Безымянный клан (СИ)

Дак первым делом достал из нагрудного кармана пугач и отчитался:
— Отпугиватель зарядится через пятнадцать минут. Его включать?
— На кой ляд? — возмутился Сергеич, присаживаясь на корточки рядом. От него по-прежнему несло как из выгребной ямы, и я невольно отодвинулся. — За всю ночь никто не напал. Зомбаков всех страховидло морское собрало вокруг себя.
— Да, оно их как магнитом притягивает, — подтвердил Вечный, поднимаясь и разминая затекшую шею. Хрустнули суставы. — Но спасибо ему, конечно, без этого вряд ли выжили бы. Сожрали бы нас одиночные зомбаки, массой задавили.
  
Вика встала, потянулась и поморщилась: спать на бетоне то еще удовольствие.
— Короче, давайте уже скорее пойдем в долбаный ваш сектор, а то задолбало!
Я посмотрел на часы. Было семь утра. За стенами коллектора царила тишина: ни шарканья, ни стонов, ни скрежета когтей по бетону.
— Приходим в себя, проверяем оружие, и в путь. В полдевятого–девять должны быть там.
Рамиз, беспрестанно зевая, раздал всем по два тюбика питательной белковой пасты. Я выдавил немного Крошу — тот набросился на еду так, будто голодал неделю.
— Как я соскучилась по кофе, — мечтательно проговорила Вика, высасывая пасту из тюбика. Задумалась и выдала: — Скоро все запасы кофе закончатся, и как жить? Тут его не выращивают. Это аж в Африку лететь надо? А у нас самолета нет… Ден! Вот ты умеешь мастерить всякое. Может, ты и вертолетик сможешь починить? Ну, тот, который мы видели на голубом острове. Которому лопасти погнуло.
— Может, и смогу, — ответил я, выдавливая пасту из тюбика в рот. — Но не раньше чем через шесть дней. Если Сергеич не назвездел, скоро у нас будет телепорт. Пять составных частей есть, одну дадут за выполненный квест, и еще одну можно купить в магазине чистильщика, как только она появится. По деньгам должно быть подъемно.
Правда, придется устанавливать маяк: без него перенос невозможен. И вот для этого понадобится вертолет. Будем скакать по островам, открывать порталы. Вдруг таких маяков можно заполучить два и более?
Проверив клановый чат и отписавшись, что на виллах все спокойно — по легенде, сочиненной для Тори, мы пошли мародерить, — я прочитал сообщения. На ее вопросы соклановцы отвечали либо уклончиво, либо просто игнорировали. Ну а мы заняты мародерингом, нам некогда.
— Костя, — обратился я к Бергману, — тебе Тори пишет в личку?
Тетыща кивнул.
— Пишет. Спрашивает, что и как, где мы. Я отвечаю, что некогда, и расспрашиваю, как ей удалось спастись, пытаюсь поймать на лжи.
— И что они пишут? — Я специально подчеркнул «они», наблюдая за тем, как Крош жадно слизывает пасту. — Понятно, что врут, просто интересно, легенда какая?
— Что ушла с группой из «Ковчега», отсиживаются они в тюрьме, которую занимали бандиты. Зовет туда, хочет к нам. Но я понимаю, что это ловушка и туда нам точно не надо.
— Что думаешь делать? — спросил Сергеич, который повел себя деликатно и, понимая, что воняет, вылез из коллектора в основной коридор.
— Ничего, — отрезал Тетыща таким тоном, что спрашивать никто ничего больше не стал.
— Двинули! — скомандовал я, надевая рюкзак. Посадил котенка на плечо и взял «Нагибатор» в руки. — Дак, мы с тобой в авангарде. Вика, Рамиз, замыкаете. Из магнитных ружей одновременно не палить. Вечный, сначала разряжаем твое, потом — Викино. Пока одно отстреляется, другое зарядится. Помним, что его надо обнулить, только тогда оно начнет восстанавливать боеспособность. Без необходимости вообще из них не палим.
— Так точно, — откликнулась Вика.
— Все готовы? — спросил я.
Сергеич оскалил гнилые зубы.
— Всегда готовы!
— Ходу!
Двигались мы цепью, готовые отражать нападение в любой момент. Поначалу в тоннеле встречались ползуны, попалась и пара низкоуровневых пиявок, которых не законтролил глубинник. «Фазовый взгляд» замечал наверху тепловые сигнатуры бездушных, которые, учуяв нас, начинали метаться, но быстро теряли интерес.
