Мифы тюрков. От Златовласой Умай и Урал-батыра до исполина Алпамыша и Пегого Быка

Парня охватил сильный страх, и с тех пор он стал держаться подальше от рек и озер. Однажды ехал он верхом по дороге, и его конь нечаянно вступил копытом в разлившуюся лужу. Стал всадник вместе с животным погружаться в воду все глубже, пока оба не утонули. Так Суг-ээзи забрала парня к себе.
Культ владык гор и тайги. Миф о начале ковки железа. Алып Караташ и дочь владыки тайги Карагай
Культ гор и тайги, ландшафтов Алтая, был всегда характерен для тюрков. Особым почитанием пользовался покровитель местности — Алтай-кудай. Его представляли в виде всадника или старика в белой одежде, который путешествует по горам, опираясь на золотой посох. Считалось, что он благосклонен к людям. Однако Алтай-кудай требовал к себе уважения. В его честь было принято повязывать на стволы и ветви деревьев священные ленты йалама, иначе он мог разгневаться и лишить охотника удачи.
  
Согласно преданию об Ырысту, его герой считал себя сыном Сюмер-Туу — самой высокой горы Алтая (русские называют ее Белухой) и Аккемского озера. Когда Сюмер-Туу был еще мальчиком, он питался ягодами, которые в изобилии росли на склонах горы, пил чистую воду из озера. Постелью ему служила мягкая трава, покрывалом — цветы, а звери и птицы были друзьями. Так продолжалось до тех пор, пока Сюмер-Туу не заманил к себе злой Караты-каан. Юноша стал невольником коварного владыки. Однако на помощь ему пришел сам Алтай-кудай.
Долина Бухтарма в Алтайских горах. Иллюстрация, 1899 г.
KtmT / shutterstock
В другом сказании Алтай-кудай выступает как певец и музыкант, исполнитель кай чёрчёка — героической песни. Двух парней преследует неудача на охоте, третий остается у костра и прислушивается к музыке и словам некоего старца (им оказывается Алтай-кудай). Молодые люди поднимают товарища на смех, но каждый раз возвращаются с пустыми руками. Наконец, по истечении недели, мудрый и терпеливый юноша отвечает, что дослушал песню до конца. Более того, Алтай-кудай оставил ему в подарок под столетним кедром свой музыкальный инструмент — топшуур. Молодой человек отправляется с первыми двумя парнями на охоту, и в этот день они добывают столько зверья, сколько не добывали никогда. А топшуур с тех пор передается в семье третьего юноши от отца к сыну на протяжении нескольких поколений.
Считалось, что Алтай-кудай недолюбливал шоор — инструмент вроде флейты (башкирского курая). А все потому, что в него дула злая алмыс — лесной дух. Алмыс зачаровывала охотников, погружала в вечный сон и относила в свою пещеру. Так продолжалось до тех пор, пока один хитрый охотник не догадался подстрелить ее через свою левую подмышку.
Шорцам был известен Таг-ээзи — хозяин горы. Согласно одному из мифов, записанному в 1920–1930-х, Таг-ээзи наградил некоего охотника темными камнями и мехами. Тот, конечно, меха взял, а камни выбросил. И только многие годы спустя дар Таг-ээзи подобрал любопытный парень. Находка показалась ему необычно тяжелой. Решил он испытать темный камень огнем. Брошенный в костер камень раскалился добела, а потом стал мягким. Когда пламя потухло, он снова застыл. Молодой человек догадался, что это железная руда. Пошел с другими людьми к горе, у подножия которой обнаружил находку. Стали люди долбить породу и добрались до чертога Таг-ээзи. С тех пор люди начали добывать железную руду, обрабатывать ее в кузнях, чтобы изготовить разные орудия труда. Возможно, в этом мифе под именем Таг-ээзи выступал Темир-хан — старший из девяти сынов Эрлика.
Кроме хозяев гор, тюрки знали хозяев тайги. Так, у шорцев был Тайга-ээзи. Хотя в целом лесной владыка благоволил охотникам, особенно если они не слишком усердствовали в добыче зверья, в предании «Красавица Карагай» Тайга-ээзи лишил людей охотничьей удачи на многие годы.
 
Как выяснил мудрый шаман, поднявшийся камлать на Священную гору, у Тайга-ээзи родилась прекрасная дочь Карагай. И чтобы обеспечить той богатое приданое, хозяин леса запер всех зверей, птиц и рыб в своих сундуках.
 
