Спящее пламя Ферверна (СИ)

— Это я сейчас много чего не могу, Ятта Хеллирия Ландерстерг, — произнес он. — А ты — ты можешь все. И всегда могла.
* * *
Роа
— Драконы, ну зачем же так колошматить⁈ — Сонная сестра высунула мордочку за дверь. — Ну? Чего надо?
— Ятта у тебя?
— А похоже, что Ятта у меня⁈ — Риа потерла взъерошенную макушку. — Я спала!
Вместо ответа Роа толкнул дверь и вошел, и Риа с визгом отскочила за створку.
  
— Наблий хрен! Ты совсем очешуел, Роа⁈ Я голая!
Роа огляделся — просторная, светлая, с огромными панорамными окнами от пола до потолка комната пустовала (не считая его и Риа, разумеется). Ночной город растекался под ними размытыми дождем и ветром огнями, флайсы в такой атмосфере казались движущимися смазанными пятнами. Единственный элемент беспорядка — разворошенная постель, Риа любила устроить из кровати гнездо. И, похоже, не соврала: Ятты здесь не было. Непохоже, что она вообще сюда заглядывала, а значит…
— Она сказала, что вы собирались в смотровой бар.
— Куда мы собирались? — Лицо Риа стало зверским. — Роа, ее здесь нет! Выметайся!
Роа раздул ноздри.
— Вы с ней ходили в СПА! О чем вы вообще говорили?
Риа округлила глаза.
— Тебе пересказать наши девчачьи разговоры? Уверен? Братец, у тебя окончательно крыша слетела?
— То есть тебя не смущает, что Ятта, прикрываясь твоим именем, внаглую врет?
Риа моргнула.
— По-моему, ты драматизируешь…
— А по-моему, ты смягчаешь. Она сказала охране, что идет в бар с тобой, и с твоими вальцгардами.
— И что? Может, ей просто захотелось посидеть в баре одной, без всего этого вот…
Вместо ответа Роа прошел в ванную, а когда вернулся, протянул сестре халат. Сверкнув на него глазами, Риа закопошилась за створкой двери и вышла оттуда, сердито сопя и затягивая пояс на талии. Толкнула дверь, закрывая ее.
— Ну? Что?
— Набери ее, — Роа схватил с тумбочки смартфон и сунул ей в руку.
— Чего?
— Говорю, набери Ятту!
— Роа, это стрем!
— Стрем — это сбегать вот так! — зарычал Роа, и Риа шарахнулась в сторону от плеснувшего сквозь каждую пору его тела пламени. В воздухе запахло пеплом и костром, и Роа на мгновение прикрыл глаза, чтобы обуздать закипающую внутри стихию.
— Ты меня пугаешь… — начала было сестра, но он перебил:
— Ятта переспала с Гранхарсеном.
Недоверие в глазах Риа сменилось изумлением, а после сестра сдвинула брови.
— Ты головой ударился? Наша Ятта? Спала с Вэйдом? Тебе это приснилось?
— Она призналась сама. Они признались.
Риа моргнула. В ее глазах все еще горело недоверие, но теперь туда добавились непонимание и боль.
— Нет, — покачала она головой, — нет, не может быть…
— Все может быть, — сказал Роа и отошел к креслу, стоящему у панорамных окон.
Дизайн здесь был лаконичный и дорогой, в оттенках холодного серого, серебристо-сиреневого и глубокого синего — отличительная черта всей сети «Шеррамел-стар». В таких городах, как Зингсприд, огненных и жарких, они брали за основу холодные оттенки, в таких как Мэйстон, например, более теплые, смягчающие и «согревающие» интерьер. Мягкий, едва заметный блеск на стенах выдавал встроенные наночастицы «противодраконьего» стекла — материал, который способен выдержать и огонь, и удар.
— Почему ты мне сразу не сказал⁈ — донеслось из-за спины. Риа подошла и встала рядом с ним, глядя на размытый город.
— А тебе нужно было это дерьмо?
— Когда это случилось?
— Тогда, когда я накосячил с Нисой. Гранхарсен этим воспользовался, присел ей на уши, втерся в доверие… а я все это время считал его другом!
Риа положила ладонь на его каменное плечо.
— Мне так жаль, Роа. Но сейчас…
— Мы с Яттой все обсудили. Точнее, мне казалось, что мы все обсудили, договорились оставить Нису и Гранхарсена в прошлом, но теперь я уже не уверен, что она собиралась оставить его в прошлом на самом деле. Теперь ты все знаешь, — он повернулся к сестре и посмотрел ей в глаза. — Набери ее, Риа.
— Тебе нужно сделать это самому, — она покачала головой. — Если ты ее подозреваешь, не веришь, если тебе с этим тяжело — вам нужно поговорить…
— Зачем⁈ Чтобы она снова солгала⁈
— А зачем тебе такие отношения, если она тебе лжет? — Риа поморщилась, как от боли, будто это ей кто-то изменил. — Я считаю, что ты должен разобраться в этом сам, Роа. Без чьего-либо вмешательства.
— Поразительно, — он стряхнул ее руку. — Даже сейчас, когда я все тебе рассказал, ты на ее стороне!
— Я на твоей стороне! — разозлилась Риа. — Но такие вопросы решаются между теми, кто в этом замешан. Если ты ей не веришь, позвони ей, спроси, где она. А если она просто сидит в баре и пьет коктейль…
— Я там был. Первым делом пошел туда. Ее там нет. Впрочем… ладно.
Роа обошел сестру и направился к двери, на ходу набирая ответственного за безопасность — того, кого отец поставил главным на время этого путешествия в Зингсприд.
— Эльгард, — сказал он без предисловий, — мне нужно, чтобы вы отследили смартфон моей невесты. И прислали мне ее точное местоположение.
  
