Джей (СИ)

Осторожный агент болезненно поморщился и отошел еще дальше. А Джей…
– Если я «расслаблюсь», то буду исключен, – очень сухо сказал мальчик – Если я «отдохну», «подвыпью» или «пойду гулять с девочками», то буду исключен. Если бы хоть кто-то из тех, кого ты зовешь психами, решился бы сделать что-то подобное, то был бы исключен, – почти прорычал Джей – Этого ты хочешь? Освободить место в списке под себя?! – крикнул мальчик.
  
Пальцы снайпера сжали винтовку настолько крепко, что лакированное дерево захрустело под его пальцами.
– Ой, да вы все помешанные карьеристы. Даже не знаю, почему я пытался, – сплюнул разговорчивый агент – Все, о чем вы говорите, это «исключение», «дисциплина» и «миссия». Психи, все вы, – фыркнул мужчина.
Джея ощутимо затрясло, и он начал медленно вставать с палубы. Ему уже было плевать на встревоженных моряков или заинтересованную Джокесту Верен. В его голове бились эти снисходительные слова… ладно, иногда другие кадеты начинали вести себя немного странно. Теперь Джей знал, что это был способ справляться со стрессом и постоянным страхом исключения. И да у многих были странные привычки - помешанность на цветах или боязнь кроликов или непроизвольное напевание. Никто не упоминал об этом вслух… это было вежливо. Если Джей не говорит о привычке Зет надевать слишком много одежды, то Зет не упоминает о том, что Джей называет свое оружие по имени и не может заснуть без пистолета. Даже в самые жуткие дни конкуренции, когда неверное слово инструктору решало твою судьбу никто не упоминал о «странностях». Потому что все знали, что «странности», это путь к исключению. А еще «странности» были одной из немногих вещей, что помогали успокоиться и взять себя в руки. На момент выпуска у всех кадетов они были… просто оставшиеся научились очень хорошо их скрывать. И теперь этот недисциплинированный ублюдок смеется над теми кадетами, что смогли выжить? 
Никто не смеется над странностями. Это было одним из немногих правил, что придумали сами кадеты. 
И поэтому сейчас Джей изобьет его в кашу. И если моряки все-таки решат напасть, изобьет и их тоже.
– Полагаю возникло недопонимание, – быстро сказал осторожный агент, косясь на настороженных моряков – Гэйб конечно идиот, но он не это имел ввиду! – искренне заверил мужчина.
В отличие от остальных, он сохранил мускулистую фигуру. Джей смутно вспомнил, что не видел его в бассейне или в гостиной, где развлекались другие агенты. Впрочем, ему было плевать.
– Он сказал, что мы психи и поэтому должны быть исключены! – закричал Джей.
Осторожный агент снова поморщился.
– Да… я знаю, что это прозвучало погано. Но Гэйб не в курсе ваших… нюансов. Агенты СР9 тренируются не так, как все остальные. Нас не растят… не так как вас понимаете, агент Джей? – почти умоляюще сказал осторожный.
Снайпер непонимающе моргнул. После чего медленно опустил винтовку.
– Что ты имеешь ввиду? – тихо спросил Джей.
– Да, что ты имеешь ввиду, Теренс? – обеспокоенно спросил говорливый.
Осторожный очень тяжело вздохнул, после чего тяжело сел на палубу.
– Гэйб… помнишь ты смеялся, что имя парня идеально соответствует его татуировке? - устало спросил мужчина – Ну… это потому что его имя, это порядковый номер. Номер, что ему набили на руку, когда парень сдал последний тест. До этого момента они с татуировкой не заморачиваются, потому что ребенок может быть… исключен. И поверь, Гэйб. Исключен не значит отпущен на все четыре… если сказать совсем просто, то ты посоветовал пацану сдохнуть, так как он начал не справляться с нагрузкой. А еще посмеялся над тем, что у выживших поехала крыша, – тяжело закончил Теренс.
На палубу опустилось тяжелое молчание. Джей недоуменно посмотрел на побледневших агентов. Почему они так реагируют? У них никого не исключали?
– Вот же срань, – наконец сказал Гэйб.
Осторожный только пожал плечами. Джей же окинул потрясенных мужчин еще одним взглядом и начал кое-что подозревать.
– Вы… не знали? – робко спросил парень – Но как это возможно? Вы же тоже агенты. 
