До встречи на Земле, сынок (СИ)

Они снова замолчали, каждый думая о своём, когда дверь с тихим шелестом отъехала в сторону. В проёме показалась мощная фигура, увенчанная копной дредлоков. Джош напрягся и подобрался, готовясь защищаться, хотя и был бессилен против этого великана, Калеб нашёл силы сесть. Яутжа молча прошёл в каюту (или что там это было?) и показал им рукой на выход. Джош поднялся на ноги и протянул Калебу руку — тот не смог бы встать самостоятельно. Кажется, яут был спокоен, и никому здесь не хотелось узнавать, насколько он страшен в гневе, так что недвусмысленный жест рукой (здоровенной когтистой лапищей) был истолкован верно, а приказ моментально исполнен. Покряхтывая, держась друг за друга, альфы вывалились из собственной тюрьмы и оказались в довольно узком коридоре. Настолько узком, что широкоплечий яутжа едва в него втискивался, и ему пришлось как следует припечатать обоих своих пленников к стене, чтобы пройти вперёд.
Было настолько темно, что рассматривать что-то было бесполезно, да и, видимо, особо нечего. Металлические стены, вот и всё. Так что Джош и Калеб топали молча, поддерживая друг друга по мере сил и стискивая зубы, чтобы не стонать от боли.
Яутжа привёл их в довольно большую и неплохо освещённую (наконец-то!) комнату. В ней тоже было пустовато и мрачно, но хотя бы было куда сесть, что Калеб и Джош не замедлили сделать. Даже металлические стулья показались им чем-то вроде перины, восхитительной и мягкой, после холодного пола в камере.
Яутжа пощёлкал клыками и уселся напротив своих пленников за блестящий металлический стол, сложив здоровенные руки перед собой, и уставился на них немигающим взглядом.
— Ты нас понимаешь? — осмелился спросить Джош, и яутжа кивнул дредастой башкой. — Серьёзно? И говорить умеешь?
Яутжа издал гортанный звук, пощёлкал жвалами, и браслет на его руке высветил красную голограмму: Только переводчик.
— Ты собираешься нас убить?
Нет. Нужда в помощи.
— Тебе нужна помощь от нас? — недоверчиво переспросил Калеб, переглядываясь с Джошем. — Чем же мы можем тебе помочь?
Разбираться в человеческом организме.
— Допустим, — кивнул Джош, хоть сам как раз разбирался не очень-то. — Но что-то я не вижу здесь людей, кроме нас двоих.
Человек должен породить новую сущность.
Джош нахмурился и задумался, соображая, что имел в виду яут, а когда до него дошло, почувствовал, как волосы на затылке становятся дыбом. Он знал, хоть и только в общих чертах, какие инопланетяне хуже, в тысячу раз хуже яутжей: отвратительные твари с длинными суставчатыми пальцами, что откладывают личинки в человеческие лёгкие, чтобы потом оттуда вылезла другая тварь, сломав рёбра изнутри. Чёрная рептилия с продолговатым черепом — достойный трофей для охоты.
— Нет, — дрожащим голосом ответил Калеб, который, очевидно, был осведомлён не хуже и тоже сразу догадался, о чём идёт речь. — Лично я лучше перегрызу себе вены, чем буду «порождать сущность». Обойдёшься.
Яутжа запрокинул голову и забулькал.
Не ты, человек. Омега, который здесь.
Джоша затошнило, озноб снова пробежался по его рукам и спине, ставя дыбом волосы на загривке. Эта инопланетная сволочь держит в плену омегу, чтобы он стал инкубатором для его долбаного трофея. И хорошо, если уже не стал.
— Чем мы можем помочь здесь? Насколько я знаю, рождение происходит само собой. Да и вообще я отказываюсь в этом участвовать, со своими потребностями разбирайся сам.
Яут ощерился, растопырил жвала и подобрался. Джош гордо вскинул голову, стараясь не показать, насколько сильно у него дрожат колени. Он только вообразил себе бедного омегу, который сидит здесь чёрт знает сколько и ждёт, когда к нему придёт верная, мучительная смерть.
Нужна помощь. Я владею вашей жизнью, я требую подчинения.
— Хуй там плавал! — Калеб оскалился не хуже яута, — я не участвую в убийствах.
Не убивать. Спасать.
— Спасать кого? Тебя? Омегу? Эту мерзкую мразь?
