Неудачник - книга вторая

 – Мне трудно её брать, – ответила Хельга. – Я не принадлежу к семейству Альтгард и являюсь женой мага императора, поэтому могу появиться на любом приёме. А у неё наш род, как клеймо. Ещё к генеральше или к двум-трём другим оригиналам могу повести, а у остальных ей делать нечего. А там я не хочу появляться без тебя.
 – Закончу с этим заданием, и сходим к графине Хайке Тибур, – пообещал Клод. – Она знает всех женихов в столице, может, найдёт кого-нибудь для Софи.
  
 После обеда он сходил к конюшне. Когда подходил к двери, та распахнулась и выпустила перепуганного конюха, вслед за которым, нагнув голову, выскочил Пауль. Конюх оказался быстрее и успел добежать до ближайшего дерева и взобраться до нижних веток, на одну из которых и уселся.
 – Господин барон! – закричал он сверху. – Уймите вы своего зверя!
 – А что случилось? – спросил юноша. – Ни за что не поверю в то, что он на вас рассердился просто так. Стукнули?
 – Один раз, – признался конюх. – Но он заслужил! Это надо же быть такой паскудной животиной, чтобы опорожниться на мою одёжу!
 – Да, это неприятно, – согласился Клод. – И из-за чего он такое сделал?
 – Это вы у него сами спросите! – закричал мужик. – От меня ему не было обиды!
 – Что за баталия? – спросил Клод коня.
 Пауль сердито на него посмотрел и ушёл обратно в конюшню. В деннике состоялся разговор с использованием магии и соломы. Выяснилось, что сегодня конь не получил своих яблок, потому что их сожрал конюх.
 – Тебе не стыдно? – упрекнул его Клод. – Сказал бы мне, я завалил бы тебя этими яблоками! Сейчас он возьмёт расчёт, и до завтрашнего утра за вами некому будет ухаживать! Сиди теперь в деннике и не смей из него выходить!
 Покинув конюшню, он подошёл к уже спустившемуся с дерева мужику.
 – Куда делись те яблоки, которые ты должен был ему скормить? – строго спросил юноша. – Только не ври.
 – Виноват, господин барон, – со страхом поглядывая на конюшню, ответил конюх. – По весне яблоки больно дороги, вот я и решил отнести их ребятишкам. Что ему эти несколько яблок, а им радость. Я верну вам эти деньги, а в конюшню, хоть убейте, не пойду!
 – А что так? – спросил Клод. – Думаешь, что здесь какая-то магия и мне об этих яблоках сказал конь? Ну и дурень. Просто я знаю его любовь к яблокам и понял, что не может быть другой причины для обиды. Иди в конюшню и не смей его бить, иначе пожалеешь. Конь заперт в деннике и оттуда не выйдет. Завтра скажешь, чтобы купили ещё яблок. А это возьми от меня. Купишь на него детям, что больше любят.
 – Но это же золотой! – обалдел мужик.
 – И постирай одежду, а то запах от неё... Постарайся не обижать коня, и тебе от него не будет обиды.
 – Что ты какой-то задумчивый? – спросила Хельга, когда муж вернулся в комнаты.
 – Ты хорошо знаешь наших слуг? – спросил он.
 – По именам знаю всех, – ответила она. – А почему ты спросил?
 – У нас была деревня в двадцать дворов. Это немногим больше сотни душ.
 – Да, я помню, ты рассказывал.
 – Понимаешь, мой отец знал их всех. И не по именам, а всё, что считал необходимым. Кто как живёт, у кого какие заботы и неурядицы. И они это знали и в случае необходимости шли к нему за помощью. Отказывал он редко, хотя доходы у нас были не баронские. Когда мы пришли сюда, дела взяла на себя Мануэла, а когда всё передали нам...
 – Хочешь сказать, что мы наняли слуг, распределили обязанности и больше не имеем к ним касательства? – спросила Хельга. – Наверное, ты прав. Тебе вечно некогда, а я к такому не привыкла. У нас дома для общения со слугами был управляющий, а потом у меня вообще не было своих слуг. А что случилось?
 Клод рассказал о визите в конюшню.
 – Конюх прав, – отсмеявшись, сказала жена. – Сейчас яблоки дороги и ему не по карману. И с его точки зрения, будет куда больше пользы отдать их своим детям, чем скормить господскому коню.