Чем ближе к цели, тем реже встречались зомби и тем слабее они становились. Вперед вышел Тетыща, чтобы крошить их и накапливать мечом удары до крита. В итоге до критического ему осталось одиннадцать ударов, но он поднял уровень благодаря тому, что добил двух двадцативосьмиуровневых ползунов.
И вообще, он проявлял себя идеальным солдатом: выполнял распоряжения безукоризненно, попусту не болтал, в перепалках не участвовал. Я ни разу не пожалел, что взял его в клан.
Обстановка давила на нервы: замкнутое пространство, темнота, звон капель, падающих с потолка. К тому же подвижные тени на стенах постоянно заставляли дергаться — из-за эха не было слышно подкрадывающихся чужаков. Если они были, конечно.
Очередной перекресток. Мы с Вечным заглянули в широкую трубу, впадающую в коллектор, — никто на нас не бросился, лучи фонариков утонули в черноте.
— Нам сюда, — сказал проводник, залезая в трубу.
Она была намного у́же тоннеля. Выпрямляясь, я цеплял головой темную склизкую субстанцию. Она покрывала трубу полностью, ноги разъезжались.
— Осторожно, скользко, — услышал я за спиной голос Бергмана.
Заботится о своих новых соклановцах.
— Сколько нам еще? — спросил Рамиз, стараясь не поскользнуться. — По идее, мы уже почти на месте. Еще немного — и войдем в черную зону.
Вечный посмотрел на компас и округлил глаза.
— Что-то происходит. Он не работает.
Донесся судорожный вздох Карлоса.
— Как это? — удивилась Вика.
Вечный сунул ей под нос компас.
— Вот так. Херня какая-то происходит.
Потом Дак забрал у него компас и передал мне. Стрелка скакала вверх-вниз.
Воцарилось молчание.
— Почему так? — прошептала Вика.
Я сам слышал, что так бывает, но причин не помнил и потому написал Максу в личку:
«Макс, почему компас начинает сбоить?»
Парень не ответил: видимо, был занят. Зато ответил Вечный:
— Такое и в нормальной жизни случалось. Читал, что компас барахлит на Бермудах. А еще залежи железной руды могут такое давать. Но что было конкретно здесь, не знаю.
­— Так что, идем? — спросил Рамиз.
Ждать ответа Макса я не стал.
Дальше мы шли молча. Я ощущал трепет перед неизвестностью и считал шаги до зоны, которая может представлять угрозу. Точнее, она и есть угроза, потому что оттуда никто не возвращался, а чем мы лучше?
— На всякий случай будьте начеку, — скомандовал я.
Шестьсот семьдесят, шестьсот восемьдесят шагов.
— По идее, мы уже можем быть на месте, — вполголоса проговорил Дак.
Шлепанье под ногами сменил хруст, будто идешь по сухим опавшим веткам. Как их сюда нанесло? Где-то открыт канализационный люк? Когда под подошвой хрустнуло что-то побольше ветки, я посветил вниз и оторопел. Пол усеивали сотни скелетов каких-то мелких созданий…
— Крысы и мыши, — заключил Дак непривычно глухим голосом.
Луч его фонаря проскользил вперед по трубе — скелетиков было несметное множество, ступить некуда. Потом луч поднялся по вогнутой боковой поверхности, сухой и шероховатой. Я погладил ее и понял, что склизкая буроватая дрянь, на которой мы привыкли оскальзываться, высохла. В щели я заметил скелет крысы, которая вылезла лишь наполовину да так и издохла с разинутой пастью. То есть она бежала от чего-то в ужасе и верещала.
Присев на корточки, я осветил скелеты под ногами — у всех были разинуты рты. Котенок спрыгнул с плеча, понюхал кости крысенка, потрогал их лапой.
— Что-то убило их мгновенно, — сказал Тетыща.
— Капец, — тихонько выдохнула Вика.
— Давайте свалим, пока не поздно? — предложил Карлос, озираясь по сторонам. — Тут пахнет смертью!
— Заткнись, а то тут станет одним трупом больше, — пригрозил ему Тетыща и повернулся к остальным. — Было бы опасно — уже лежали бы рядом с крысами.
  
Мы двинулись дальше, стараясь не наступать на черепа, но находиться в месте, пропитанном смертью, в этом огромном склепе, где нашли страшный конец тысячи существ, было невыносимо.