Тогда люди по совету шамана обратились к алыпу Караташу, который умел добывать огонь из горного камня. И он сложил из черных камней большой костер. Из жаркого пламени выпрыгнул крылатый огненный конь. Алып вскочил на него и взмыл в небеса.
 
Только через несколько лет, во время северного сияния, он вернулся к людям. И не с пустыми руками, а с красавицей Карагай. С ней вернулись звери, птицы и рыбы.
 
Но Тайга-ээзи не смирился с бегством дочери и наслал на влюбленных воинство из пихт. Окружили они алыпа и девушку. И превратился Караташ в Черную скалу, а его жена — в сосну.
 
Эрлик — властитель нижнего мира. Эрлик в мифологии и современной культуре
Эрлик (Ирлик, Ерлиг) в мифологии тюркских и монгольских народов выступал владыкой нижнего мира — ада (тамага). Ученые считают, что имя восходит к алтайскому корню «эр / йер». Оно связано со словами «человек», «власть», «место», «подземелье», «земля». Таким образом, Эрлик в буквальном смысле — это «земной» или «земляной».
Из подземного мира Эрлик приносит смерть, чуму и злых духов, чтобы мучить людей и забирать их души в свое царство. Поскольку культ Тенгри не основан на канонических священных писаниях, а охватывает в широком смысле всю духовную жизнь, у тюркских народов верования разнятся. Эрлик уже упоминался в орхоно-енисейских надписях, что показывает наличие его концепции как владыки подземного мира в системе традиционной религии.
Эрлик был одним из двух или трех демиургов, сотворивших мир. Как повелитель мертвых, он выступал также посмертным судьей. В его образе прослеживалось древнеуйгурское божество Эрклиг-каган («Могучий государь»).
Однако Эрлика нельзя считать простым аналогом мусульманского шайтана или христианского дьявола. Резкий и нравоучительный дуализм не был характерен для миросозерцания древних тюрков. Недаром сохранилось буддистское предание о том, что когда-то Эрлик служил монахом. Ставшего демоном Эрлика смог укротить только Ямандаг, свергший его в загробный мир.
Известный как Чойджал в буддистской мифологии, Эрлик изображался синим (цвета грозовой тучи), в ореоле языков пламени, с увенчанной рогами бычьей головой с тремя глазами, прозревающими прошлое, настоящее и грядущее. На его толстой шее — ожерелье из человеческих черепов, в руках жезл, также увенчанный черепом, аркан для ловли душ, меч и талисман, свидетельствующий о владении земными сокровищами.
Как загробный судья и определитель судеб, Эрлик имел такие атрибуты, как безмен-весы, книга и зеркало, показывавшее все дела человека, прежде всего дурные.
Обычно царство Эрлика располагалось в подземном мире. Но иногда, подобно скандинавской стране великанов Утгаргду, где-то далеко на западе либо подальше от населенных мест.
Буряты считают, что у Эрлик-хана две жены. Старшую зовут Хахуй-Саган, младшую — Эхэлур-Хатан.
Однако еще в древнетюркских текстах указывалось на небесное происхождение Эрлика как одного из тенгри, то есть богов. Ученые объясняют это тем, что, согласно одному поверью, Эрликом стало первым умершее существо. Поэтому в народных алтайских представлениях это один из духов-тосов. Его могли почтительно называть стариком, человеком. В мифах Эрлик выступал то старшим, то младшим сыном Ульгеня.
  
Интересно, что Эрлик при сотворении мира принимал облик водоплавающей птицы — утки. Кроме того, он, вопреки мнению творца, наделил людей душой — суной. Благодаря своей хитрости он получил власть над мертвыми. Согласно же тувинскому поверью, хотя Ульгень изгнал брата, животные продолжили получать души из рук Эрлика.
Алтайцы верили, что поверженный Ульгенем Эрлик продолжил выходить на землю. Ночами он похищал самых красивых девушек и юношей, превращая их в своих рабов, но всякий раз его изгонял в преисподнюю верховный бог. Однако с тех пор Эрлик стал отправлять души людей в средний мир, совершать неблаговидные дела. Кроме того, он стал насылать болезни на людей, чтобы принуждать их приносить искупительные жертвоприношения.