Император Пограничья 15 (СИ)

Я поморщился. Классическая картина разложения — должности как кормушка для своих.
— «Мёртвые души»? — уточнил я.
— Да целыми десятками, — подтвердил Родион с усмешкой. — Стремянников чуть не поседел, когда считать начал. — Минимум сорок несуществующих сотрудников. Деньги идут кому-то в карман, работы — ноль. Плюс некомпетентность живых. Начальник аналитического отдела — тесть бывшего главы Посольского приказа. Нет ни образования, ни опыта. Бумажки подписывает, но смысла в них не понимает. Чисто на корову надели седло, уж простите за прямоту.
  
Я встал, прошёлся к окну. За стеклом виднелась заснеженная площадь перед дворцом. Город затихал с наступлением вечера.
Так и знал. Веретинский превратил государственный аппарат в бардак, а Сабуров унаследовал эту систему и ничего не изменил. Разведка — глаза и уши правителя. Если они слепы и глухи, враги могут творить что угодно.
— Второе, — продолжил Коршунов, перелистывая страницу, — коррупция на всех уровнях. Откаты за назначения, о которых вы уже слышали, но есть проблема и посерьёзнее — продажа информации внутри княжества и на сторону. У меня есть косвенные доказательства, что минимум трое аналитиков сливали данные в Муром и Смоленск. За деньги.
Я повернулся к нему:
— Имена?
— В докладе, — кивнул начальник разведки на папку. — Плюс есть подозрение на внедрение. Гильдия Целителей наверняка внедрила своих агентов. Бастионы тоже не дремлют. Найти всех крыс будет непросто.
Я вернулся к столу, сел, налил себе ещё воды. Коршунов ждал молча.
— Третье, — произнёс разведчик тише, — связи со старым режимом. Многие охотно работали на Веретинского и Сабурова. Пытали невиновных по их приказу. Фабриковали дела. Участвовали в репрессиях.
Н-да… Такие люди мне не подходят. Во-первых, методы для меня так же важны, как цели. Во-вторых, этих людей легко шантажировать и перевербовать — у каждого десяток скелетов в шкафу. Нельзя строить новую систему на старом фундаменте. Гнилые доски не выдержат вес здания.
— Вычистить всё до основания, — сказал я твёрдо. — План есть?
Родион кивнул, доставая ещё один документ:
— Предлагаю всю эту конюшню вычистить. Недели две-три, не меньше. Работы — по горло. Я лично попробую на зуб каждого сотрудника старого Тайного приказа. Использую свою агентурную сеть для проверки на лояльность. Артём уже выявил «мёртвые души», но я проведу дополнительные тесты. По итогам будет три категории: надёжные — оставить, сомнительные — проверить глубже, враги — убрать немедленно.
— Как конкретно будешь проверять? — я прищурился, изучая схему, которую разведчик положил на стол.
— Самое простое, — Коршунов ткнул пальцем в первый пункт, — подброшу агенту ложный секрет и посмотрю, куда он утечёт. Ложные задания для проверки реакции. Перекрёстные проверки — я через свою сеть, Крылов через связи в полиции. Досье на каждого. И…
Родион замялся, потом продолжил:
— Допрос сомнительных кандидатов с вашим участием. Формально они могут выглядеть чистыми, но ваш дар вытащит правду.
Я кивнул. Императорская воля — мощный инструмент, но использовать его нужно осторожно. Слишком частое применение превратит меня в параноика, подозревающего всех подряд.
— Что делать с уволенными? — спросил я прямо. — Они знают секреты. Просто отпустить нельзя.
— Магическая клятва молчания, — ответил Коршунов жёстко. — Обязательная для всех. А самых опасных предателей… — он сделал паузу, — устранить. Без шума и пыли. Я знаю, как это делается.
Я обдумал его слова. Убрать человека очень просто. Настолько, что к этой простоте легко привыкнуть. Сегодня уберёшь предателя, завтра вора, а послезавтра просто того, кто мешает.
Сила власти не только в целях, но и в средствах.
— Для самых опасных предателей арест, — уточнил я, — и суд по упрощенной процедуре. Закрытые процессы, никаких свидетелей, судьи только те, кто готов дать клятву о неразглашении. Если доказательств достаточно — высшая мера. Но только тогда, когда будем убеждены в виновности.
