Пять масок тьмы
– Хорошо, что у меня есть немного времени, чтобы подготовиться, – озабоченно произнесла Инесса.
Женя уже хотела попрощаться с тетей, но в этот момент сквозь толпу журналистов протолкались двое крепких бритоголовых мужчин бандитского вида, за которыми шагал Аркадий Писклаков. Его лысина блестела от пота, на одутловатом лице застыла ядовитая усмешка. Женя сразу поняла, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Инесса презрительно прищурилась, наблюдая за его приближением. Маргоша с глупым видом хлопала глазами за ее спиной.
– Инесса, – протянул старик, не обращая внимания на стоявшую рядом Женю. – Честно сказать, я очень удивлен. Неприятно удивлен!
– Чем же? – спокойно осведомилась Инесса.
– Ты решила заменить отца в предвыборной гонке! Но сможешь ли ты проглотить этот кусок? – Писклаков так и сочился желчью. – Это ведь совсем не женское дело!
– Тебя во мне что-то не устраивает?
– Скорее, смешит! – Писклаков вытащил из нагрудного кармана огромный платок и промокнул лысину. – На твоем месте я снял бы с выборов свою кандидатуру, пока не поздно. К чему понапрасну раздражать людей? Этому городу только бабы в кресле мэра не хватало!
На лице Инессы не дрогнул ни один мускул. Но Женя едва сдерживалась от возмущения.
– Боишься проиграть на выборах? – спокойно осведомилась ее тетя.
– Кому проиграть? Тебе?! – вытаращил глаза Писклаков. – Да ты издеваешься!
– Тогда с чего такие опасения?
– Просто хочу тебя предупредить. Не уберешься – наживешь себе массу опасных и влиятельных врагов. В Санкт-Эринбурге не любят выскочек. Этим городом всегда правили мужчины. Заявив свою кандидатуру, ты выставила себя посмешищем, и тебе никогда этого не забудут!
– Вы ей угрожаете?! – не сдержалась Женя.
Только тогда старик взглянул и на нее.
– О, – вкрадчиво заметил Аркадий Писклаков. – Кто это? Любимая племянница? Советую тебе отговорить свою тетушку от этой дурацкой затеи, дорогуша. Может, хоть тебя она послушает. Выборы – дело очень хлопотное, нервное, а иногда и опасное. Мало ли что может случиться… Семья – это главное, что у нас есть. Будет весьма обидно, если из-за выборов пострадает кто-нибудь из близких. Кто-нибудь еще…
Толстяк тихо усмехнулся и заковылял к трибуне, где заканчивал свое выступление перед избирателями кандидат Вакулин.
– Козел, – тихо бросила Инесса ему вдогонку.
– Он что, и правда угрожает тебе? – изумленно проговорила Женя.
– Думаю, на выборах это обычное дело. Отцу тоже поступали анонимные угрозы. Но ты не волнуйся. Старый хрыч зря сотрясает воздух. Все равно я его не боюсь. Маргоша, за мной!
Инесса нервно передернула плечами, затем обняла Женю на прощание и направилась к своей машине, припаркованной у входа в сквер. Помощница торопливо засеменила следом, а Женя двинулась к парадной лестнице Исторического музея, размышляя о том, какой же все-таки гад этот Писклаков. Так рвется к власти… Может, он каким-то образом причастен к смерти деда? Избавившись от оппонента, он начал угрожать Инессе, а заодно и Жене. Кто бы мог подумать, что выборы на пост мэра – такое опасное мероприятие.
Глава 11. Девичьи сказки
Оказывается, дедушке угрожали. А потом, видимо, кто-то исполнил свою угрозу.
Обуреваемая самыми мрачными мыслями, Женя вошла в здание музея и остановилась перед пропускным пунктом в большом прохладном вестибюле. На вопрос хмурого охранника, дежурившего у турникета, ответила, что ей нужен Гордей Борисович Лестратов.
– У вас назначена встреча? – спросил охранник, подозрительно ее разглядывая.
– Нет, – покачала головой Женя. – Но меня прислали из школы. Думаю, учительница уже договорилась, чтобы он меня принял.
Еще раз смерив ее взглядом, охранник снял трубку телефона и набрал внутренний номер.
