Если бы я знал (ЛП)

уже разделся и поднял на него взгляд. На него! Возбудившегося
от одного вида этих шмоток. А если ещё представить, что
можно сделать с галстуком и… Нет! ― Я сейчас поставлю
чайник. А ты… ― Он торопливо развернулся, сбегая в комнату
и распахивая дверцы шкафа. Не с первой попытки (мысли
продолжали отсутствовать), но искомое нашлось. ― А ты иди в
душ, и пока не согреешься, я тебя не жду.
  
Стараясь особо не палиться, Джой швырнул Нику
полотенце, которое успешно приземлилось на голову и на пару
секунд перекрыло картинку, а сам устремился на кухню.
Приводить мысли в порядок. Только бы Ники не перечил
лишний раз, а послушался и пошёл… греться, блин!
Вот как? Как вообще такое может быть? Вы не видитесь
целую вечность, упорно стараетесь друг о друге даже не
вспоминать, а потом ― БАЦ ― внезапная встреча, и через пять
минут всё меняется. Он у тебя дома, весь такой потрясающе
сексуальный, что аж скулы сводит ― и не только скулы! ― и
столь же невероятно, долбоэпично… уверенный в собственной
натуральности. В том, что мнение насчёт своей ориентации
Ники не поменял, Джой не сомневался. Но это не помешало ему
вспыхнуть практически за секунду и едва не выставить себя
грёбаным извращенцем.
Джой поморщился и занялся делом: вымыл чайник, налил
воды, поставил его кипятиться. Но мысли о том, как офигенно
можно было бы использовать галстук, чтобы Ники не сбежал, не
желали отступать. А если бы сценарий был ещё круче, то
галстуком оперировал бы сам Никита. Столь же властно, насколько выглядит в этом костюме.
― Фа-а-ак, Джой, что это у тебя за внезапные
мазохистские наклонности? ― простонал он, утыкаясь лбом в
холодное стекло кухонного окна.
В ванной шумела вода. Значит, Никита сейчас как раз
освобождался от костюма. Об этом тоже думать не стоило. Да
вообще не стоило думать о Ники и притаскивать его домой.
Хотя…
В который раз он осознал, насколько вляпался. Не просто
влюбился, а втрескался по самые бубенчики! Джой раньше не
задумывался об этом, но с первого дня знакомства с Ники у него
никого не было. Вообще. Ни девочки, ни мальчика. Не было
даже легкого возбуждения при виде настоящей человеческой
красоты, не было эстетического удовольствия, и желания
сегодня же оказаться с ним или ней наедине.
Зато вот, держите и не обляпайтесь! Стоило встретиться с
Ники, и либидо проснулось на все сто процентов. Восстало, твою мать.
«Всё, я пропал. Пошёл по стопам младшего братца», ―
мысленно проворчал Джой. Это мелкий у них в семье считался
однолюбом, а он…
Джой отыскал в гостиной пачку сигарет, открыл на кухне
окно и прикурил первую. Не за сегодня ― за подход. Почему-то
казалось, что единичная доза никотина его точно не спасёт. Он
выглянул на улицу, где продолжал падать снег, а затем
сфокусировался на своём отражении в стекле, пытаясь
припомнить, а был ли вообще за последние месяцы кто-то, кто
ему понравился, кроме Ники? И тут же, не задумываясь, ответил: не было. Можно спокойно ставить на себе крест.
Через несколько минут осознание улеглось в голове, а
возбуждение всё же утихло. Джой потянулся за следующей
сигаретой, попытался отыскать взглядом лавку, на которой
сидел Ники. Хмм… Отсюда видно не было, из гостиной вид
вообще на другую сторону открывался, как и из гостевой
комнаты, а из спальни…
Странно.
― Из окна ты бы меня не увидел, ― раздался голос за
спиной.
Мягкий, обволакивающий, с хрипотцой. Джой сильнее
закусил незажжённую сигарету, чтобы перетерпеть привычную
волну мурашек. Слегка повернул голову, ловя Ники взглядом.
Слава Богу, раздеться тот не додумался, впрочем, как и снова
облачиться в полный прикид. Теперь на нем были только брюки
и рубашка. Всё ещё офигенно, но хотя бы не вызывало эффекта