— Понял, — Родион сделал пометку. — Теперь о новой структуре. Как вы и просили, я накидал двухуровневую систему власти.
Он развернул схему на столе. Я склонился, изучая связи и стрелки.
— Публичный уровень, — начал разведчик, указывая на верхнюю часть схемы. — Глава Тайного приказа — официальное лицо. Посещает думу, отчитывается князю, ведёт рутину: бюджет, кадры, легальные операции. Нужен кто-то компетентный, но не гениальный. Известный как честный человек. У него должна быть личная мотивация работать на вас.
— Кандидаты? — спросил я, наливая себе чаю из самовара, который заблаговременно принесли слуги.
— Рассматриваю нескольких, — Коршунов достал список. — Боярин Трифон Кравцов. Его младшего брата казнили при Веретинском по сфабрикованному обвинению. Сам Трифон потерял должность несправедливо. Умён, но не строит собственных планов. Опыт в администрации есть.
Я кивнул. Родственник казнённого «заговорщика» — хороший выбор. Личная мотивация мстить старому режиму. Плюс благодарность мне за возможность реабилитации.
— Теневой уровень, — Родион указал на нижнюю часть схемы, — это я. Реальный человек, принимающий стратегические решения. Формально — «старший советник» или «главный аналитик». Подчиняюсь только вам. Координирую все важные операции.
Классическая схема, как у фокусника, видимость и реальность. Враги будут следить за публичным главой, а настоящие решения принимаются в тени.
— Территориальная реорганизация, — продолжил начальник разведки, раскладывая карту княжества. — Центральный штаб — в Угрюме. Аналитический центр, архивы, школа подготовки агентов, техническое управление. Прикрытие — расширенное «Управление внешних связей и торговли», которое уже работает.
Я изучал карту. Красными точками отмечены города, где нужны резидентуры.
— Владимирская резидентура — самая крупная после центра, — Коршунов ткнул в столицу. — Внутренняя контрразведка, политическая разведка, публичная штаб-квартира для отвода глаз. Дальше — Сергиев Посад, у меня там уже есть сеть. Муром, Суздаль. Внешние резидентуры — Москва, Смоленск, Великий Новгород, Ярославль. И за пределами Содружества — Европа, Азия, Ближний Восток. Там пока самые крохи людей, будем расширяться…
Амбициозно. Но именно такая сеть нужна для защиты интересов княжества.
— Функциональное разделение, — Родион перевернул страницу. — Пять управлений. Первое — внешняя разведка. Сбор информации о других княжествах: политика, армия, экономика, наука. Промышленный шпионаж, вербовка агентов за границей, подрыв репутации врагов, внешняя пропаганда.
Он говорил чётко, как военный на докладе. Видно, что план продуман до мелочей.
— Второе управление — контрразведка, — продолжил разведчик. — Поиск шпионов внутри княжества, защита от внедрения, проверка чиновников и бояр, ложные слухи, внутренняя пропаганда. Третье — аналитика. Обработка информации, прогнозирование, стратегическое планирование. Четвёртое — техническое. Маги-криптографы, мастера артефактов, ретрансляторы и системы связи. Пятое — активные операции. Диверсии, ликвидации, саботаж на территории врага.
Я откинулся на спинку кресла. План масштабный, но логичный. Разделение функций повысит эффективность и снизит риски.
— Кадровая политика, — Коршунов не останавливался. — Избавиться от балласта, коррупционеров, агентов влияния. Набрать молодых амбициозных профессионалов, людей, пострадавших от старого режима, моих людей из Угрюма, специалистов из других княжеств через вербовку. Создать школу агентов в Угрюме. Курсы повышения квалификации, специализация.
  
— Финансирование? — спросил я.
— Потребуется увеличить бюджет вдвое, — Родион назвал цифру. — Благо, деньги после борьбы с коррупцией есть. Премии за результаты. Качественная информация — хорошая оплата. Убрать откаты и серые схемы.
Я кивнул. Разведка не должна экономить на мелочах. Хороший агент стоит дорого, но окупается сторицей.