– Гордей Борисович? – осведомился он. – К вам тут посетительница просится. Имя?
– Евгения Тихомирова, – подсказала Женя.
– А по какому вопросу? – спохватился охранник.
Женя похолодела. Сказать правду она не могла, ее бы тогда и на порог не пустили.
– По поводу организации большой школьной экскурсии, – выпалила девушка первое, что пришло на ум.
– Но Гордей Борисович у нас такими вопросами не занимается. Могу перенаправить вас к администраторам музея.
– Мне нужен именно Гордей Борисович, – торопливо сказала Женя. – У нас намечается немного непривычный формат…
Ее слова передали Лестратову, и внезапно Жене повезло. Несколько минут спустя охранник неохотно выписал ей временный пропуск и назвал номер кабинета Гордея Борисовича. Женя, немного робея, поднялась по широкой каменной лестнице и вскоре уже стояла перед кабинетом. Собравшись с духом, она робко постучала.
– Войдите, – послышался ответ.
Женя толкнула дверь кабинета и, переступив порог, оказалась в небольшом, но довольно уютном помещении с одним широким окном. Вдоль стен стояли многочисленные шкафы с застекленными дверцами, висели книжные полки, забитые справочниками и энциклопедиями. С потолка свисала небольшая старинная люстра из желтого металла с тремя хрустальными плафонами. У окна темнел старинный письменный стол, за которым в кресле сидел человек.
Это был он, Женя его сразу узнала. Теперь, при свете дня, она разглядела его как следует. Выглядел Гордей Лестратов лет на двадцать с небольшим. У него было приятное мужественное лицо без единой морщинки, светлые брови и белоснежные волосы, а пронзительные зеленые глаза, казалось, светились изнутри. Таких глаз ей еще не приходилось видеть раньше.
Увидев ее, Гордей озадаченно нахмурился.
– Это ты пришла насчет школьной экскурсии? – спросил он.
Женя смущенно кашлянула.
– Если честно, мне пришлось солгать, чтобы меня сюда пропустили, – сообщила она. Сердце в груди стучало так, что она опасалась, как бы Гордей этого не услышал.
– Вот как? – усмехнулся Лестратов. – Почему-то я не удивлен. Обычно насчет экскурсий приходят договариваться учителя или завучи, но только не ученики. Что греха таить, как правило, им это вообще не интересно. Так что тебе нужно?
– Вы меня не помните? – робко спросила Женя, продолжая осматриваться.
– А должен?
– В прошлую пятницу. Ночью в переулке, когда погиб мой дедушка… Вы спасли меня.
На гладком лице Лестратова не отразилось никаких эмоций.
– Думаю, ты меня с кем-то путаешь, – спокойно сказал он.
– Не может этого быть, – запротестовала Женя. – Я очень хорошо тебя… вас запомнила!
– Но я понятия не имею, о чем ты. – Гордей откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
На одной из стен Женя вдруг увидела развешенное средневековое оружие. Потемневший от времени щит, несколько длинных тусклых мечей и коротких кинжалов, какой-то старинный герб с изображением огнедышащего дракона. Она знала, что многие любят украшать интерьер подобными вещами, приобретая различные копии и муляжи. Но это оружие выглядело настоящим. Особенно длинный блестящий меч, висевший в центре всей композиции. Кажется, именно с ним она и видела Гордея той ночью.
– Почему вы мне лжете?! – воскликнула Женя. – Вы же были там. Я своими глазами вас видела. Перевернутый лимузин, ночь, крики… И несколько десятков каких-то жутких тварей, которые убили бы и меня, если бы не вмешались вы и ваша пантера.
– О, так я был с пантерой? – серьезно спросил Гордей.
– Именно!
– Послушай, у меня сегодня очень много важных дел. – Гордей тяжело вздохнул и подался вперед. – И мне некогда слушать девичьи сказки. Если речь не идет о школьной экскурсии, думаю, тебе лучше уйти. Прости.
– Но я помню вас!
– Я не знаю, что тебе на это ответить. – Лестратов поднялся с кресла и вышел из-за стола. – Не представляю, что ты пережила… Но ты сама сказала, что дело было ночью. Видимо, зрение тебя подвело. Ни о каких убийствах в переулке я даже не слышал…
