Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти

– Я сейчас свалюсь, – негромко произнесла я. Вокруг проносились мелкие сверкающие точки. В ушах шумел морской прибой. Я уже не владела собой и боялась, что рука со скальпелем соскользнет.
– Отпусти меня! Мне больно! Отпусти! Внезапно моя рука оказалась свободной.
Я всхлипнула – и осела на пол. Я-то хорошо себя чувствовала. Просто ноги так не думали. И решительно изображали из себя желе. Ну и пусть. Важно было другое. Вампир на столе зашевелился и медленно встал на ноги.
  
– Кажется, я могу идти.
Он приоткрыл глаза. То, что виднелось изпод век, больше напоминало зародыши, но видеть он этим вполне мог.
– В таком виде? – проскрипела я.
– Вы правы…
– Юля, – подсказала я. А потом закрыла глаза и устало привалилась к ножке стола. Больно. И тошно. Хочу к ма-а-а-а-аме…
– Даниэль, – представился вампир. – Не могу описать, как я рад с вами познакомиться.
Голос его звучал вполне отчетливо. Он передвигался по камере. В углу зашумела вода из крана. Вампир направил ее на себя и тихо зашипел. Наверное, ему было больно. Очень. Но кровь и грязь с него смывались. И из-под них выглядывала новая чистая кожа. Снежно-белого цвета. Это продолжалось недолго. Вампир закончил омовение и повернулся ко мне.
– Теперь я могу сойти за человека?
– Теперь – да. Если волосы на лицо набросите, – кивнула я.
– Обязательно. Но для начала…
Даниэль занялся трупом палача. Я старалась не смотреть. Меня сильно мутило. А запах крови был вообще непереносим.
– Так лучше, – раздался голос.
Даниэль стоял прямо передо мной в одежде палача. Кожаные штаны и такая же кожаная куртка. Они висели на вампире мешком, но хоть задница прикрыта – и то ладно. Можно по коридорам ходить. Правда, штаны пришлось утянуть в поясе кожаной полоской, оторванной от края безрукавки. И теперь вампир протягивал мне руку с изуродованными пальцами. И все же… На них по-прежнему не было ногтей, но это уже не куски окровавленного мяса, какими я их запомнила. Я захлопала глазами.
– Что это?
– Регенерация. Подробности – потом.
Вы можете встать?
Я схватилась за его руку, оперлась другой ладонью о стол и попробовала подняться. Получилось, ёлки! Я горжусь тобой, Юля! И Родина тобой гордится!
– Отлично, – оценил мои усилия вампир. – А теперь попробуйте пройтись.
Да у меня сегодня ночь успехов! Я могла идти, не опираясь на стенку. Ну разве что чуть-чуть пошатывалась. Такие мелочи!
– Теперь стойте смирно. У вас есть что-нибудь еще под этой одеждой?
– Есть, – кивнула я.
Вампир вынул у меня из дрожащих пальцев лезвие и ловко разрезал на мне Катькин свитер. Потом вложил его обратно в мою руку и кивнул.
– Так лучше. Сейчас я жгут наложу – и можем двигаться.
Я не препятствовала. И немного отупело наблюдала, как Даниэль отрывает кусок от майки, осматривает мою руку, перевязывает ее и осторожно проводит пальцами по повязке.
– Так немного лучше.
У меня хватило сил на признательную улыбку.
– Так гораздо лучше.
– Вы знаете, куда идти? – Вампир набросил на лицо длинные мокрые волосы и, если не сильно приглядываться, выглядел вполне здоровым человеком.
– Нет, – покачала я головой. – Даже не знаю где я. Меня усыпили и принесли сюда. А вы?
– Я могу попробовать найти дорогу. Меня не усыпляли. Главное – не попасться. А что до нашего местонахождения – мы под клубом.
– Да? И кто же тут такое нарыл? Существуют клыкастые кроты?
Даниэль тихо засмеялся.
– Что вы!
– Ты. И Юля. Нашел время разводить церемонии!
– Хорошо. Ты. Просто раньше на этом месте стоял дом одного… графа… герцога… О! Боляна!
– Боярина, – поправила я.
– Ну да! Боярина! Он был не из наших, но тоже очень любил мучить людей. Эта земля принадлежала ему – и он нарыл под своим домом целую подземную тюрьму. Не слишком большую. И за прошедшие века она изрядно пострадала. Дом жгли, перестраивали, бомбили… Но Андре начинал работу не с пустого места.
При имени Андре я скрежетнула зубами.
Чер-р-р-рт! Катька!
– А мы не можем попробовать найти мою подругу?
– Подругу?