уходящей из-под ног земли.
― Серьёзно, это мертвая зона в вашем дворе, я не
собирался вот так к тебе заваливаться, ― невесело усмехнулся
Ник. ― Извини. Клянусь, я даже в домофон тебе не звонил.
― А что собирался? Сдохнуть от обморожения? ―
огрызнулся Джой.
Мысль о том, что на самом деле Никита явился не к нему, зверски бесила. Вот же упрямый! Явно же какое-то дерьмо
случилось дома!
― Подумать, ― пожал плечами Ник.
Господи, как он смотрел… Этот взгляд, немного грустный, но прожигающий до костей, будет ещё долго сниться Джою. И
преследоваться поцелуем. В кошмарах.
Нет, нельзя им с Ники оставаться наедине.
― Честно, подумать, ― по-своему оценив молчание Джоя, добавил Никита. ― И голову проветрить.
― А почему у меня во дворе?
― Не знаю. Тут привычно, наверное.
Привычно? Джой хмыкнул и сел за стол. То есть Ники не в
первый раз вот так сидит на дальней лавке, которую ни черта не
видно из окна? Оглушённый этой мыслью, он покрутил сигарету
в пальцах, вновь поймал губами и собирался уже прикурить, как
её осторожно забрал Ник.
― Не стоит. Третья за последние десять минут? ― тихо
поинтересовался он, присаживаясь напротив.
― Вторая, ― поджал губы Джой.
Впрочем, сигарету забирать не стал. Ладно, обойдётся. Не
ст о ит, так не стоит. Главное, чтобы ничего не вставало лишний
раз, как бы отвратительно эта игра слов ни звучала.
― Так что случилось, Ники? ― Джой пододвинул к себе
приготовленные стаканы и закинул в них пакетики. Заваривать
листовой чай не было сил. ― Зачем ты пришёл «привычно»
думать в моём дворе? А как же крыша?
― Там ветер и снег.
― Здесь тоже.
― Там скользко, а здесь… ― Ник набрал побольше
воздуха, словно собирался признаться в жуткой тайне, но лишь
тяжело выдохнул.
― А здесь?
На крыше скользко… Давно же он не пытался туда
подняться! Как Джой и подозревал, стоило Ники вручить ему
ключ, как сам он перестал считать это место «сокровенным». А
вот Джой по-прежнему наведывался туда каждую неделю.
Тянуло и всё! Так что сейчас на крыше было совсем не скользко, по крайней мере, на небольшой площадке, которую он успешно
расчищал после каждого снегопада.
― Ладно, ― вновь вздохнул Ники, продолжая крутить в
руках трофейную сигарету. ― Хорошо, признаюсь. Я ещё с лета
иногда сюда прихожу. Подумать. Сам не знаю почему. Такой
ответ устроит?
Он вскинул голову, уставившись на Джоя, а тот вдруг
заметил в его волосах влажные пряди. Мокрые кончики, которые не спасло полотенце, а может, Ники их даже не
заметил. Так естественно, но словно из другой жизни.
― А теперь признавайся, над чем думал на этот раз, ―
потребовал Джой. Попытался отвлечься от волос, перевёл взгляд
на пальцы Ники, на сигарету, и, предвосхищая споры, добавил:
― Либо признаёшься, либо идёшь дальше думать на улицу, если
уже согрелся. Опять сбежал от мачехи?
Пальцы Ника на мгновение замерли, сигарета дрогнула.
Ему давно стоило бы её положить, но нет, продолжал крутить, словно это, блин, успокаивало. А Джой искренне думал забрать
её обратно и всё же закурить.
― Можно сказать и так, ― после долгой паузы согласился
Ники.
― Поругались?
Снова пальцы дрогнули, пока Ник думал, смотрел на
плавающий в кипятке пакетик чая. Хмурился.
― Нет, почти не поругались. На этот раз я сам виноват, сорвался.
― И сбежал? ― понял Джой.
― Ушёл, ― отозвался Никита. ― На время.
Он, явно сам того не замечая, вновь крутанул в пальцах
сигарету, а потом… Джой будто в замедленной съёмке
наблюдал, как рука поднялась, как Ники поймал фильтр губами, обхватил нежно и осторожно. Джой знал, что он не курил, ―
всего лишь задумался. Но это движение, это осознание, что
  
сигарета только что была в ЕГО пальцах, только что касалась