Развод в 45. Получи свою… Вишенку! (СИ)
Ну, годное объяснение, откуда его пронзительный взгляд, фактура, повадки — обстрелянный мальчик. И работа по баллистике — прямо натуральная ветвь аэрогазодинамики, да.
С какой занятной начинкой товарищ, однако.
Миша придвинул мне наполненный вновь бокал игристого и опять прижал мою раскрытую ладонь к щеке:
— Я подумал, что роман с более чем приличной дамой успокоит деда и уймет прочую родню, вернёт мне доступ к семейным активам и остальные бонусы. Они от меня отцепятся, и я спокойно смогу заниматься, чем хочу и жить без постоянного надзора. Но потом ты меня послала… Это, кстати, красиво было и жёстко. Ну, я стал копать, искать, изучать и понял, какая ты шикарная. Отвал башки просто…
В этот момент нам принесли ведерко со льдом и бутылку шампанского:
— С искренним восхищением от соседнего столика.
Этого еще мне не хватало.
Мрачно поглядев в ту сторону, куда указывал официант, встретилась с тремя парами любопытных глаз и одной довольной: Генрих салютовал мне коньячницей.
Ну, обалдеть.
— Так, я сыта по горло этим цирком. Да и мосты меня никогда особо не интересовали. Желаю домой, причём немедленно.
— Танечка…
— Нет. Достаточно с меня этого шоу. Все было занятно, но и хватит. Ты — молодец, родня довольна, я за вас рада. Прошу на будущее меня из твоих хитрых схем исключить.
Пошла в дамскую комнату, по пути вызывая такси.
Вот только на выходе из ресторана меня решительным жестом обняли и сухо сообщили:
— Я отвезу тебя. Надеюсь, за выходные ты отдохнешь и поймешь, насколько тебе выгодна вся эта ситуация. Мы не бедствуем. Помолвка может длиться лет пять. Все это время ты вольна в тратах и обязана лишь раз в месяц появляться в Москве на семейных торжествах.
Это что-то из позапрошлого века, нет? Ну, мне-то оно в какое место? У них там с головой проблемы? Не видно, что «молодая» давно не молода?
— Вы, Танечка, со всех ракурсов хороши! Умна, воспитана, карьера и перспективы в науке, опять же, на высоте. Дочь вырастили достойную. А у Михеля сын есть. Вам главное — только держать их в ежовых рукавицах обоих, — широко улыбался с террасы Генрих.
Нет, пора валить из этого дурдома.
А в тот момент, когда мы садились в машину, из соседней выбрался Тарасов.
Да, только тебя здесь не хватало. Не культурная столица, а большая деревня, елки-метелки.
Глава 38
В центрифуге
'И начинает понемногу
Моя Татьяна понимать
Теперь яснее — слава богу —
Того, по ком она вздыхать
Осуждена судьбою властной:
Чудак печальный и опасный,
Созданье ада иль небес,
Сей ангел, сей надменный бес,
Что ж он? Ужели подражанье,
Ничтожный призрак, иль еще
Москвич в Гарольдовом плаще,
Чужих причуд истолкованье,
Слов модных полный лексикон?..
Уж не пародия ли он?'
А. С. Пушкин «Евгений Онегин»
— Танюша, дорогая, — встрепенулся бывший муж и ринулся прямо ко мне.
И отправила бы я его далеко и интеллигентно, как всегда, но, увы, я же не одна.
— С возрастом Альцгеймер, Паркинсон и деменция вместе накинулись, да? Ты чего лезешь и лезешь? Сколько раз она должна тебя послать, чтобы ты отвалил? — Миша шагнул наперерез Алексею Петровичу и уперся раскрытыми ладонями тому в грудь, останавливая движение.
А с террасы спустился Генрих. Поближе к месту событий.
Капец.
Оглянулась.
Естественно, все здесь: мужики, во главе с Медведем уже у перил — жаждут крови и зрелищ, ибо хлеба наелись, видимо.
Театр абсурда, а не жизнь.
— Танечка, как ты в это влипла-то? Приличная же была девочка… — хмыкнула себе под нос, одним глазом косясь в приложение такси. И молясь.
Жила ведь спокойно, вон, в санаториях отдыхала, йогой занималась, так и надо было продолжать. Ан нет, эмоций захотелось, опыта нового.