Осторожный грустно на него посмотрел.
– То, что с вами делают парень… это не норма. Более того это незаконно и бесчеловечно, – пояснил Теренс – Мы не похожи на вас. Нас не тренировали с детства, не заставляли проходить тесты и не вносили в списки на выбывание. Агенты СР ниже девяти, это простые люди, что когда-то пошли в Дозор. Там мы добились определенных успехов и нам предложили пойти в агенты СР. Это вроде как нехилое повышение… хотя лодка в один конец. Люди, работающие на правительство, не увольняются. Мы слишком много знаем… а Гэйб идиот, – раздраженно заметил Теренс.
Мужчина нервно дернулся и возмущенно посмотрел на своего… друга?
– В смысле? Когда меня брали, то ничего не говорили об этом… дерьме, – поморщился Гэйб – И в договоре был пункт об увольнении! - возмутился говорливый.
– А ты думаешь, что они прямо в лицо тебе скажут, что убивают решивших уволиться и выращивают на базах маленьких убийц? – иронично заметил Теренс – Это незаконно, знаешь ли.
– А ты-то откуда об этом знаешь, говнюк? – смутился Гэйб.
– Я специалист по сбору информации, идиот, – деликатно напомнил осторожный – И это одна из причин, по которым я здесь. Слышал выражение «он слишком много знал»?
Джей молча стоял и прижимал к своей груди винтовку. Его мысли застыли и перестали двигаться. А потом он повернулся и медленно пошел к Джокесте Верен, сидевшей на палубе.
– Да какие суки будут отдавать ребенка в подобное место? – донеслось из-за спины Джея.
– Я очень сомневаюсь, что у этих ребят есть живые родители, Гэйб. Мировое Правительство содержит много приютов, – печально ответил Теренс.
Шаги мальчика ускорились, и он почти побежал к спокойной Джокесте. Та понимающе на него смотрела, будто слышала весь прозвучавший разговор… впрочем, Джей бы не удивился. Наконец он остановился около женщины и тихо сел у ее ног. А потом обнял винтовку и съежился в маленький комок. Его еле ощутимо трясло.
Верен молчала и расслаблено смотрела в безоблачное синее небо.
– Они… они говорят правду? – наконец прошептал мальчик.
– Да, – спокойно ответила Джокеста.
– Но они тоже агенты… почему… почему они другие? – спросил дрожащий Джей – Они говорили как гражданские. О работе и о родителях. Они же агенты. У агентов нет таких вещей, – жалобно сказал мальчик. 
Несколько долгих секунд Джокеста молчала. После чего сказала:
– Как ты думаешь мальчик…чем ты отличаешься от них? – спросила женщина.
Джей вздрогнул и нерешительно поднял глаза.
– Я… я другой, – просто сказал парень.
– Почему? – просила женщина.
Джей поежился и сжал винтовку крепче.
– Я не знаю, – наконец ответил он.
Потому что теперь он не знал. Джей всегда жил в очень четком мире. В этом мире жили гражданские и жили агенты. У гражданских были такие вещи как семья, работа и развлечения, и это было нормально. Это были гражданские вещи. А на другой стороне был Джей, инструктора и другие кадеты. И их жизнь тоже была нормальной. Агенты не были гражданскими… они жили в иной реальности.
Но этот Гэйб… он сказал что-то о родителях, – подумал ядовитый голос внутри Джея – он думал, что у меня есть родители.
У этих агентов были семьи. И они работали… они считали службу в СР работой. Такой же, как у гражданских. И поэтому Джей окончательно запутался.
– Ты прав, мальчик… ты другой, – наконец сказала Джокеста – Между тобой и этими людьми есть одно очень важное различие. И если ты поймешь в чем оно заключается, то получишь шанс исполнить свою самую важную миссию, – тихо сказала Верен – И тебе лучше начать думать прямо сейчас… у тебя осталось не так уж много времени, – усмехнулась она.
Мальчик посмотрел в ее хищные глаза и сосредоточенно нахмурился. Он… все еще не ответил на вопрос. Джей прочитал самые полезные части библиотеки Тенрьюбито, понял многие вещи из разговоров с Джокестой Верен, но все еще не знал, что именно у него забрали. Но теперь он знал, что что-то было. Нечто, что отличало снайпера от сидящих вдали агентов.