Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет (СИ)

— А еще через месяц Ирину убили, — договорил глухо Тихон и положил на стол диктофон.
Сплин "Романс"
  
Глава 25
 
Валерий и Дмитрий одновременно подняли взгляды на Киборга, тот, прежде чем нажать на кнопку, предупредил:
— Девочки, прежде чем начнете психовать, дослушайте до конца!
Увидел согласие от обоих и нажал на кнопку. Из динамика раздался сиплый, с хрипотцой, голос Дениса:
  
— Значит, так, Валерик, Димас и Тихон! Знаю, что первым услышишь мои слова ты, Киборг. Кому ты её дашь послушать, тебе решать. Но знаю, что не сольешь в унитаз мои слова. Начну с того, что подтверждаю слова своего адвоката — Виталий мой сын. Мой родной сын. Знаю, что ты, Киборг, проверил его уже, но подтверждаю ещё раз — он мой!
Дубов, услышав эти слова, вскинул удивленно брови и посмотрел с сомнением на Киборга, тот тут же нажал на паузу.
— Гонит? — переспросил, кивнув на диктофон, не веря словам Дениса.
— Нет, к сожалению, — прилетело хмурое от Слободского.
— Еба-а-а-ать, индийское кино… — Димон расхохотался, не удержавшись, — а я-то всё гадал, как ты, Валерон, согласился Ильку за это чмо замуж выдать!
— Сам не понимаю, что она в нем нашла, — буркнул нехотя и вылил остатки алкоголя себе в рот. — Отговаривал, просил подождать, но толку-то! Ходила счастливая, твердила, мол, пап, смотри, как хорошо получается. В правлении, мол, все свои люди будут. Упертая, как стадо слонов!
— И в кого бы, да, Слободский? — Димон вновь расхохотался, Тихон хмыкнул, явно оценив подкол.
Валерий, услышав смех Димона, лишь зыркнул в его сторону, но промолчал. Поднялся с кресла, шагнул к столу, потянулся к ополовиненной уже бутылке виски. Налил себе, потом развернулся к Димону и Тихону, качнув в их сторону бутылку. Скомандовал, обращаясь к Тихону:
— Давай, включай дальше. Ржут они тут. Я потом на вас посмотрю, когда у вас дочери появятся!
Тихон еще раз усмехнулся, но нажал на воспроизведение.
— Знаю, что удивитесь, узнав о моем сыне. Мол, баб менял, семьи не хотел, а тут нате вам! Кушайте, не обляпайтесь. Я семью и сейчас не хочу. Его мать это сразу знала, но всё равно родила. С копейки на копейку перебивалась, но молчала, падла. Гордая она, видите ли! Ну, короче, я о сыне узнал, когда ему уже семь стукнуло. Случайно их в магазине встретил. С тех пор бабла им подкидывал. Дети не виноваты в том, что их матери дуры! — Диса надсадно закашлялся, а потом заржал:
— Вот, блядь, такой я тут стал сентиментальный. Сам от себя ссусь! Парни, от вас прошу только приглядывать за парнем да отстегивать им с матерью с моей доли в фирме. Пацан вроде не дурак, черепушка варит, глядишь, может, человеком вырастет.
Денис опять закашлялся. Кашель был тяжелый, надсадный, заставляющий задуматься о его происхождении. Отдышавшись, заговорил вновь:
— Киборг, теперь инфа для Димона. Я его не заказывал. Припугнуть только хотел. А в итоге вышло, что вышло. По всему выходит, что кто-то передал Серому о нашей с Димоном драке. Знал он, что мы с Молодым, — Дубов, услышав своё старое прозвище, хмыкнул, — в контрах. Подловил меня Серый, сука хитрожопая. Да хер ему, а не Диса! Это наши с Серым дела, Димон просто подвернулся как повод наебать меня. Киборг, я знаю, что он жив. Передай ему эти мои слова, может, хоть этот грех с меня спишут.
Диса на записи опять закашлялся, продолжил говорить уже севшим голосом:
— Валерон, сочувствую твоей утрате. Глядишь, если б мне попалась такая, как твоя Ирина, и я бы женился, — Валерий, услышав эти слова, скрипнул зубами, но промолчал. — Ладно, парни, не держите зла. Даст Бог, свидимся еще на этом свете!
Тихон щелкнул кнопкой, и в комнате наступила тишина.
— О Виталии нам адвокат Дисы рассказал. Пацану тогда пятнадцать было, — прокомментировал Тихон для Дмитрия.
— Не бросили, конечно. Помогали, чем могли. А потом он, окончив с грехом пополам универ, в фирму ко мне пришел. Взял его на выдуманную должность, а он, сука, потом устроил это всё! — Валерий с силой стукнул кулаком по подлокотнику кресла. — Димон, рассказывай всё! Ты хоть не устраивай тут сраное индийское кино! Где она сейчас? В какой больничке? Как она на тебя вышла?
