны абсолютной тьмы. И не важно, чем ты туда будешь светить: фонариком или прожектором, в радиусе сотни метров будет непроглядная тьма. В подобных аномалиях любят прятаться твари, ориентирующиеся в пространстве по запаху или слуху.
Хотя со слухом тоже бывают проблемы. Порой аномалии сливаются, и тот же «Тенёк» может погасить не только свет, но и звук. И всё. Выживай, как хочешь. Нет, Серый, конечно, мог бы выжить в такой аномалии, до того как я отнял у него острый нюх, а сейчас наша группа попросту была бы обречена.
А километром правее красовалась «Кормилица». Хорошее название. Вряд ли аномалия с таким названием может быть чем-то плохим, верно? На самом же деле, в радиусе тридцати метров было пространство повышенной плотности маны. Причём пространство весьма агрессивное, которое вольётся в тело против твоей воли. А потом… Да ничего особенного. Ядро маны переполнится, и тебя разорвёт на части.
  
Спасибо Всевидящему Оку. Благодаря этой доминанте я вижу, как «Кормилица» сияет. Словно маленькое солнце с синеватым отливом.
— Мальчики, чего зависли? — спросила Венера, вылезая под дождь из броневика.
Форма на ней сидела идеально и, в отличие от нас, она даже не подумала накидывать капюшон. Вместо этого девушка создала над головой фиолетовую дымку, о которую бились капли и стекали, не попадая на Венеру. Занятный магический зонтик вышел. Я бы сказал, что перед боем это расточительно — тратить ману на такую ерунду, но у Венеры имелся целый океан маны. Любой абсолют позавидовал бы её запасам.