Антология литературы православных арабов. Т. 1. История
Затем в 1754 году прибыл в Дамаск из Молдавии патриарх Сильвестр. Ему навстречу вышли местные главы христиан, и целовали они ему руку, но каждый из них без страха придерживался своего вероучения, и никто из них не выступал против другого. И наступило тогда затишье, и прекратились волнения, и закончились убытки. Взываем к тебе, о Всевышний, с просьбой объединить всех христиан под одним вероучением и в лоне одной святой соборной апостольской Церкви!
В том же году варили священное миро в церкви святого Николая в присутствии 2 митрополитов, 17 священников, 9 диаконов и многих чтецов и монахов. Патриарх же Сильвестр оставался в городе Дамаске 12 лет, и воцарились при нем спокойствие и мир. И управлял он паствой своей в меру своего разумения. Был он человеком далеким от зла, обмана и сребролюбия, любил творить добро и был сострадателен к другим. Он бережно хранил отеческие традиции и был сведущ в законах, выполнял церковные обряды и предписания. И вся паства почитала его добродетельным мужем и праведником. Утром в понедельник 13 марта 1766 года вышеупомянутый патриарх Сильвестр отошел в лучший мир. Пребывал он на престоле патриаршем 41 год, 5 месяцев и 16 дней.
144. Патриарх Филимон I[935]
Преемником патриарха на престоле Антиохийском стал митрополит Халеба Филимон. Был он рукоположен в Константинополе в воскресенье 30 апреля 1766 года местным Синодом в присутствии трех патриархов: Самуила[936], патриарха Константинопольского; Парфения[937], патриарха Иерусалимского; Матфея[938], патриарха Александрийского. В месяце декабре прибыл патриарх Филимон в Дамаск. И был он человеком храбрым, но не обладал должной ученостью. Утром в Рождество Христово он вкушал мясо на трапезе, и ел он его открыто в присутствии митрополитов и монахов[939]. Издревле не было видано такого обычая, чтобы архиереи Церкви Восточной открыто вкушали мясо.
После этого он составил собор с семью митрополитами, находившимися тогда в Дамаске, и принял на нем 11 канонов, которые собрал в своде, скрепив его патриаршей печатью и подписью, а также подписями митрополитов. Вот эти каноны:
1) Архиереи избираются Синодом, а не одним лишь патриархом.
2) Если на архиерея подается жалоба, то да не будет он осужден без синодального расследования.
3) В случае отсутствия патриарха заместитель его утверждается только с ведома Синода, при этом патриарший наместник не может быть мирянином.
4) Вакили в каждой епархии должны повиноваться в делах церковных архиереям.
5) Запрещается любая симония[940].
6) Каждый архиерей должен распределять свое имущество в составленном им завещании, оставляя большую его часть в дар Антиохийскому престолу.
7) Архиерейские одеяния, постели и посуда должны оставаться в митрополии после смерти митрополита. Остальное же переходит во владение Антиохийского престола.
8) Любое церковное дело решается с ведома Синода, а не единоличным решением кого–либо.
9) После смерти патриарха новый патриарх может быть утвержден и одобрен только Синодом, то есть архиереями Антиохийского престола. В противном же случае он таковым не признается.
10) Антиохийский патриарх не имеет права отречься от престола по своему единоличному желанию. Это может произойти только с одобрения Синода.
11) Все доходы и расходы Антиохийского престола без всяких нарушений должны богобоязненно и на совесть записываться в специальной книге.
После того как эти законы были записаны и под ними поставлены подписи всех архиереев Антиохийского престола, их отправили в Константинополь, где их также подписал патриарх кир Самуил. И были они приняты Великою Церковью[941] как законы священных Соборов.
В марте патриарх Филимон выехал из Дамаска, чтобы обойти все антиохийские епархии и проверить состояние их дел. Когда же прибыл он в город Латакию[942], то окончились там его дни, и отошел он в мир иной. Похоронили его утром 5 июля. И пробыл он на патриаршем престоле один год, два месяца и пять дней.
145. Патриарх Даниил[943].
И стал его преемником на престоле Антиохийском патриарх Даниил, рукоположение коего состоялось в Константинополе 6 августа 1767 года. И произошло это с одобрения патриарха кир Самуила и Константинопольского Синода.
Михаил Брейк. История Дамаска (фрагмент) (пер. с араб. Петровой Ю. И. при участии Константинопольского И. Г., предисл. Панченко К. А., коммент. Петровой Ю. И.)
Наряду с описанием антиохийской церковной истории, Михаил Брейк составил политическую хронику Дамаска своего времени «История Дамаска» (Tarih as–Säm)[944], охватывающую период 1720–1781 гг. Центральное место в летописи занимает жизнь православной общины, включенная в более широкий общесирийский политический контекст. Автор пишет о войнах, мятежах, сменах властителей, урожаях, нашествиях саранчи, эпидемиях, ценах на хлеб и др. Подобная тенденция сочетания церковной и общественно–политической истории, ставшая характерной для арабо–христианских хронистов XVIII в., берет свое начало, видимо, с Михаила Брейка. Основное внимание автор уделял Дамаску; тем не менее в летописи фигурируют эпизоды из текущей истории Ливана, Палестины, Египта. Михаил Брейк ориентировался в положении соседних православных Церквей, смене османских султанов, некоторых событиях европейской жизни (Семилетняя война, Лиссабонское землетрясение 1755 г. и др.), что свидетельствует о расширении культурных контактов и кругозора арабов–христиан. В хронике приводятся также различные полуфольклорные предания, рассказы о чудесах и пророчествах, бытовавшие среди православных арабов. Позднейшим арабским историкам импонировал неоднократно встречавшийся у летописца этноним «сыны арабов» в применении к жителям Сирии, в чем исследователи видели проблески национального самосознания. В целом летопись Михаила Брейка представляет собой один из основных нарративных источников по истории арабских вилайетов Османской империи XVIII в. и стоит в ряду лучших достижений арабо–православной историографии.
«История Дамаска» была издана мелькитским католическим историком К. Башей в 1930 г.[945] по единственной известной тогда рукописи, хранившейся в Берлине (впоследствии в частном собрании была открыта еще одна копия этого труда). Публикацию текста К. Баша сопроводил обширной подборкой исторических документов католического происхождения, которые должны были «уравновесить» православный ракурс летописца. Книга была переиздана с дополнительными комментариями и указателем в Дамаске в 1982 г.[946]Для публикации в Антологии выбран перевод финального отрывка летописи (1767–1781).
Перевод[947]
1767 г.
6–го числа месяца августа 1767 года патриархом на Антиохийский престол был поставлен протосинкелл[948] Константинопольского патриарха отец[949] Даниил Хиосский[950]. Он сохранил имя Даниил при рукоположении, которое состоялось в Константинополе по избранию Константинопольского синода и без ведома митрополитов Антиохийской кафедры, хотя ранее в этом году на соборе с патриархом Филимоном[951] было решено, что Антиохийский патриарх должен назначаться только с ведома и согласия митрополитов после изучения собором их мнений, как было принято у нас до того.
10 августа наместника Джирджиса аль–Халяби сильно изранили трое солдат капыкулу[952]. Два месяца он лечился от ран и болел, а затем умер. Не нужны ни должность, ни деньги, ни главенство, когда конец — подобные муки земные, а что в загробной жизни — один Господь ведает. Однако же, как мне известно, все постигшее его произошло по Божьему попущению, ибо этот человек был жестокосердным по отношению к своим братьям, несправедливым и сребролюбцем. О смерти его злорадствовали и простолюдины, и знатные.