Новое Начало (СИ)
— Э? — переглянулись мужчины.
— Харли… — подал голос Джон, выходя вперёд. — «Что-то необычное» — это что именно? Что нам искать-то?
— Что-то необычное! — топнула ногой девушка. — Что ж вы не понятливые такие⁈ Посмотри вокруг! Пещера, камни, кристаллы… — обвела она рукой называемые предметы. — Вот всё, что выбивается из обычного пейзажа! Это и ищи!
— Л-ла-а-адно… — выдохнул Джон. — Как же трудно с психами… — прошептал он еле слышно, разворачиваясь и направляясь вдоль одной из стен, махнув своим спутникам идти налево.
Соратница Джокера только разочарованно покачала головой, выуживая из небольшого розового детского рюкзачка в форме зайчика потёртый ежедневник, на котором крупными красными буквами было криво выведено «Записная книжка Джокера. Если кто украдёт — сапог в жопу запихаю и кукарекать заставлю!». С мечтательной улыбкой Харли пролистала несколько страниц, раскрывая затем томик почти на середине и вчитываясь в на удивление аккуратный почерк. Вопреки общественной славе отбитого на голову психопата, которым Джокер, разумеется, являлся, он был весьма эрудированным преступником. Да, большая часть его навыков была направлена на довольно эпатажные и местами даже безумные выходки… но не все.
Харли не знала, откуда Джокер вообще узнал о самом наличии пещер под Готэмом, но факт был в другом — он искал именно это место. Существовали какие-то… легенды… культистские тексты… Ещё какая-то хренотень… Она помнила, как Джокер остервенело шуршал старыми чертежами шахтёрских штолен пригородов Готэм-сити, доставшихся городу ещё из XVIII века, когда там активно добывали уголь и небольшое количество серебра. И наконец он нашёл то, что искал! В крошечном обрывке какой-то древней рукописи это место называлось Ямой Барбатоса. Харли пыталась понять, над чем тогда восторженно смеялся её пуддинг, но… Что-то не вышло. А потом он и вовсе отмахнулся от её вопросов. Но она сумела! Она нашла эту пещеру! Ну… Харли искренне надеялась, что это именно то, что ей нужно… Ради самого Джокера и надеялась…
— Эй, Харли… — донёсся еле слышный голос одного из её спутников. — Тут какая-то яма… Или хрен знает, что это такое…
— Иду!
Карл… Или Стив? Ну, точно не Джон… В общем, один из её спутников, который её и окликнул, обнаружился почти в центре пещеры за кольцом каменных обломков. Приглядевшись, Харли озадаченно почесала в затылке — та самая «яма», про которую говорил Стив… или Карл? Яма больше выглядела, как кратер вулкана… Или след от падения метеорита… Если такое вообще было бы возможно на глубине пары километров в недрах скальной породы… Но главное…
— Это оно, да? — мотнул головой… всё-таки Карл подошедшей Харли, указывая на серебристую жидность, больше похожую на озеро расплавленого аллюминия, плескавшуюся почти вровень с краями углубления.
— Это… — Харли Квин наморщила лоб, принявшись снова листать заметки Джокера. — Вроде… Или нет… Хм…
— Так оно или не оно⁈
— Это… Оно… А-а-а-а! — захлопнув ежедневник, девушка вытащила из-за пояса армейских штанов огромный засунутый туда револьвер и, одним слитным движением взведя курор, навела его на Карла.
— Что ты де…
Прозвучавший выстрел гулким оглушительным эхом прошёлся по пещере, а тело с простреленной головой, медленно оседая на каменный пол, соскользнуло прямо в яму. Харли поморщилась, ковыряясь пальцем в ухе, стараясь избавиться от противного звона, и с подчёркным вниманием пристально уставилась на колеблющуюся серебристую поверхность.
— Что тут произошло⁈ — подбежал запыхавшийся Джон. — Кто стрелял⁈
— А? — улыбнулась Харви. — Кто-то стрелял? Я не слышала… Эхо, наверное… — девушка, продолжая мило улыбаться, пожалла плечами, размахивая тем самым револьвером, ствол которого ещё слегка дымился.
— Харли? — настороженно переспросил мужчина.
— Не мешай! Я провожу этот… эксперимент. Да!
— К-какой эксперимент? — выпучил глаза Джон, переводя взгляд с серебристого водоёма на девушку и обратно.
В следующее мгновение жидкость внизу набухла всё увеличивающимся пузырём, словно что-то или кто-то пыталось подняться из глубины. На поверхность всплыли несколько пузырей поменьше, лопнувших с гулким чавкающим звуком, а затем с громким сиплым вздохом, из серебристой жидкости вынырнул Карл, ошарашенно вращая глазами и хватая ртом воздух. Первое время его взгляд был совершенно пуст, словно тело действовало само по себе, но с каждой секундой самосознание явно возвращалось к нему, равно как и воспоминания о произошедших только что событиях.
