Бастион (СИ)

Третье наше преимущество было тем, что в отличии от американцев, которые бы сдохли от усталости через пять минут подобных «танцев с клинками и нечистью», мы были экипированы в боевые костюмы. Да, лишь у меня была более мощная модель, но даже костюмы рядовых бойцов оснащались своими собственными, миниатюрными, в сравнении с теми, что были в силовой броне, экзоскелетами. Мы были как матрёшки, но это нам помогало. Так и создавалась эта технология. Получалось нечто-то вроде двойного рычага и для управления манипуляторами — толстыми и тяжёлыми стальными руками силовой брони требовалось в разы меньше усилий. Собственно, не просто так мои бойцы в их довольно скромных по размеру боевых костюмах идеально помещались внутри силовой брони. Это я, с кряхтением влез, а вот они были словно влитые в этом оружие массового уничтожения зомби. В общем и целом, с учётом профессиональной подготовки моих ребят — я ожидаю, что они часов десять вот так при необходимости протанцуют. А потом, если зомби не закончатся — настанет время стимулятора, что я им выдал для битвы.
Стимулятор был из личных запасов, трепетно выкупаемым и искомым в Терминалах, с приставкой «ПВ». То бишь — последующим восстановлением. Любой другой тип боевой химии был возможен только в случае крайней степени задницы для всех нас. Против людей и зомби использовать их можно, но лучше обойтись. Без знающих командиров и понимании важности каждой секунды в спасении жизни такого бойца, получившего дозу химии — всё гарантированно закончится похоронами. Вот где её использовали постоянно в моих снах — так это в сражениях на военных базах при штурме инопланетной падали. Там всё равно шансов не много. Враг разумен, в отличии от зомби, зачастую многочисленнее и технически совершеннее. Любое их оружие и техника может с лёгкостью сравниться с самыми продвинутыми покупками из терминала. У нас изначально лишь одно преимущество — оборона.
А вот с зомби прямо сейчас мы имеем в разы больше преимуществ. И одно из них — моя Афина, которая даже несмотря на накрывшую с головой моих бойцов волну зомби продолжает им помогать и говорить, куда двигаться. В этом море не то, чтобы это имело значение, ведь куда не пойди — везде зомби. Просто между бойцами надо удерживать расстояние. Каждый держит свой сектор обороны. Мы стали волнорезом, который уничтожает врагов даже быстрее пулемёта, ведь каждый наш удар — фатален для врага, в отличии от пули, которой надо ещё попасть в уязвимое место вроде позвоночника или мозга.
Слева от меня Афина оценила число навалившихся зомбарей как слишком большое и дало команду к применению форсажа. Я это увидел на дисплее, так как меня самого застилала гора зомби, раскидываемая размашистыми движениями. Я был бы не я, если бы показывал результаты хуже, чем у моих подчинённых. Длинное и прочное оружие в моих руках выполняло ту же функцию, что и коса в руках крестьянина сотню лет назад. Я также делал небольшой шаг вперёд и скашивал тварей, не замечая особого сопротивления. Хорошо подготовленное, тяжёлое оружие в этом очень даже помогало. А даже если бы его не было — просто размахивая стальными руками получалось бы делать тоже самое, пусть и на меньшей площади.
Вспышка света от промчавшегося пятьдесят метров вперёд на форсаже бойца, скинувшего с себя всех до единого зомби и приземлившегося в место посвободнее заставила меня ускориться. Важно оставаться на одной линии. Иначе те, кто впереди — рискуют оказаться погребёнными заживо. Это не станет смертельной проблемой — но снизит эффективность бойца, ведь ему будет тяжелее и труднее шевелить конечностями, нагрузки возрастут и он быстрее устанет.
— Прибавить шагу! — скомандовал я и стал нагонять соседа, круша черепа своих врагов стальной поступью.