Яут взревел и, одним рывком поднявшись на ноги, сгрёб вспыльчивого молодого Калеба за грудки и приподнял от земли. Калеб зажмурился, когда ужасная морда оказалась прямо напротив его лица.
  
Не смей оскорблять моё дитя, червь. Ты спасёшь его жизнь, или я уничтожу тебя.
— Твоё дитя? — севшим голосом переспросил Джош. Он теперь даже не знал, что хуже, носить в себе эмбриона ксеноморфа, или ребёнка яута. По крайней мере, заражение эмбрионом занимает доли секунды, а развитие — сутки, причём носитель теряет сознание и ничего не чувствует. Зато процесс зачатия, наверняка, был осознан бедным мальчиком от начала и до конца. Джоша трясло от одной мысли о том, что пережил омега, когда его насиловал этот выродок. — Твоё дитя? Омега носит твоего ребёнка?
Да. Ты должен помочь ему появиться на свет.
— Я ничего тебе не должен, — с достоинством отрезал Джош. — Во-первых, ты не знаешь, что за существо родится от тебя и человека. Во-вторых, скорее всего погибнет и ребёнок, и омега, так что помощь тут бесполезна. Я не особо разбираюсь в законодательстве, но логично, что иметь детей от другой расы запрещено. Тебе что, ваших баб не хватило?
Яут швырнул Калеба в сторону, и тот грохнулся об пол с глухим звуком, и теперь над полом повис Джош, с ужасом рассматривая лицо яута с расстояния десяти сантиметров.
Не смей оскорблять матриархов. Я убью вас, если вы не поможете моему сыну появиться.
Калеб тихо мычал на полу, пытаясь собраться в кучу, а Джош задумался. У них был корабль, и их было двое. Бедный мальчишка, видимо, на большом сроке, не мог ждать помощи ни от кого, и теперь у него появился шанс. Яутжа, конечно, силён как бык, но завалить его вдвоём, может быть, удастся, учитывая, что и сами они не дохляки. И тогда они возьмут беднягу с собой и отправятся домой, на Землю. Подальше от артанцев, яутжей, ксеноморфов и Министерства межгалактического правопорядка. А с этим ужасным ребёнком они ещё придумают, что делать. Если он вообще родится живой.
Джош решил сыграть наудачу.
— А что нам будет, если мы примем роды, и твой сын останется жив?
Я помогу вам отправиться домой. Вы земные, я знаю таких как вы. Я помогу вам или сделаю, что попросите.
— Отвезёшь нас домой вместе с омегой?
Омега оставаться здесь.
Джош не спешил спорить и уговаривать. В конце концов, ему нужно было согласиться не настолько быстро, чтобы гад почувствовал подвох.
— Ну а если мы не справимся? — подал голос поднявшийся из-под стола Калеб.
Уничтожение.
— Допустим, мы согласны. Всё равно, очевидно, нам ничего не остаётся, — сказал Джош, интонацией давая понять Калебу, что соглашается не просто так, надеясь, что в интонациях яут не разбирается. — Какой срок беременности?
Восемь лун.
— Это скоро. Нам придётся ждать естественного начала родов, но потом придётся, вероятно, делать кесарево сечение. — Яут вопросительно булькнул. — Оперировать. Извлечь ребёнка хирургическим путём, — терпеливо пояснил Калеб.
Яутжа согласно кивнул.
— Но осмотреть его необходимо сейчас, — наврал Джош. Если по правде, он совсем не разбирался в беременных омегах, просто ему надо было как можно скорее увидеть его и определить, насколько всё плохо и сколько у них времени есть на то, чтобы втереться в доверие к яуту, а потом прирезать его ночью. — Чтобы заранее знать, готовиться ли к операции, или к родам естественным путём.
Он покоится.
— Кто? — тупо переспросил Калеб.
Омега покоится, нельзя будить.
— В криосне, что ли? — вытаращился Джош, не веря своим ушам. — Так давай, вытаскивай его. В конце концов, раз мы согласились, мы должны заранее знать, к чему готовиться. От этого зависит наша жизнь.
Придётся ждать.
— Да уж подождём, — заверил Калеб, с кряхтением присаживаясь обратно на стул. — Давай, веди его сюда.
Яутжа поднялся и вышел, гулко клацая когтями по полу.
— Пиздец, — констатировал Джош, поворачиваясь к чуть живому Калебу. Он, вообще-то, редко позволял себе подобные выражения, но ситуация была, мягко скажем, достойная пары крепких словечек. — Что будем делать?