— Т-ты! Сука-а! Харли, какого чёрта⁈ Ты убила меня!!! — разбрызгивая во все стороны серебристые капли, Карл выбирался на берег, явно собираясь донести до девушки всю степень своего возмущения.
— Как это убила? Карл, ты же живой? — невинно хлопая ресницами, Квин приложила ствол револьвера к губам, слыбаясь. — Ты молодц, Карл! Ты нашёл то, что мы искали! Это ди… дио… тьфу! — Харли пролистала несколько страниц ежедневника Джокера и, тщательно вчитываясь в написанные строчки, по слогам выговорила. — Ди-о-не-зи-ум!
— Дионезиум? — озадаченно нахмурились мужчины.
— Не забивайте свои головы, мальчики, — легонько щёлкнув пальцем по носу обоих, Квин набрала в грудь побольше воздуха и громко прокричала. — Сти-и-и-ив! Мы в центре пещеры! Тащи свой рюкзак сюда!
Глава 2
Р-реабилитация
Здоровье — не всё, но всё без здоровья — ничто.
(Сократ)
Пригороды Готэм-сити. Особняк Уэйнов. Всё ещё.
Реабилитация… Казалось бы, со всех сторон, как ни посмотри, вещь полезная и нужная, но Старк никогда бы даже не подумал, насколько она может быть тяжким и муторным трудом. Даже в прошлой жизни, когда он попал в плен к террориcтам «Десяти Колец», даже после проведённой в совершенно варварских условиях операции, подарившей ему «железное сердце», всё прошло как-то более… буднично. Хотя, возможно, вся разница была в том, что его новое тело, во-первых, пострадало куда более серьёзно, а во-вторых, оно сохраняло вынужденную неподвижность на протяжении целых шести месяцев, пока он находился в коме… В любом случае, сейчас Тони чувствовал себя до отвращения слабым и беспомощным…
И ещё больше его… бесило, что таким ему оставаться ещё долго — с момента его пробуждения пошла уже вторая неделя, а самым крупным достижением была только способность дойти до уборной без посторонней помощи. Да и то, чувствовал он себя в конце такого «вояжа» так, словно отмахал киркой в угольной шахте полную смену, а потом ещё и добытый уголь на своём горбу носил наружу. Н-да…
— Ух… Сколько мне ещё мучаться, Дж… Альфред? — отдуваясь, Старк осторожно опустился в кресло, чувствуя, как у него дрожат ноги и руки, а по спине стекает ручеёк пота.
— Доктор Гриффитс дал чёткие указания, мастер Уэйн, — подал ему полотенце дворецкий. — За время комы вы сильно ослабли… И в первое время вам показана лечебная физкультура…
— Да-да… Я помню… Просто… — Старк вздохнул. — Неприятно быть слабым… К тому же, я чувствую, что ещё немного и я просто сойду с ума от безделья…
— Потерпите немного, сэр, — понимающе кивнул Пенниуорт. — Я думаю, через несколько дней вы достаточно окрепнете, чтобы хотя бы пригласть нескольких ваших старых друзей к нам на ужин. К тому же, это помогает при… при потере памяти… Так говорят…
— Кстати… Альфред, — задумчиво произнёс Старк.
— Да, сэр?
— В той газете, что ты мне дал в первый же день, была экономическая колонка… Я ведь правильно понял, что «Уэйн Интерпрайзерс» принадлежит… мне?
— Да, мастер Уэйн, — вздохнул Альфред. — «Уэйн Интерпрайзерс» — корпорация, принадлежащая вашей семье. После смерти ваших родителей компанией некоторое время управлял совет директоров, но пару лет назад, вернувшись в Готэм, вы взяли дело в свои руки. Насколько я знаю, сейчас фактически компанией управляют двое — вы и Люциус Фокс, ваш бизнес-менеджер…
— Хм…
Старк задумался. Как бы ситуация, в которой он оказался, не стала калькой на историю из его родного мира. Если «Уэйн Интерпрайзерс» юридически и фактически принадлежит двум людям, исчезновение одного из них дарит очень лакомую возможность второму… партнёру. И этим вопросом придётся заниматься… Возможно, Брюс Уэйн и доверял Люциусу, но Старк его совершенно не знал, а собственный жизненный опыт с Обадайей Стейном давным-давно отучил Тони быть излишне доверчивым. Нет, никто не говорит, что вокруг одни сплошные предатели и враги, но… Как говорили в России, «иногда лучше перебдеть…».