Что мне нравилось в моих бойцах, так это их подход к битве. Они уже всем Круизерам доказали, что являются первоклассными солдатами, истребителями зомби. На их счету тысячи и каждый из них прошёл со мной огонь и воду, многие даже с самого начала, участвуя ещё в первых зачистках на лайнере. Но это не превратило их мозги в воспалённый от чувства собственной важности орган и мои команды они исполняли чётко, следуя указаниям и стараясь не задавать лишних вопросов. Это и отличало мою гвардию от бойцов адмирала, которые тоже, подзарядив костюмы пришли на стены города, помочь в этой битве. Но ни у одного из них не было подходящего в этой ситуации оружия. У каждого огнестрел. У каждого высокая боевая мощь против бронированных противников, укреплений, разумных людей… Но против зомби их силовая броня менее эффективна, чем старенький БМП, который может их просто ездить и давить. Так и стоят они наверху, стреляя и ожидая, пока остынет оружие, закреплённое на манипуляторах. И сейчас все, и солдаты, и городские жители видят разницу в эффективности. Я бы не смог прийти к такой ситуации, если бы мои ребята не верили в меня, своего командира. В мои навыки, знания, опыт и предвидение. Они знали о наличии ИИ, верили в то, что я был едва ли не рождён ради спасения людей в этой бойне, пройдя через «божественные сны», подготовившие меня к этой миссии и были готовы слепо броситься в бой по моему приказу, не сомневаясь в моих моральных качествах. Я не кину их в бой, чтобы отсидеться за спинами и убежать из опасной битвы, что пошла не по плану.
  
Позади вновь начало светить пламя пожара, пробившееся через завал трупов. Значит, оставшиеся на стене выполнили мою рекомендацию и подлили бензина, чтобы очистить прилегающую к стене площадь от трупов. Смрад пожара не так ужасен, как вонь гниющего зомби, что дышит тебе прямо в лицо, брызжа слюной от голода.
Снова кто-то один использовал форсаж, разогнавший тяжелую стальную оболочку до приличной скорости. Будто бронепоезд он протаранил зомби на своём пути, превращая их в калек, что только и делают, как кричат и просят поскорее их добить укреплённой металлической пяткой ботинка.
— ВЫРАВНИВАЕМСЯ! — прокричал я, срезая, словно косарь, очередных жертв этой внеземной агрессии. — МИЛЛИОНЫ ПРИШЛИ К НАМ ЗА ПОМОЩЬЮ! МИЛЛИОНЫ ЖДУТ, ЧТО МЫ ОСВОБОДИМ ИХ ДУШИ ОТ ОКОВ ФАЛЬШИВОГО БЕССМЕРТИЯ! ВПЕРЁД!
Мы шагали вперёд, создавая единую линию зомбирезов, привлекая к себе внимание тысяч и тысяч тварей…
— СЛИШКОМ ДАЛЕКО ОТ СТЕНЫ! — прокричал я, давая команду своим бойцам. — КОСИМ С ОТШАГОМ НАЗАД. ФОРСАЖ ТОЖЕ В СТОРОНУ СТЕНЫ ДЕЛАЕМ ЕСЛИ ПОНАДОБИТСЯ!
Мы двинулись спиной вперёд, продолжая делать свою работу. И лишь тяжёлое дыхание сильных и волевых людей в общем канале связи, что не жалуются, а делают то, что должно, раздавались в голосовом канале. Изредка были слышны выстрелы, пришедшиеся в зомби рядом с нами, или даже шальная пуля прилетала по нашим доспехам. Но силовую броню этого типа сможет пробить только что-то более мощное и сильное. Намного более разрушительное. А прихлопнуть нас всех разом — у американцев просто нет никакой возможности. Да и не суицидники они… Понимают, что в таком случае никто не будет держать авангард и позволять спокойно отстреливаться. И доползшая до середины стены толпа мертвецов уже дала понять, что из себя представляет это зомби-цунами. Для них, как и для города — это смерть. Поэтому я не беспокоился о возможном предательстве, несмотря на очень сильную обиду и горящую кровь внутри вражеских офицеров и командиров. Мы все здесь на одно стороне — на стороне живых. Поэтому мы молча продолжали делать своё дело.
Здесь есть лишь жизнь и смерть. Много жизней позади. И много смерти перед нами. Не о чем здесь говорить. Надо работать. Много работать… Сейчас, в лучах заходящего солнца Афина прислала нам очередной отчёт, собрав и проанализировав данные. Других они повергли бы в ужас, но нас лишь раззадорили и заставили крепче сжать манипулятор.
Мы уничтожили больше половины армии живых мертвецов. Самую живучую и быструю. Остальные не такие шустрые, многие получили травмы и раны и ковыляют сюда огромной толпой побитых и покалеченных тварей. И пусть их ещё огромное количество — если мы будем продолжать в том же темпе, то к рассвету эта битва закончится.