 – Мы с тобой стали одними из самых богатых людей столицы, а в этом доме ничего не изменилось. Мне уже делали намёки на то, что неплохо бы купить что-нибудь более подходящее по должности и богатству, но я не хочу отсюда уходить.
 – Хочешь заняться особняком? Давай это сделаю я. Всё равно ничем не занимаюсь, а так хоть какое-то дело.
 – Умница, – похвалил он. – И вот ещё что... Надо найти эконома и увеличить оплату слугам. Им не за что нас любить, но хоть будут держаться за свои места.
 – Клод, – сказала Хельга, обняв мужа, – плохо, что у нас с тобой нет друзей. Колин не в счёт, потому что влюблён и ему не до нас, а Сента взялась вить своё гнездо. Хорошо, если она появится у нас раз в месяц. Ты весь в делах, а я теперь буду вынуждена делить жизнь с книгами и психующей сестрой.
 – И чего ты хочешь? – спросил он.
 – Герцог Клаус предлагал тебе не только свою дружбу, но и дружбу своих товарищей. Почему с ними хотя бы не познакомиться? Наверняка у кого-то из них есть жёны... Может, и Мануэла начнёт у нас появляться. А то все, кроме Робера, разбежались, и когда тебя нет дома, мне порой бывает страшно. Огромный пустой дом, и я в нём одна!
 – Вернусь, и поедем к Клаусу, – пообещал Клод. – Только твоя затея не решит всех проблем. Нужно подумать, кого бы к нам подселить. Взять, что ли, кого-нибудь из дворян к себе на службу?
 – Подожди, – остановила мужа Хельга. – Слышишь детский голос?
 Они вышли в коридор и услышали, что Робер о чём-то говорит с Кириллом. Свернув к их комнатам, увидели обоих.
 – Неужели опять выгнали? – спросил Клод. – За что на этот раз? Фингалов не видно.
 – У нас каникулы, – ответил мальчик. – В начале весны учеников отпускают на три дня. Можно я в эти дни кого-нибудь приглашу?
 – Конечно, можно, – разрешила Хельга. – Не ту девочку, за которую ты вступился?
 – Она из тех детей, кто лишился родителей, – сказал Кирилл. – Если бы за них кто-то не заплатил, вообще не доехали бы до школы. А сейчас в школе не будет никого, кроме них. На всех у меня не хватит денег, но для неё я приготовлю подарок.
 – Какой подарок? – спросил Клод. – О чём ты говоришь?
 – Ну как какой? На пятый день весны...
 – Точно! – вспомнила Хельга. – А я уже успела забыть. Ты не знаешь, но в империи есть такая традиция. Отец дарил нам в эти дни подарки, правда, я их получала только до тринадцати лет.
 – Кажется, тебе было скучно? – спросил муж. – Не хочешь устроить праздник этим детям? Пока нет своих, позаботимся хотя бы о чужих.
 – Это ведь ты тогда за них заплатил, – сказала она. – Не беспокойся, я сделаю всё, что нужно.
 – А зачем эта борода? – полюбопытствовал Кирилл. – Здесь же их никто не носит. И почему вы такой чёрный?
 – А вот об этом помалкивай, – предупредил Клод. – Слугам велели молчать и подкрепили запрет магией, а тебе, я думаю, будет достаточно слов.
 – Что я маленький? – ответил мальчик. – Надо – значит, надо!
 – Скоро уйдёшь? – спросила Хельга, когда они вернулись в свои комнаты.
 – Наверное, через два дня. Всё уже готово, остались мелочи. Сейчас ими и займусь.
 Он взял нужные книги и лёг на диван. Жена тоже взяла очередную романтическую историю и легла рядом. С час читали, потом Хельга отложила книгу и начала к нему ластиться.
 – Не могу я такое спокойно читать, когда ты рядом! Пойдём в спальню, а потом продолжишь читать свои закорючки.
 В спальне сильно задержались, и до ужина уже не было учёбы. А за ужином их поразила Софи.
 – Я выхожу замуж! – сказала она Клоду.
 – За кого? – растерялся он.
 – За шевалье Хазе, – ответила девушка. – Он не возражает!
 – Я не поняла, – сказала Хельга. – Он не возражает или согласен? В обед у тебя никого не было, а сейчас заявляешь о свадьбе...
  
 – А что тут такого? – удивилась Софи. – Мне Робер давно нравился, и у него никого нет. Я лежала и плакала, а он услышал и постучал. Сначала он меня пожалел, а потом как-то само случилось.
 «Слава богу! – мысленно сказал Клод жене. – Одной головной болью меньше».