– А ты думал, я могу сама кого-нибудь заинтересовать? Я тебе потом расскажу все в подробностях! У этого мерзавца в лапах моя подруга. Что он с ней может сделать – бог знает!
– В худшем случае он сделает ее вампиром.
– Этого я и боюсь. Это не ее выбор.
Я не видела лица Даниэля, но его голос звучал все так же ровно и спокойно.
– Мало кто из нас выбирал это добровольно.
– И все же, все же, все же… Помоги мне. Если мы не можем найти мою подругу, то я хочу оставить ему послание. Подержи меня.
Я вытащила из сумочки губную помаду. Зачем она нужна, когда идешь к вампирам, – бог весть, но вот взяла же. А теперь водила ею по стене. Помада была нежно-лиловая, дорогая и ложилась ровно. Правда, почему-то на стену она ложилась лучше, чем на губы. Сказывалась кровопотеря, меня подташнивало… Если бы вампир не поддерживал меня за талию, я бы просто упала вдоль стены. Голова кружилась, и буквы получались немного кривоватыми, но какая разница?! Главное, чтобы он прочел и понял! Если бы еще и принял к сведению – было бы вообще восхитительно. Но не будем ждать всего сразу. Я знаю, что эпоха дуэлей ушла в прошлое, но разве я могу поступить иначе? Я же дура! Чертова благородная дура! Вышло коротко и со вкусом.
Андре!
Посмей только тронуть мою подругу – и я тебе пасть порву, моргалы выколю, рога поотшибаю! Палач – это только задаток!
Дешево и сердито. А главное – убедительно. И никто не сможет обвинить меня в угрозах жизни или здоровью человека. Разве ж вампир – человек? Не-ет, шалишь. В Уголовном кодексе статья за наезд на вампиров не предусмотрена. Так-то! Даниэль насмешливо фыркнул. Но возражать не стал. Кажется, он одобрил мои действия.
– Мы можем идти. Вы не сможете ее почувствовать на расстоянии? Как выход? Точно?
– Мы опять перешли на вы?
– Извини. Я не заметила.
– Юля, мне жалко тебя разочаровывать, но если я не знаю где она, то и не узнаю. Я не могу почувствовать на расстоянии того, кого даже не видел. Твоя подруга для меня только твои слова. Не живой человек. Я не смогу найти ее своим разумом. А ходить здесь в таком состоянии очень опасно. Я сейчас не боец. Хотя никогда им не был… И потом, через четыре часа рассвет. А нам надо еще гдето спрятаться. Я не хочу умирать еще раз.
– Надо, – согласилась я. Кто бы спорил! – Вот только если Катьку превратят в вампира – это будет на моей совести.
– У тебя нет выбора, – пожал плечами Даниэль. Даже это движение явно причинило ему боль, потому что пальцы судорожно сжались у меня на плече. – Если нас поймают и ТЕБЯ превратят в вампира, тебе будет все равно, что там с твоей подругой. И потом, если сегодня он не успеет этого сделать, то завтра ему будет не до того! Это я обещаю! Надо только найти компьютер!
– Компьютер?
Вампир-программист! Это клево!
– Я потом объясню. Слушай, давай пока помолчим? Мне нужно слушать – и внимательно, чтобы ни на кого не налететь. Сама понимаешь.
Я все понимала – и потому заткнулась.
Очень хотелось жить.
И желательно – нормальным человеком, а не вампиром.
 
ГЛАВА 4,
 
в которой я узнаю что-то новое о себе и много интересного о вампирах
 
Даниэль был полностью прав, когда попросил меня заткнуться. За этими разговорами мы уже вышли из камеры и кое-как поплелись в обратную сторону. Даниэль пояснил, что когда-то здесь просто было подземелье и несколько ходов, по которым обитатели боярского терема спасались от нежеланных визитеров. Единственное, что сделал Дюшка, – это расчистил уже имеющиеся ходы и подвалы, укрепил кровлю и поставил несколько дверей и перегородок, чтобы получились пыточные, темницы и спальни. Но работы начались недавно, каких-то лет двадцать назад, поэтому часть ходов до сих пор завалена. Меня эти катакомбы особенно не удивили. Город наш хоть и не очень большой, но насчитывает в своей истории уже семьсот лет, а может, и побольше. Просто летописей не сохранилось. Но у нас и церкви есть, и кремль… Все как у больших. Хоть летописи Ивана Грозного и не спрячешь. У нас даже археологи каждое лето роются по окрестностям.