Улей 2: Нерест (ЛП)

Лонг подбежал, хрустя льдом. - Генератор работает отлично, - сказал он. - Много топлива. Но у него автоподача, он может работать неделями, пока баки не иссякнут.
Только один из гипертатов освещался, и именно туда они и направились. Когда они обогнули угол, Реджа крикнул: - Капитан... сюда.
"Приехали", - подумал Койл.
Он последовал за Дейтоном за угол гипертата, и Реджа с Барнсом стояли там в своих оливково-серых полярных костюмах, направив оружие вверх. Остальные подтягивались к гипертату.
  
Тело.
Дверь в гипертат висела на одной петле, казалось, по ней ударили с невероятной силой.
А прямо внутри, распростертый на полу, лежал труп.
Мужчина в ECW, его тело было искривленно, а спина выгнута, как от ужасных судорог. Но хуже всего было лицо, которое было просто гротескным: рот открыт в крике, пустые глазницы заполнены кристаллизованной кровью, ткань, кровь и слизь выплеснулись из глазниц. Все это смерзлось в сосульки, которые росли от его лица до пола, как расплавленное сало.
- Дерьмо, - сказал Хорн.
Гвен отвернулась, но потом снова посмотрела. - Что с ним случилось? - спросила она. - Что могло сделать с ним такое... вышибить ему так глаза?
Но никто не рискнул высказать предположение.
- Это Уоррен, я думаю, - сказал Дейтон. - Один из контрактников. Должно быть, послал сигнал бедствия, а затем... затем...
- А затем что? - потребовала Гвен.
Койл смотрел на труп. Внутри гипертата работал обогреватель, но с широко открытой дверью тело покрылось льдом. Он был благодарен за это, благодарен, что отрицательные температуры Антарктиды всегда превращали мертвечину в ссохшиеся ледяные скульптуры. Он не хотел думать, как бы иначе пахло тело.
- Ты проверил другие гипертаты? - спросил Дейтон.
- Пусто. Во всех, - сообщил ему Барнс.
- Тогда мы спустимся вниз. Он посмотрел на своих людей, одного за другим. - Норрис. Я оставляю вас здесь.
- Одного, сэр?
- Да, одного, черт возьми. Если будут проблемы, то они будут внизу, а не здесь. У нас у всех есть гарнитуры, и мы постоянно на связи. Норрис... если мы не выходим на связь в течение тридцати минут, никто из нас, вы эвакуируетесь и направляетесь к вертолету. Понятно? Вы не пойдете за нами.
- Есть, сэр.
Он отстранился, нервно оглядываясь по сторонам. Парень был напуган, и Койл нисколько его не винил. Дейтон и его ребята были SEAL[76], любезно предоставленными ВМС, но вся подготовка и весь опыт в мире не могли подготовить вас к такому.
Койл был просто рад, что это был не он.
Он огляделся, увидев гипертаты и навесы, электростанцию ​​и снегоходы, поддоны с желтыми топливными бочками, сложенные в два ряда у стены. Так много мест, где можно спрятаться. Так много мест, где воображение может создавать то, чего там нет.
Дейтон повернулся к остальным. - Идем вниз, ребята?
- У нас есть выбор? - поинтересовался Хорн.
Они пошли вниз.
 32 
ИМПЕРАТОР ДВА
- НУ, КТО-ТО ЗДЕСЬ УЖЕ ПРОХОДИЛ, - сказал Дейтон. - И этот кто-то все еще может быть здесь.
Они смотрели на желтый электрический шнур, который входил в расщелину и был подключен к Полярной Гавани. И каково было его предназначение, никто даже не хотел гадать.
Дальняя стена ледника была испещрена множеством расщелин, многие из которых были оклеены предупредительными лентами, потому что, вероятно, вели к трещинам. Был даже огромный круглый туннель, который выглядел неприятно искусственным, как нора громадного червя. Но только в один ход уходил электрический шнур.
- Должно быть, там они и работали, - сказала Гвен, обращаясь к измученным холодом лицам вокруг нее. - Может быть, именно здесь они освобождали свой образец ото льда.
И это то, чего все боялись, потому что тот образец доктора Драйдена пропал. Никому не понравилась эта идея.