— В частной клинике она. Выдохни уже! Завтра её увидишь. Тебе ж Киборг русским языком сказал, спит она сейчас. Всё у неё хорошо. Жива и почти здорова, только обижена очень на тебя да на своего долбоеба-мужа.
— Да блядь, Димон! На тебя она как вышла? Откуда она вообще о тебе узнала? — Слободский впился подозрительным взглядом в бывшего друга.
— Не знала она обо мне, Валер. Она вообще меня не узнала, если ты об этом. Ей тогда сколько было, когда она меня последний раз видела? Лет двенадцать-тринадцать?
— Двенадцать.
— Ну вот! Десять лет прошло, да и я на морду лица, как видишь, несколько изменился, — Дмитрий говорил спокойно. — А ко мне её Анжела отправила.
— Какая еще, к херам, Анжела?
— Анжела Александровна Ярушина, тридцать семь лет. Разведена, имеет свою ветклинику. Это тебе, думаю, уже и Киборг вон рассказал!
Тихон уверенно кивнул, и Дубов продолжил:
— Иллария случайно с Анжи пересеклись. Она у нас дама резкая, но справедливая. Сама когда-то от мужа-садиста пострадала. Но это вас двоих не касается. Анжела, услышав рассказ твоей дочери, решила взять её под свое крыло. Иллария у неё несколько дней в квартире прожила. Начбез твой вон подтвердит! — Тихон опять кивнул. — А потом Анжи её ко мне отправила.
— А с чего бы этой твоей Анжеле вот так вот прям сразу, едва познакомившись, моей дочери помогать, а? Она бабла поиметь захотела? — прищурился Валерий подозрительно. — Или она всех к себе тащит?
— А ты, Валер, по своей второй жене о всех бабах не суди. У Анжи всё нормально с баблом. Она и своим может поделиться, если надо. А тебе, если ты с первого раза не услышал, повторяю: сама она от мужа пострадала, потому и прониклась к твоей дочери. Анжи, если, конечно, тебе повезет, сама всё о себе расскажет. Но предупреждаю, Слободский, ты у нас человек глубоко женатый, скоро второй раз счастливым отцом станешь. Не в её ты вкусе. Женатые мужики для неё табу! Да даже если б и разведен ты был, всё равно не по зубам тебе Анжи, уж прости! Так что нет, вряд ли тебе там обломится хоть что-то.
— А тебе, значит, по зубам? — Слободский усмехнулся.
— Да, мне по зубам. Но у нас с ней ничего не было. Прикинь, Валерон, и так в жизни бывает! — Дмитрий хохотнул. — Ты мне лучше вот что скажи, как Виталю наказывать планировал? А то тебя дочь не простит. Кстати, девочка вам обоим отомстить хочет. Она уверена, что и ты её обманул.
— Я?? Обманул?? Когда??
— А когда делал вид, что Виталя тебе не нравится, а сам уже за её спиной с будущим мужем договорился.
— Я?? Договаривался?
— Киборг, скажи, давно Валерон стал плохо усваивать инфу? Ты его на Альцгеймера проверил бы, а? Вон у Аркадия в больничке рядом с Илькой и положи болезного.
— А! Так Илька у Аркаши! — Валерий обрадовался и подорвался из кресла, в котором сидел, но был остановлен резким окриком Димона:
— Куда?! Сидеть!
Слободский от неожиданности сначала замер, а потом медленно развернулся к Димону и сделал шаг в его сторону, сжимая кулаки. Дубов, увидев выражение его лица, поднял руки ладонями вверх и уже спокойнее продолжил:
— Валер, тебе же сказали — спит твоя дочь. Пожалей ты девочку. Ну, правда. Она и так дерьма хапнула! На собственной свадьбе поймать молодого мужа на другой бабе!
Валерий резко поник и как будто бы даже сдулся, кулаки разжались. Он потер шею и, не смотря на Димона, подошел к окну. Встал, глядя на город.
  
— Ты хоть бы дослушал, как она вам с ним мстить задумала, — усмехнулся Дубов.
— И как? — спросил глухо, на автомате.
— Тебя планирует обанкротить, чтоб Оксана от тебя ушла. А знаешь, зачем?
— Зачем? — спросил машинально.
— Цитирую: “Хочу, чтоб отец на моем месте оказался! Чтоб на себе прочувствовал, каково это, когда тебя близкие предают!” Она, Валер, когда Виталю на другой бабе застукала в номере для новобрачных, разговор его с той лярвой услышала. Так вот этот сын своего отца трепался, любовницу свою трахая, что, мол, это ты его уговорил на Ильке жениться и ребенка ей заделать. Чтоб, значит, она дома сидела и о фирме твоей не помышляла.