Глава 30
 
Ятта
Его слова ударили больно. Как будто я была виновата в том, что…
А впрочем, именно я была виновата в том, что сдалась после первого падения.
Что не отстояла свою карьеру на льду перед отцом.
Что позволила себе влюбиться не в того парня.
Все это я допустила сама, сама выбрала быть хорошей дочерью, послушной девочкой, не разочаровывать мать (я буду фигуристкой и выиграю мировые соревнования, как всегда хотела ты) и отца (а после пойду в дипломатию, как ты всегда хотел).
Все это обрушилось на меня с такой ураганной силой, что внутри перехватило дыхание, как от первого и последнего вздоха без защиты во время Ледяной волны.
— Не смотри на меня как на врага, Ятта, — попросил Вэйд. — Я никогда им не был.
— Ты никогда не был мне кем-то! — зло выплюнула я. — И никогда не будешь!
— Но ты пришла.
— Да, я пришла, чтобы поставить точку в том, что…
— Я для тебя никто?
Всю свою жизнь я контролировала эмоции.
Чувства.
Я контролировала свое поведение и даже свои мысли, но рядом с Вэйдом меня словно бросали в шейкер, в котором крутилась я и все мое невысказанное, непрожитое, невыплаканное. И невыкричанное. Или как называется то, что ты должна была выдать, когда тебя бросили через сообщение⁈
— Если бы ты не сидел здесь, я бы тебе врезала, — сказала я, сжимая кулаки.
Как он меня бесит! О-о-о, если бы только кто-нибудь знал, как он меня бесит! Как мне хочется надавать ему пощечин! Вместо этого я зарычала и от души врезала сжатым кулаком по стене. Никто мне не говорил, насколько это больно. Потому что боль плеснула сквозь словно обожженные фаланги в кисть и в предплечье, и я все-таки заорала. Правда, сдается мне, что даже не от этой боли, а от той, что жила во мне все это время свернутая раскаленной спиралью. Которую я поместила в особый вакуумный щит, не позволяющий ей испепелить меня изнутри, и вот сейчас этот пузырь лопнул.
Обжигающие брызги врезались в легкие, в сердце, в желудок, и я рухнула на колени, в собственные осколки льда. В то, что долгое время защищало меня как панцирь, но сейчас и оно треснуло, и осыпалось, и под ним оказалась совершенно незнакомая незащищенная я, слабая и уязвимая.
Больше всего на свете я ненавидела это чувство, это чувство беспомощности. Уязвимости.
Я никогда себе его не позволяла.
Даже когда было невыносимо больно… если когда-то было.
— Ятта!
Даже хриплый голос сверху не заставил меня остановиться. Из глаз хлынули слезы, и я сжала кулаки с такой силой, что ногти врезались в кожу.
  
Ногти с идеальным маникюром.
Все во мне было идеально… кроме меня самой, потому что меня самой никогда не было.
— Ятта! — зарычал Вэйд, а потом я услышала какой-то грохот и вынырнула из своего кошмара. Чтобы увидеть, что его коляска отлетела к стене, а сам он сидит рядом со мной. Но, раньше чем я успела хоть что-то сказать, сделать или даже подумать, я оказалась в его объятиях, и мой мир окончательно смело ураганом.