Внизу в пещере Дейтон разместил МакКерра у Полярной Гавани, а Барнса - на вершине ледяного подъема, который спускался и спускался, пока не выравнивался и не встречался с дальней стеной ледника, где были все расщелины. Именно туда Дейтон повел Койла и остальных, следуя за шнуром. Несмотря на гигантские размеры нижней пещеры, с протянутыми охранными огнями там негде было спрятаться. Ничего, кроме Гавани, сарая для инструментов и рухнувших остатков того, что выглядело как палатка. Ничего, кроме открытого льда, который поднимался и наклонялся, образуя насыпи и хребты, зубчатые впадины. И все это было проверено.
И пока они осматривали все, страх рос в каждом из них, как плод, готовящийся родиться, они нашли электрический шнур, который вел от Полярной Гавани вниз по склону в одну из расщелин.
В треугольном отверстии была замерзшая кровь.
- Ладно, - сказал Дейтон. - Реджа, займи позицию. Лонг, ты - прикрываешь. Остальные между ними.
И они двинулись в расщелину.
Голубые ледяные стены были прозрачны, как стекло, лучи фонарей отражались от них ослепительными дугами. Это было похоже на какой-то безумный зеркальный лабиринт из потрескавшегося льда, который начинался и останавливался, извивался и поворачивался, стены сужались и расширялись. Свет создавал ползающие тени, искаженные отражения и это постоянное аквамариновое свечение, которое делало лица зелеными, а пятна крови на стенах - черными, как чернила.
Все это было тесным, тревожным, вызывало клаустрофобию.
Койлу было легко представить, каково это - заблудиться и никогда больше не выбраться, и ничего, кроме этих ледяных стен, которые напирали все ближе и ближе. Но, судя по следам шипов на полу, они не заблудились.
- Здесь что-то есть, - сказал Реджа, его свет отражался от устья щели, которая вела от главного прохода. - Как комната.
Они последовали за ним туда, их дыхание вырывалось белыми облаками, которые заполняли лучи фонариков, как дым. Когда они осветили окрестности, то увидели куполообразную комнату, пол которой спускался к углублению в центре. Там внизу лежали переплетенные фигуры. Фигуры давно умерших людей.
- Посмотрите на это, - сказал Хорн. - Тела.
Их свет отразился от покрытых мехом конечностей и замороженных лиц, замерзших в том, что выглядело как агония или ужас. Койл насчитал шесть, но внизу могло быть больше. Так или иначе, они находились там десятилетиями, просто куча мумифицированных существ с усохшими, скелетообразными телами и лицами, с почерневшей кожей, которая раскололась во многих местах, обнажив блестящие кости.
- Посмотрите, как они одеты, - сказал Койл. - Меховые костюмы... сапоги финнеско[77]. Господи, они тут с 1930-х годов... как минимум.
Гвен продолжала смотреть на них. - Они, должно быть, умерли ужасной смертью.
- Пошли, - сказал Дейтон. - Мы здесь не как историки.
Он двинулся дальше, но Койл, Гвен и Хорн просто стояли там.
- У этого парня что-то на спине, - сказала Гвен.
И вот на что они все смотрели... странный мясистый комок на открытой спине одного из трупов, прямо между лопатками. Он был похож на паука или краба. Большого.
- Никки, - сказала Гвен. - Маме это не нравится.
И ему тоже. Потому что в тот момент он думал о многих вещах, и ни одна из них не было хорошей.
- Давайте, люди, - сказал Дейтон. - Мы должны идти.
- Но эта штука... - начала говорить Гвен.
- Нас не касается, - сказал ей Дейтон.
И Койл сразу понял, что Дейтон знает больше, чем говорит. Больше, чем он хотел признать, потому что его это не удивило. Как будто он ожидал чего-то подобного.
- Нас это вообще не касается, - повторил он.
  
Реджа и Дейтон повели их дальше в расщелину, следуя за извивающимся электрическим шнуром, и Койл начал чувствовать, как в нем нарастает напряжение. Потому что в глубине души он знал, что то, что они только что увидели, было довольно безобидным по сравнению с тем, что им предстояло увидеть. Угроза была густа внутри него, извиваясь и заполняя, пробегая по его артериям и оседая в костном мозге.