А, пожалуйста.
Какое позорище.
— Вон пошел, умник, — процедил Тарасов, отбрасывая Мишины руки и надвигаясь на него мрачной тучей.
Ростом Михаил оппонента превосходил, а вот весом наоборот.
Но дожидаться разборок на повышенных тонах и в нецензурных выражениях, тем паче — драки, я не желала, поэтому, отмахнувшись от Генриха и прочих любопытствующих, бодро потопала к остановившемуся напротив авто с номером, указанным в приложении такси.
— Добрый вечер. Поехали, — выдохнула, свалившись на заднее сидение, потому что ноги гудели и просили пощады.
— Результат не интересует? — хмыкнул водитель, кивая в сторону парадного входа в ресторан, где дело все же дошло до рукоприкладства.
Тарасов схватил Михаила за грудки и что-то орал ему в лицо. В тот момент, когда машина тронулась с места, Бун как раз от души зарядил кулаком сопернику в ухо.
— Ну их к демонам, — скривилась, глядя, как Генрих на пару с Медведем разнимают и натурально растаскивают яростно, со всей силы и дури лупящих друг друга мужчин.
Вернее, любовников.
Моих.
Теперь уж однозначно — бывших.
Как-то я к такому экстриму не была готова, да.
Слишком много всего и сразу навалилось, в голове чуть гудело, мысли теснились и толкались, но ничего внятного я сформулировать для себя не могла.
Поэтому по дороге домой, написала Иришке: «Ваше приглашение на выходные еще в силе?».
Через двадцать восемь минут, мы как раз подъезжали к моей парадной, Климова ответила лаконично: «Привези бутылку коньяка и три — игристого».
— Вот и ладненько, вот и хорошо, — пробурчала, выбираясь из такси и топая переодеваться и за вещами.
Таксист поржал, махнул рукой:
— Удачи!
А я вздохнула и подумала: вот прокачусь в Зеленогорск, выключу там телефон, поболтаю с подружкой, отдохну, посижу на берегу залива, подышу, проветрюсь. Может, мозги на место встанут?
— Ты ж моя красота, — восхищенно протянула Ирочка, пока ее муж извлекал из багажника такси две коробки игристого. — Чего стряслось? Ты до воскресенья или завтра возвращаешься?
— Устала, так что пока не выгоните, — просто покачала головой, махнула рукой в сторону привезенных бутылок и пошла по тропинке к дому следом за хозяйкой.
Климовы дружно поржали:
— Ясно, до осени.
В итоге выходные прошли у меня в режиме энергосбережения: спала, ела, сидела у воды. Телефон и ноутбук не включала, о работе не думала, планов не строила. Проветривалась.
А проснувшись в воскресенье после обеда, поняла: мне нормально. Отпустило.
Вспомнила, как Иришка зимой по поводу моего рухнувшего брака и столичного загула высказалась:
— Прими, как опыт.
Да, год этот у меня прямо удался. Такая опытная стала, куда бы деться?
Ну, да ладно.
Причитать бессмысленно, «Боржоми» пить поздно.
Что не убивает, делает нас сильнее. Что ни делается, все к лучшему. Поживем — увидим, доживем — узнаем, выживем — учтем… и так далее.
Раз у самой мудрости не хватает, займу у народа, так сказать.
Признаем: история с Мишей была яркая, феерическая и неожиданная. Да, с подтекстом, да некрасиво завершилась, но…
В целом от меня убыло несильно: ничего предосудительного я не натворила, опыт необычный получила, ну и слегка обожглась.
Да, и вновь убедилась: всему свое время. Как бы ни льстило мне внимание молодого парня, как бы с ним ни было классно и здорово, но не в моем возрасте такие физические нагрузки на регулярной основе, да.
Себя пора поберечь. Я у себя одна.
Было приятно, но неожиданная интрижка абсолютно точно завершилась. Платье не верну, будет мне компенсация морального ущерба от их гнусных планов.
И вот такая довольная, с благодарностью обняв на прощание Климову и оставив ей все алкозапасы, поехала я домой.
У порога обнаружила букет белых лилий и корзину бордовых роз. Отнесла цветы консьержке, Розе Эммануиловне — пусть порадуется, милейшая она у нас дама.